Читаем без скачивания Уловка Прометея - Роберт Ладлэм

– Николас, нам не удастся здесь спрятаться, – негромко произнесла Елена. – Во всяком случае, надолго. Ты собираешься... выбраться через окно?

Брайсон кивнул и поставил свой портфель на пол.

– Мы сейчас в трех этажах над землей.

– Ничего себе выход!

– Ну да, некоторый риск есть, – согласился Брайсон. – Но могло быть и хуже.

– Ник, если ты будешь настаивать, если ты в самом деле уверен, что другого выхода нет, я подчинюсь. Но если есть хоть какой-нибудь другой способ...

Ее перебил донесшийся из коридора шум. Двери зала распахнулись, и Брайсон тут же рухнул на пол, увлекая Елену за собой. В зал вошли двое мужчин – видны были лишь их темные силуэты, – за ними еще двое. Брайсон сразу же заметил, что эти люди облачены в синие мундиры столичной полиции. Полицейские!

И еще Брайсон понял, что их с Еленой заметили.

– Стоять! – выкрикнул один из вошедших. – Полиция!

Полицейские были вооружены – что вообще-то было нехарактерно для британской полиции – и уже держали беглецов под прицелом.

– Не двигаться! – крикнул другой.

Елена закричала.

Брайсон выхватил свой «браунинг», но пока что не стал стрелять. Он прикинул: четверо полицейских, четыре пистолета. Снять их будет трудно, но, в общем, в пределах возможного, особенно если использовать тяжелые деревянные стулья как укрытие и как преграду.

Но действительно ли они – полицейские? В этом Брайсон уверен не был. Выглядели эти люди очень решительно, и на лицах их читалась ярость. Но они не стреляли. Убийцы из «Прометея» наверняка не стали бы колебаться в подобной ситуации. Или все же стали бы?

– Вот эти гады! – крикнул один из полицейских. – Убийцы!

– Бросай оружие! – приказал тот, который вроде бы был здесь за старшего. – Быстро! Вам уже не уйти.

Брайсон обернулся и увидел, что они действительно оказались в ловушке. Четверо констеблей продолжали тем временем продвигаться в глубь зала, рассредоточиваясь при этом, чтобы окружить беглецов.

– Бросай оружие! – повторил старший полицейский. – А ну бросай, мерзавец! Живо вставай и руки вверх! Пошевеливайся!

Елена с отчаянием взглянула на Брайсона. Она никак не могла сообразить, что же следует делать. Брайсон взвесил их шансы. Действительно ли те, кто окружил их, обладают законными полномочиями? Полицейские могли на самом деле оказаться вовсе не полицейскими, а замаскированными боевиками «Прометея».

А что, если они все же настоящие? Если это так, они не станут убивать беглецов. Если это настоящие констебли, они должны сейчас быть уверены, что настигли двух опасных преступников, мужчину и женщину, которые только что убили иностранного секретаря. Они арестуют Брайсона и Елену и будут долго их допрашивать – и все это время будет потрачено впустую. И отпустят ли их после этого – большой вопрос.

Нет, они не могут сдаться! Но если они сейчас попробуют сопротивляться, это будет чистейшей воды самоубийством!

Брайсон глубоко вздохнул, зажмурился на мгновение, а потом открыл глаза и встал.

– Ладно, ладно! – крикнул он. – Вы нас взяли.

Глава 28

Да, один из полицейских явно был тут за старшего: высокий, хорошо сложенный мужчина. На нагрудном кармане красовалась нашивка с фамилией – Салливан.

– Отлично, – ровным тоном произнес Салливан. – Тогда бросай оружие и поднимай руки – и вам ничего не сделают. Нас здесь четверо, а вас двое. Но это, думаю, вы уже и сами прикинули.

Брайсон продолжал сжимать пистолет в руке, хоть и не целился ни в кого конкретно. Действительно ли они те, за кого себя выдают? Именно этот вопрос беспокоил его сейчас сильнее всего.

– Согласен, – отозвался Брайсон, заставляя себя говорить спокойно. – Но сперва я хотел бы увидеть ваши документы.

– Ах ты, куча навозная! – не выдержал один из полисменов. – Вот мои документы – понял, гомик? – и он потряс пистолетом. – Иди, можешь их почитать!

Но Салливан не разделял мнения своего подчиненного.

– Хорошо, – согласился он. – Как только на вас наденут наручники, у вас будет предостаточно времени, чтобы изучить наши удостоверения.

– Нет, – возразил Брайсон. Он слегка приподнял «браунинг», но по-прежнему ни в кого не целился. – Я с радостью буду содействовать вам, но лишь после того, как удостоверюсь, что вы действительно те, кем называетесь. Потому что по зданию парламента сейчас перемещаются несколько групп наемников и убийц, нарушая добрый десяток британских законов. Как только я буду уверен, что вы не из их числа, я тут же брошу оружие.

– Да пристрели ты эту задницу! – прорычал другой полицейский.

– Вы будете стрелять, когда получите такой приказ, констебль, – отрезал Салливан. Потом обратился к Брайсону: – Я покажу тебе свое служебное удостоверение, но имей в виду – ты убил иностранного секретаря, ублюдок этакий, так что, возможно, у тебя хватит дури попытаться использовать кого-нибудь из нас в качестве щита. Если даже тебе повезет и ты успеешь разок нажать на спусковой крючок – это будет последнее, что ты сделаешь в своей жизни. Так что не пытайся одурачить нас – ясно?

– Договорились. Достаньте удостоверение левой рукой – только медленно – и раскройте его. Идет?

– Идет, – отозвался Салливан, выполняя указания Брайсона. В его левой руке появилась книжечка в кожаной обложке.

– Отлично. Теперь толкните ее по полу в мою сторону – только медленно и аккуратно. Никаких резких движений. Не пугайте меня, или я открою огонь в целях самообороны.

Салливан взмахнул кистью руки, и книжечка заскользила по полу. Она остановилась у самой ноги Брайсона. Брайсон наклонился, чтобы подобрать удостоверение, и в то же самое мгновение заметил, что один из полицейских – тот, которому явно не терпелось пострелять, – приближается к нему слева. Брайсон мгновенно развернулся, и дуло его «браунинга» уставилось прямо в лицо констебля.

– Стоять, вы, идиот! Я сделаю, как сказал! Если вы считаете, что я и вправду хладнокровно прикончил иностранного секретаря, тогда получается, что вас я пристрелю и вовсе без малейших колебаний.

Любитель стрельбы застыл, потом отступил на несколько шагов, продолжая, впрочем, целиться в Брайсона.

– Вот так, – заметил Брайсон. Он медленно опустился на колени, чтобы подобрать удостоверение. Все это время дуло его «браунинга» продолжало смотреть то на одного, то на другого полицейского. Ник подхватил удостоверение и осмотрел серебристую эмблему столичной полиции, вытисненную на обложке. Внутри удостоверения обнаружилась белая ламинированная карточка с фотографией сержанта Роберта Салливана в форме. Рядом с фотографией наличествовал личный номер Салливана, его звание, серийный номер удостоверения и подпись сержанта. Удостоверение выглядело вполне настоящим – хотя «Прометею» с его возможностями недолго было изготовить полицейское удостоверение, неотличимое от настоящего. Указанное в удостоверении имя – Салливан – совпадало с тем, что было написано на нагрудной нашивке полисмена, командующего группой, а номер на погоне его темно-синей форменной куртки – с номером, напечатанным в удостоверении. Кроме того, в удостоверении значилось, что Салливан является членом спецподразделения, а это означало, что он – а возможно, и другие – имеет право на ношение оружия. Впрочем, нельзя было исключить и той вероятности, что они просто хорошо подготовились к операции и учли все детали. По правде говоря, из осмотра удостоверения можно было вынести лишь два факта: удостоверение наличествует и на первый взгляд выглядит чертовски похожим на настоящее. Команда убийц, собранная за такой короткий срок, вряд ли успела бы учесть все детали прикрытия, вплоть до мелочей; по крайней мере, до сих пор Брайсон не заметил никаких огрехов.

Интуиция подсказывала ему, что полисмены настоящие. Это ощущение основывалось на множестве мелких деталей, реплик, которыми они обменивались, на их взаимоотношениях, и – самое главное – на том, что они не стали стрелять. Они с легкостью могли бы убить его, но не стали этого делать. В конечном итоге, именно этот простой факт и побудил Брайсона бросить оружие и поднять руки. Елена последовала его примеру.

– Отлично, – сказал Салливан. – А теперь оба медленно, без резких движений подойдите к стене и обопритесь на нее руками.

Брайсон и Елена медленно подошли к ближайшей стене и сделали, как было ведено. Брайсон настороженно следил, не последуют ли со стороны полицейских какие-либо отклонения от надлежащей линии поведения. Полицейские опустили оружие. Это было хорошим признаком. Двое из них приблизились к беглецам, быстро защелкнули на их запястьях наручники, потом обыскали задержанных, проверяя, нет ли у тех припрятанного оружия. Еще один полицейский подобрал пистолет Брайсона.

– Я – сержант полиции Роберт Салливан. Вы арестованы по подозрению в убийстве иностранного секретаря Руперта Вере и его заместителя Симона Доусона.