восхитительная игра приручения Анны к себе – она смущалась, иногда пыталась отвести его руки, но он нежной очаровывающей улыбкой ободрял её, ощущая себя змеем-искусителем, и осторожно продолжал натягивать жене чулки. Когда дело было сделано, он уткнулся лицом в её колени и с радостью почувствовал, как её рука опустилась ему на голову, а пальцы принялись ласкать его кудри. Потом он часто отдавал свою шевелюру её нежным пальчикам, обожал, когда она держала его голову на своих коленях, перебирая непокорные кудри. И обожал сам надевать жене чулки, лаская её стройные ножки.Сергей отогнал нахлынувшие воспоминания и заметил, что впереди показались строения – это была станция. Быть может, там его ждёт жена!Телега круто свернула в распахнутые ворота и распугивая клюющих что-то у дороги куриц, въехала в станционный двор. Кругом стояли разного вида повозки, толпились путешественники в ожидании отправления.Один из фельдъегерей растолкал спящих Дорохова с Антоновым и велел арестантам идти за ним в домик смотрителя. По его же совету узники подвязали кандалы, чтобы идти было удобнее. Сергей шёл нарочито медленно, надеясь заметить Анну или Николая, но их не было ни во дворе, ни в доме. Пока меняли лошадей, арестантам подали напиться квасу. Холодный и резкий напиток был как нельзя кстати в полуденную жару. С квасом дали и по куску чёрного хлеба. Сергей не хотел есть и протянул свой ломоть Антонову.- Вот, возьмите.- А вы как же? – совсем ещё мальчишка тот смутился, голубые глаза смотрели с удивлением.- Мне пока не хочется, - улыбнулся Петрушевский, - а вы ешьте, ешьте… Вам надо...- Спасибо! – паренёк улыбнулся и принялся с жадностью поглощать хлеб.- Вы тоже там были? – спросил Сергей, имея в виду Сенатскую площадь.Ему показалось странным и нелепым, что этот почти ребёнок уже был осуждён в каторгу.- Да, был… И в обществе состоял… Меня приняли за неделю до случившегося, - паренёк говорил, продолжая жевать хлеб.- И срок ваш?- Меня на поселение…Сергей понимающе кивнул. Больше они не говорили. Петрушевский подошёл к небольшому окну и продолжал высматривать, не покажутся ли Николай с Анной, но тщетно.И когда им приказали выходить, Сергей в последний раз с надеждой окинул взглядом станционный двор. Не приехала… не смогла? Или что-то случилось? Господи, только бы она и сын были здоровы! Усевшись на телегу, он запрокинул голову в высокое июльское небо и мысленно стал молиться о здравии жены и сына.
_____________________________________________________
*Эта часть ограды Петропавловской крепости, соединяющая Меншиков и Головкин бастионы, получила название из-за своей ориентированности на Кронверк – дополнительное фортификационное укрепление, защищавшее крепость от сухопутного нападения с ее северной стороны.
Кирпично-каменная кронверкская куртина была возведена в 1710 году на месте деревянно-земляного вала. Как и другие куртины, она состояла из двухъярусных казематов, которые были перестроены в один этаж к концу XIX столетия. За годы своего существования казематы использовались в самых разнообразных целях.
Источник
© https://peterburg.center/maps/petropavlovskaya-krepost-kronverkskaya-kurtina.html
** Сентенция (лат. sententia — мысль, изречение, приговор),сентенц — так назывался приговор военного суда по краткому изображению процессов Петра Великого (1720).***Профос — специальный чин, воинская должность в управлении вооружёнными силами (армия и флот), существовавшая для нижних чинов до XIX века.В Воинском уставе Вооружённых сил Российской империи (глава XLIII), изданном Петром Великим 30 марта (10 апреля) 1716 года, профосам было предписано исполнять полицейские обязанности:-наблюдение за чистотой и порядком в местах расположения войск и сил;-надзор за арестантами;-исполнение телесных наказаний, которые были введены Петром I, и морским уставом изданным 1720 года, в очень многих случаях. Телесные наказания были отменены 17 апреля 1863 года.
Кошка // Военная энциклопедия : [в 18 т.] / под ред. В. Ф. Новицкого … [и др.]. — СПб. ; [М.] : Тип. т-ва И. Д. Сытина, 1911—1915.
Профос Артиллерийского полка, с 1728 по 1732-й год.
****Ка́пор— женский головной убор эпохи бидермейера, соединяющий в себе черты чепца и шляпы.
ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ
Часть II. Глава 15
Автор арта - Кристина Муравская.
Анна была сама не своя, едва узнала, что поедет на встречу с мужем. Только бы не опоздать! Николай обещал быть к шести, но вот уже пробило шесть, а его всё не было. Сашунька ещё спал, и Анна в тревоге мерила шагами кабинет, прислушиваясь к уличным звукам, долетавшим в распахнутое окно. Наконец, она увидела въезжающую во двор коляску, в которой сидел Синяев. Не дожидаясь, когда он поднимется в квартиру, надела шляпку и выбежала на лестницу, на ходу завязывая ленты.
- Вы, наверное, потеряли меня? – спросил Николай, поцеловав ей руку и тот час усадил в коляску.
- Нет, мне сегодня не спалось, - Анна попыталась улыбнуться.
- Простите, но задержала служба.
- Николай Ильич, ну что вы! И без того я доставляю вам столько хлопот! – она смущённо опустила глаза.
- Ничуть! И вообще это пустяки! – возразил Синяев, он не хотел этой её благодарности, не считал, что заслужил её и, чтобы поскорее прекратить эту тему, тот час же приказал кучеру: - Трогай, милейший! Да поживее, нам надобно поспеть в срок.
Ехали быстро, Анна не заметила, как миновали окраину и выехали за город. День обещал помучить жарой – парило уже с утра, но за городом было свежее, хотя природа жаждала дождя. Луга и перелески мелькали, точно узоры в калейдоскопе*, новомодной игрушке, которую Сергей подарил жене на прошлогоднее Рождество. Однако Анна едва ли замечала эти прекрасные виды – все её мысли были о предстоящей встрече с мужем. Синяев что-то говорил, но она отвечала невпопад. Он вскоре понял, что лучше оставить её наедине со своими мыслями. Поэтому поехали молча, только скрип колёс, топот лошадиных копыт да редкие вскрики ямщика, понукающего пару гнедых, нарушали дорожную тишину.
Ещё издали завидев станцию, Анна взволнованно принялась высматривать арестантов. Наконец, подъехали, не увидев во дворе никого, похожего на каторжников, Анна встревоженно спросила Николая:
- Неужели его отправили по этапу?
Она недавно узнала, что некоторых отправляют по этапу, и они пешком, закованные в железа, идут до места назначения. Сама мысль о том, что Сергей может оказаться в их числе, была для неё пыткой.
- Успокойтесь, Анна, дорогая! Я точно знаю, что Сергей был отправлен на почтовых с фельдъегерями, - постарался уверить её Синяев, - Сейчас всё узнаем, наверняка, он в доме смотрителя.
Зашли в дом станционного смотрителя, но никого, кроме самого хозяина и двух
