— Хватит! — Восклицает Норин, взмахнув руками. — Прекрати, ему больно, прекрати!
— Что прекратить? — Теперь Дьявол смотрит на Монфор. — Это, увы, неизбежно.
— Не делай ему больно.
— Больно ему делаешь только ты, моя дорогая. — Люцифер хищно улыбается.
— Но я не хочу… Я не…
— Я могу помочь.
— Нет, — рявкает Джейсон, резко выпрямившись, — даже не вздумай.
А затем вновь сгибается от боли и впивается пальцами в покрасневшую шею. Что же с ним?
Почему именно сейчас? Его приступ весьма ни кстати.
— Хочешь, я спасу его? — Спрашивает Люцифер, обращаясь к Норин, и женщина вмиг становится бледной, словно лист бумаги. Она приоткрывает рот, а оборотень бросает:
— Молчи. Молчи, Норин.
— Ему так плохо, дорогая. Плохо из-за тебя.
— Проклятье вдовы, — понимающе шепчет она.
— Он умирает.
— Нет. Я ведь не люблю его, он не должен, не должен…
— Ты лжешь, дорогая, — шипит Дьявол, заправляя угольный локон волос ей за ухо.
— Убери от нее свои руки! — Утробно рычит Джейсон и вскакивает на ноги. Он, будто обезумевший рвется на Люцифера, но тот поднимает руку, и Джейсон примерзает к полу.
— Скажи это, милая Норин, скажи мне, что ты хочешь его спасти.
— Что ты потребуешь взамен?
— Совсем немного. Но это стоит того. Его жизнь — дороже, чем мои условия.
— Что ты потребуешь?
— Чувства, — распахнув кровавые глаза, отвечает Дьявол и поводит плечами. — Я лишь заберу ваши чувства друг к другу, и ему станет лучше, все очень просто, моя дорогая.
Норин замирает. А лицо Джейсона искажает гримаса ярости. Он скалит зубы и хочет вперед прорываться, но не может сдвинуться с места, будто невидимая стена не позволяет ему пошевелиться. Беглым взглядом осматриваю сверкающие, золотистые стены, людей, их уродливые лица, которые сейчас мне кажутся смазанными и нечеткими, и сглатываю.
— Черт, — шепчу я, покачнувшись, и сжимаю в пальцах переносицу, — стойте, Норин…
— Чувства? — Твердым голосом переспрашивает она и выпрямляет спину.
— Да, моя дорогая. Всего лишь любовь. Что это? Ты ведь в нее никогда не верила.
— И ему станет лучше?
— Он выздоровеет. Слово Люцифера. Он исцелится.
Все это неправильно. Все это кажется сном или загадкой. Я пытаюсь понять, какой у Дьявола план. Чего он добивается? Но голова раскалывается на части, будто грецкий орех, и я не соображаю. Я просто вижу, как Норин испепеляет Джейсона испуганным взглядом, и понимаю, что сегодня их история закончится. Она уже приняла решение.
По ее щеке скатывается одинокая слеза, которую она тут же смахивает пальцами.
— Хорошо.
— Скажи это еще раз! — Горячо и пылко настаивает Дьявол, едва не врезавшись носом в лицо Норин. — Скажи, что ты заключаешь сделку. Скажи!
— Я заключаю сделку с Дьяволом.
Лицо Люцифера искажает животный оскал, а у меня сводит легкие. Нет, нет. Я резко подаюсь вперед, чтобы схватит Монфор за руку и встряхнуть изо всех сил. Но не успеваю и шага сделать, как вдруг Джейсон валится на колени и откидывает назад голову.
— Да будет так, — шепчет Дьявол, и в зале приглушается свет.
Толпа испуганно пятится назад. Тень Люцифера преображается в черный, неровный пласт, который тянется к оборотню, вскарабкивается по его коленям, груди и впитывается в кожу, словно жидкость. Джейсон кричит, раскинув в стороны руки, будто распятый. Я в оцепенении наблюдаю за ним и стискиваю до скрипа челюсти, надеясь, что это не обман и с напарником все будет в порядке, надеясь, что Норин не ошиблась.
А затем вдруг крик оборотня превращается в болезненное кряхтение, и, согнувшись, Джейсон упирается ладонями о мраморный пол. Его руки неожиданно трансформируются в лапы оборотня и царапают покрытие острыми когтями.
Джейсон неестественно выгибает спину, пот толстыми струями катится по его лицу, и уже в следующую секунду из его рта выливается густая, черная дрянь.
— Черт возьми.
Жидкость растекается перед ним, образуя огромное угольное пятно, но напарнику не становится лучше. Его тело дергается в неистовых судорогах, гортанные звуки отдаются в зале эхом. Когда все заканчивается, Джейсон не может пошевелиться. Он лежит на полу, я тут же сажусь с ним рядом на колени, понятия не имея, чем я могу помочь.
— Джейсон, — твердым голосом отрезаю я, — открой глаза, твою мать, открой их.
Норин не шевелится. Она становится такой же прозрачной, как призрак. Она затаила дыхание и ждет. Ждет, что обещание Люцифера сбудется. Ждет, что оборотень очнется. И в следующее мгновение Джейсон измотано открывает глаза.
— Черт, — я расслабляю плечи и покачиваю головой. Невероятно.
Напарник моргает несколько раз и морщится от света, а я протяжно выдыхаю.
— С тобой будет гораздо проще, — сообщает Дьявол, посмотрев через плечо на Норин.
Она переводит на него взгляд, блестящий от слез, и коротко кивает.
— Я готова.
— Нет… — Люцифер медленным шагом бредет к женщине и поглаживает пальцами ее порозовевшие щеки. — Уверен, что не готова, моя дорогая. Но у тебя нет выбора.
Норин закрывает глаза, а Дьявол скользит рукой по ее подбородку, будто успокаивая и убаюкивая. Он поправляет ее взлохмаченные волосы, прикасается губами к ее лбу.
— Прости, моя дорогая. Больнее всех мы делаем тем, кого больше всего любим.
Люцифер отстраняется, делает несколько шагов назад и наблюдает за тем, как Норин открывает глаза. Женщина растерянно глядит перед собой, не двигается.
Дьявол с чувством выдыхает.
— Готово. — Он невинно поджимает губы и оборачивается.
Смотрит на Джейсона, подходит к нему и изящно взмахивает в воздухе рукой. Уже в следующую минуту оборотень послушно поднимается на ноги и расправляет плечи. Он не понимает, что происходит. Пот до сих пор струится по его вискам. Он смотрит пораженно и презрительно на Люцифера, тяжело дыша и с трудом удерживая равновесие, а тот вдруг, подавшись вперед, достает из кармана его пиджака пачку сигарет.
— Хочешь? — Спрашивает Дьявол, наклонив в бок голову.
Джейсон молчит. Я недовольно свожу брови и вижу, как Люцифер достает сигарету. Он закуривает, выглядя при этом абсолютно нелепо и неестественно, а потом кивает.
— Не стоит.
— Чего?
— Не стоит курить. Пес ты или нет, я уже сказал, что слабости у тебя человеческие.
— О чем ты говоришь?
— Понимаешь, ты умирал, и я спас тебя. Все это, — Дьявол обводит взглядом угольное пятно, что распласталось на мраморном полу, словно картинки по психоанализу, — все это находилось в твоих легких.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
