Князев (подпрыгнув). Что ты сказал? что ты сказал? какое слово?
Дробадонов. Я говорю, что его достатки миллионы, а он не пьяница, не расточитель.
Князев (про себя). Расточитель! (Распрямляясь.) Фу-у! батюшки! Орлу обновилася юность! (Громко Дробадонову.) Постой, постой!.. Да, хорошо… я дом продам — на что ж он мне? он мне не нужен, продам и завтра выдам крепость… Но постой же, братец, ведь это так нельзя. Живой человек живое и думает, и там кто его знает… Нет, я деньги с глазу на глаз брать не стану. (Берет со стола ассигнации и сует их в руки Дробадонову.) Возьми-ка, возьми пока, возьми. (Растворяет дверь.) Эй! Вонифатий Викентьич!
Явление 8
Те же и Минутка.
Князев. Вот я здесь домик свой, что на провалье, продал Ивану Максимовичу, и то есть не Ивану Максимовичу, а Гусляровым, Марине Гусляровой, только на Ивана Максимовича деньги, так сядь-ка напиши какую следует расписку, что деньги, мол, три тысячи рублей за сей проданный дом я от Молчанова получил и обязуюсь в месячный срок совершить на оный купчую крепость на имя Марины Гусляровой, а расписку сию положили до совершения крепости дать за руки секретарю Минутке. (Сажая его за бюро.) Пиши так, как сказано. (Про себя с самодовольною улыбкою.) Очень бы хотелось мне видеть теперь какого-нибудь петербургского мудреца, чтобы он, глядючи на меня теперь, сказал, что это по его разуму я делаю? Нечего больше и сказать, что Князев дом продает… А Князев душу человеческую и всю совесть мирскую под ногами затоптать собирается…
Минутка. Готово.
Князев (скоро подписывается. Минутке). Подпишись свидетелем. (Дробадонову.) Теперь пожалуй деньги. (Дробадонов подает.) И ты также подпишись. (Смотрит через плечо, пока тот пишет, и потом, взяв в руки бумагу, читает.) Кипец Калина… Как ты это, братец, скверно пишешь: не кипец надо писать, а купец. (Свертывает лист.) Минутка, спрячь.
Дробадонов. Прощай покуда, Фирс Григорьич.
Князев (быстро). А?.. Да! Прощай, прощай покудова.
Дробадонов уходит.
Явление 9
Те же без Дробадонова.
Князев (посмотрев вслед Дробадонову). Ну что ж, брат Вонифатий, понял?
Минутка. Дом продали, я больше ничего не понял.
Князев. Ничего?
Минутка (пожимая плечами). Н… ничего. (Спохватясь.) Расписку уничтожить?..
Князев (злобно смеется). Ха, ха, ха! (Делая притворно свирепое лицо и наступая на Минутку.) Подай ее! подай сюда расписку!
Минутка (испуганный, защищаясь и убегая). Фирс Григорьич, Фирс Григорьич, я не могу… что ж вы это в самом деле… Фирс Григорьич? Вы деньги взяли, а я должен даром…
Князев. Давай, давай! я поделюсь с тобой.
Минутка. А сколько же мне? (Опять убегая.) Позвольте прежде: сколько же мне?
Князев (глядя на Минутку). Ну как же вас, таких-то поползней, не запугать судами да законами? Свет умудряется: везде, на всякий час искусства новые; а вы всё только хап да цап. Это время прошло теперь, чтоб по-нижегородски соль красть. Нет, я, брат, не в вас! Это ты вот давеча с перепугу бормотал здесь, что уж тебе теперь и прикоснуться к взяткам страшно; а только посулили — ты уж опять и лапу суешь. (Смеясь.) Ах ты, бесстрашный этакой! В такие времена, при таком суде брать взятки! Нет, я не беззаконник! Теперь кто глуп, так тот пускай законы нарушает, я чту закон. Сам на себя я, видишь, выдаю расписки. Как око, береги ее! Дом продан, только в нем не жить тому, кому его купили: на это есть закон.
Минутка. Такого нет закона.
Князев (нервно). Неправда, есть! (Бросает на пол к ногам Минутки лежавшую на столе пачку ассигнаций.) Бери! Три тысячи здесь: одну из них возьми себе; остальные же две представить в Думу и объявить народу, что бог послал мне великую удачу в деле трудном и что за это я от своих щедрот плачу за бедных города всю податную недоимку. (Подумав.) А на тот год дарю на подать (с ударением) десять… нет! двадцать… тридцать тысяч.
Минутка. Что вы? что… вы? Откуда это будет?
Князев. Откуда?.. Отгадай!
Минутка. Нет, извините, не могу.
Князев (надевая перчатку). Я клад нашел.
Минутка (поникает головой и выражает недоумение). Ряхнулся!
Князев. Аптеку, — понимаешь, аптеку выискал.
Минутка (не понимая). Какая аптека? Что это вы, Фирс Григорьич!
Князев. А что стряпчий-то писал: «нет, говорит, аптеки!» Вздор! есть аптека! И не на сей день, а на два века та аптека.
Минутка (оглядываясь по сторонам в недоумении). Где вы это видите? Вы нездоровы! Где аптека?
Князев. Она вот в головах в таких премудрых, как твоя, да промеж зубов, которым чавкать нечего. Подай мне трость и шляпу… Нет, врете все: Фирс Князев не пропал! Пусть черви грома прячутся, а стрепету за тучами еще простора вволю.
Явление 10
Те же и две слободские девушки (пролезают в дверь. Одна постарше, очень смела, другая молоденькая, робко жмется).
Князев (встречая их, обнимает старшую, которая вскрикивает; потом трется около младшей и, когда эта закрывает рукою глаза, сажает ее на свою постель). Побудьте здесь, Аленушка и Саша. Погрейте старичку местечко. А там вот в поставце винцо, наливка и мятные груздочки. Покушайте покуда. Я враз сейчас вернусь.
Алена (развязно указывая на Сашу). Она робеет, Фирс Григорьич, с непривычки.
Князев (гладя Сашу по голове). Робеет. Ничего. Ты не робей: мы добрый. (Минутке.) Ступай домой теперь. (Уходит.)
Явление 11
Те же без Князева.
Минутка (выпустив Князева, берет свою фуражку. Про себя). Домой? Нет, я уж лучше за тобою издали пройдусь, поприсмотрю, что это ты затеял ночью. (Уходит.)
Занавес падает.
Действие второе
Кабинет Молчанова, убранный в современном вкусе.
Явление 1
Молчанов (одет в хороший летний утренний пиджак. Выпроваживая из своей комнаты двоих детей). Ступайте с богом, резвитесь и играйте, только, пожалуйста, не ссорьтесь. (Выпускает их за дверь и говорит с порога.) Прошу вас, няня, не давайте вы им этих кошек мучить да собачек! Усердно вас прошу об этом. (Затворяет дверь и идет к письменному столу, который стоит вправо от зрителей.) Эх, не приведи господи воспитывать детей без матери, а еще хуже с плохою матерью. (Садится.) Не женитесь, добрые люди, на деньгах… Если и за свою полу недобрая женщина схватится, режьте лучше полу прочь да улепетывайте. Что это вот за жизнь моя! Как вспомню я, бывало, как я жил в Германии: до вечера на фабрике работаешь, все учишься; домой придешь — святая тишина в беленькой комнатке. Тишь, тишь, тишь; про философию даже рассуждаешь. Но надокучит эта тишь чужая — бежишь на родину… бежишь… и здесь встречаешь свару. Не по каким-нибудь таким причинам, которых отвратить нельзя, все отравляется, а вот словно в фантастическом рассказе: бог весть откудова что сыплется; летит нежданное и засыпает человека.
Явление 2
Молчанов и Минутка (который вскакивает через окно).
Молчанов (увидев в окне Минутку, делает в изумлении один шаг назад). Это что за явление? (Смеясь.) Верно, гони природу в дверь, она влетит в окно.
Минутка (оправляясь). Пусть это вас не удивляет, Иван Максимыч.
Молчанов (улыбаясь). Однако довольно трудно и не удивляться. Ко мне этой дорогой никто не ходит.
Минутка. В наше время не всегда можно прямой дорогой ходить. Прикажете присесть или убираться?
Молчанов (улыбаясь). Это я предоставляю на ваш выбор.
Минутка. Я выбираю сесть. (Садится в конце письменного стола.) Вам угрожают большие неприятности, Иван Максимыч.
Молчанов (весело). Скажите, вы что ж, сегодня за кого?
Минутка (кланяясь). За вас!
Молчанов (строго). Благодарю покорно; но эта шутка мне не по нутру.
Минутка. Фирс Князев вам приготовил западню.
Молчанов. Какую западню?
