По мере развития технических сельскохозяйственных культур крестьяне Нидерландов все больше втягивались в рыночные отношения, вынужденные закупать для себя продовольствие, дрова или торф. Крупные деревни превращались в торговые и производственные центры, при них возникали ярмарки. Богатые деревни все больше приближались по уровню жизни к городам.
Плотность населения и степень урбанизации в Нидерландах в то время была самой большой в Европе, в городах проживало больше половины всех жителей страны. С 1550 по 1650 г. население удвоилось – с 1 до 2 млн человек. В не малой степени это происходило за счет иммигрантов из других стран, становившихся источником дешевой рабочей силы. В XVII в. мануфактурное производство переживало быстрый подъем. Шерстоткацкая и суконная промышленность процветала в Лейдене, Роттердаме, Гарлеме, Делфте, причем в начале XVII в. английские производители не могли конкурировать с нидерландскими по качеству и цене готовой продукции. В Роттердаме и ряде других городов развивалось производство плюша, шелка, льняных тканей. Крупные централизованные мануфактуры со сложным оборудованием и сотнями рабочих возникали в новых отраслях: ситценабивной, сахарорафинадной, шелкоткацкой, стекольной. В пивоварении сложился союз предпринимателей. Издавна испытывавшая недостаток камня страна производила в год до 200 млн штук кирпича и черепицы, частью шедших на экспорт.
На верфях Амстердама, Роттердама, Заандама ежегодно строилось до 1 тыс. судов всех типов, половина которых шла на экспорт. Судостроительная отрасль переживала разложение цеховой структуры, все больше формируясь по капиталистическим принципам. Нидерландские суда отличались меньшей стоимостью из-за применения новейших производственных приемов и оборудования, конструктивных особенностей и использования дешевого сырья. Корабельный лес, вар, канаты поступали прямо из стран Балтийского бассейна, значительная часть из России.
Важной отраслью оставалось рыболовство, в котором было занято до 2000 кораблей, а годовой улов оценивался в 22 млн флоринов. Голландская копченая и соленая сельдь продавалась по всей Европе, даже в Англии, где она стоила дороже, чем выловленная английскими рыбаками.
Главное богатство страны было сосредоточено во внешней торговле и мореплавании. В середине XVII в. флот Соединенных провинций почти вдвое превосходил флоты Англии и Франции вместе взятые, а общий торговый оборот достигал 75–100 млн флоринов в год. Амстердам, победивший в конкурентной борьбе Антверпен, который постепенно приходит в упадок, стал европейским центром торговли и кредита. Здесь возникли первые в Голландии страховые компании, а в 1609 г. – банк, который занимался депозитными и кредитными операциями широкого масштаба. Крупную роль в торговле играла основанная в 1602 г. Ост-Индская торговая компания, ставшая государством в государстве, подчинявшим порой своим интересам внешнюю политику республики. Монопольное положение Амстердама как перевалочного центра всей европейской торговли постепенно начало утрачиваться в конце XVII в.
Государственное устройство Республики Соединенных провинций было весьма своеобразно для тогдашней практически полностью монархической Европы. В нем сохранилось множество традиционных для Нидерландов периода испанского владычества государственных институтов. По положению Утрехтской унии 1579 г., бывшей по сути военным договором восставших провинций, основное законодательство, решение общегосударственных вопросов и налогообложение являлись прерогативой Генеральных штатов. Каждая из 7 провинций – Голландия, Зеландия, Утрехт, Гельдерн, Оверэйссел, Фрисландия, Гронинген – пользовались в них, независимо от числа депутатов, одним голосом, провинция Дрент не имела представительства в Генеральных штатах. Депутаты должны были голосовать строго в соответствии с инструкциями избирателей, каждое решение должно было приниматься единогласно. Исполнительная власть сосредотачивалась в руках штатгальтера или наместника, которому предоставлялось право арбитража в случае, если Генеральные штаты не приходили к согласованному решению. Генеральные штаты формировались из депутатов провинциальных штатов и собирались с 1584 г. в Гааге.
Исполнительная власть на местах принадлежала штатгальтеру провинции (обычно представитель какого-либо княжеского германского дома, например в Фрисландии наследственным штатгальтером был принц из дома Нассау), которому помогал государственный адвокат или пенсионарий совета (т. е. советник на жаловании). Составленный из депутатов от провинций Государственный совет ведал преимущественно военными вопросами. В нем места распределялись в зависимости от доли общей суммы налогов, которую уплачивала каждая провинция, в результате Голландия и Зеландия имели 5 мест из 12. Адмиралитеты в Голландии, Зеландии и Фрисландии стояли во главе морского дела. Социальный состав штатов провинций и форма их работы были различны. В целом, можно сказать, что руководящее положение в политической жизни республики занимала торговая и крупная промышленная буржуазия. Каждая провинция во внутренних делах пользовалась широкой автономией и ревностно оберегала свои привилегии, из-за чего один из современников, анализируя государственное устройство Нидерландов, назвал их «Разъединенными провинциями». От всякого расширения союза провинции Северных Нидерландов отказались наперед. Отнятые у испанцев части Гельдерна, Брабанта и Фландрии не были приняты в состав республики на правах провинций, а управлялись Генеральными штатами, составив так называемые «генералитетные земли».
Особенности государственного устройства Нидерландов практически с самого начала их существования породили столкновение двух политических течений, или партий: «унитаристов» и «провинциалистов». «Унитаристы» представляли собой сторонников штатгальтера провинций Голландии и Зеландии в 1585–1625 гг. принца Морица Оранского, добивавшегося усиления личной власти, ослабления сепаратизма и более тесного объединения провинций. Их идеологией являлся непримиримый воинствующий кальвинизм, главой которого выступал Гомар. Правящая буржуазия Нидерландов, не желая предоставлять штатгальтеру диктаторских полномочий, отстаивала традиционную автономию провинций и опиралась на политику веротерпимости, которую отстаивал Арминий. Когда голландские власти встали в религиозном споре «гомаристов» с «арминианами» на сторону последних, Мориц Оранский, талантливый полководец, неоднократно побеждавший испанцев и пользовавшийся популярностью у населения, прибег к политике защиты «гомаристов», составлявших большую часть народных масс. Восстание, поднятое в 1619 г. непримиримо настроенной против принца Оранского буржуазией, было им легко подавлено, руководители восставших попали в плен. Великий пенсионарий провинции Голландия Олденбарнвелде по обвинению в государственной измене был казнен, Гуго Гроций и Гоогербетс были приговорены к пожизненному заключению.
Наследник Морица Оранского, его брат Фридрих-Генрих сумел добиться внутренней стабильности путем объявления амнистии и прекращения религиозных преследований. Возобновившаяся в 1621 г., после двенадцатилетнего перемирия, война с Испанией облегчалась для Нидерландов борьбой, которую вели против Габсбургов протестантские князья Германии и союзом с Францией, заключенным в 1635 г. Военные действия, связанные с общим ходом Тридцатилетней войны, шли с переменным успехом. Нидерландской армии удалось взять Хертогенбос, Везель, Маастрихт и Бреду. Испанскому флоту было нанесено несколько поражений, в 1628 г. была получена большая добыча в результате захвата «серебряного флота» испанцев, перевозившего награбленные в Америке драгоценные металлы. С окончанием Тридцатилетней войны окончилась и война Соединенных провинций за независимость. Вестфальский мирный договор 1648 г. и договор, заключенный между Испанией и Нидерландами в Мюнстере в том же году, признавал независимость Соединенных провинций и ликвидировали ее формальную связь со Священной Римской империей. Республика удержала свои завоевания на юге и в обеих Индиях, получила полную свободу торговли в испанских портах. Вест-Индская торговая компания, образованная в 1621 г. и служившая прикрытием для ведения военно-пиратских и контрабандных операций в Атлантике, даже захватила в 1636 г. на короткий срок Бразилию. Устье Шельды осталось закрытым для торговли, и Антверпен окончательно запустел.
Во время борьбы за освобождение северные Нидерланды стали богатейшей страной Европы, их торговля и промышленность завоевали все рынки, они обладали значительными вооруженными силами, наука и искусство переживали небывалый подъем. Однако господствующая купеческая буржуазия не смогла в полной мере извлечь выгоды из передового положения страны. В условиях, когда основные капиталы (до 86 %) обращались в сфере торговли и финансов, а не вкладывались в развитие промышленности, Нидерланды неизбежно обрекали себя на отставание в конкурентной борьбе с набиравшей силу Англией.
