— Нет смысла, — сказал он, — накапливать промашки; зачем нам укоренившиеся привычки, да еще не всегда подходящие. Нам, для наших целей, нужны молодые люди, то есть не слишком старые, однако уже опытные, мужчины, которые знают, как вести себя, иначе, насколько я могу судить по моему короткому знакомству с синегорцами, долго мы здесь не задержимся — если наши люди поведут себя так, как позволяют себе некоторые. Я начну дело здесь, как ты и ждешь от меня, ведь я приехал, мой дорогой мальчик, чтобы остаться здесь с тобой и Джанет; мы, если Бог даст, поспособствуем формированию новой «нации» — союзников Британии, — которая, по крайней мере, будет аванпостом нашей нации, будет стражем нашей дороги на Восток. Когда все здесь будет организовано в военном отношении и пойдет, как надо, я, если ты меня отпустишь, вернусь в Лондон на несколько недель и наберу там побольше подходящих нам офицеров. Я знаю, их там с избытком. Я не буду торопиться, буду тщательно отбирать людей, и каждый, кого привезу сюда, получит рекомендацию от кого-то из старых воинов, известных мне, а старые солдаты дадут рекомендацию, только если видели человека в деле. У нас будет, осмелюсь сказать, армия, при ее численности такая, подобной которой на свете не найдешь, и придет день, когда твоя прежняя страна будет гордиться твоей новой страной. А теперь я пойду — погляжу, все ли приготовлено для моих людей. Для твоих отныне…
Я распорядился, чтобы прибывший клан, мужчин и женщин, устроили как можно удобнее, но знал, что добрый старый воин сам проверит, хорошо ли его людям. Ведь недаром же не было второго генерала в британской армии, которого бы так любили его солдаты.
Когда он ушел, ко мне зашел мистер Трент, явно дожидавшийся этой возможности. Мы поговорили о моей женитьбе и о Тьюте, похоже, произведшей необычайно сильное впечатление на него. И вдруг он спросил:
— Надеюсь, мы совсем одни и нас не прервут?
Я позвал человека — возле моей двери или подле меня, где бы я ни был, теперь всегда стоит караульный — и распорядился, чтобы меня не беспокоили, пока я не отменю это распоряжение.
— Если же будет что-то неотложное, — сказал я, — сообщите воеводине или мисс Макелпи. Им прийти ко мне не возбраняется.
Когда мы остались вдвоем, мистер Трент достал из стоявшей рядом с ним сумки листок бумаги и какие-то документы. Затем он прочел написанное на листке, держа при этом документы перед собой.
На листке был такой перечень:
1. Новое завещание, вступающее в силу в случае женитьбы и надлежащее быть подписанным в настоящий момент.
2. Копия акта обратной передачи имения Виссарион Петру Виссариону, согласно последней воле Роджера Мелтона.
3. Отчет о переписке с Тайным Советом и вытекающие процедуры.
Подняв связку документов, относившихся к последнему пункту перечня, он снял с нее красную ленточку и проговорил:
— Поскольку вы, вероятно, позже захотите изучить подробности процедур, я запасся копиями различных писем, оригиналы которых надежно хранятся в моем сейфе, откуда, конечно же, всегда могут быть взяты в случае, если понадобятся. Пока же ознакомлю вас в общих чертах с процедурами, сверяясь, если необходимо, с этими бумагами.
Получив ваше письмо с распоряжением заручиться согласием Тайного Совета на смену вашего подданства, соответственно условиям завещания Роджера Мелтона, я связался с секретарем Тайного Совета и ознакомил его с вашим желанием стать в свое время гражданином Синегории. После обмена несколькими письмами он пригласил меня на заседание Совета.
Я посетил заседание, имея при себе все необходимые документы, а также те, которые, как полагал, было бы желательно представить.
Лорд-председатель сообщил мне, что настоящее заседание Совета было созвано специально по предложению короля, к которому обращались с вопросом, нет ли у него каких-то особых пожеланий по данному делу. Далее председатель официально уведомил меня, что все процедуры Тайного Совета совершенно конфиденциальны и ни при каких условиях не подлежат публичному оглашению. И любезно добавил:
— Обстоятельства этого дела, однако, исключительны; и так как вы действуете в интересах другого лица, мы полагаем, что было бы желательно расширить ваши полномочия и разрешить вам без ограничений консультироваться с вашим доверителем. Поскольку джентльмен поселяется в той части мира, которая некогда была и, возможно, вновь будет объединена с нашей нацией ко взаимной выгоде, Его Величество желает, чтобы мистер Сент-Леджер был уверен в благоволении Великобритании к Синегории, а также знал, что Его Величество лично испытывает удовлетворение оттого, что столь высокородный и наделенный столь выдающимися качествами джентльмен становится — в пределах его возможностей — связующим звеном между двумя нациями. Содействуя этому, Его Величество милостиво возвещает, что если Тайный Совет будет сомневаться в целесообразности удовлетворения прошения о выходе из подданства, Его Величество лично подпишет документ.
Вследствие чего Совет провел тайное заседание, на котором дело рассматривалось с разных сторон, и пришел к заключению, что перемена подданства не принесет собой вреда, но может быть полезна обоим нациям. По этой причине мы согласны удовлетворить прошение подателя, и члены Совета готовы представить официальное разрешение. Поэтому, сэр, вы можете быть спокойны, что как только с формальностями будет покончено — а требуется, конечно же, подпись подателя прошения на ряде документов, — разрешение на выход из подданства подателем прошения будет получено.
Сообщив официальную часть новостей, мой старый друг продолжил в более непринужденном тоне:
— Итак, мой дорогой Руперт, дело движется. Вскоре вы обретете свободу, оговоренную в завещании, и сможете предпринять все необходимые шаги для того, чтобы получить гражданство в новой стране вашего проживания.
Открою вам также, что несколько членов Совета очень благожелательно высказывались о вас. Мне запрещено называть имена, но я могу сообщить вам факты. Один старый фельдмаршал, чье имя известно всему миру, говорил, что служил во многих местах вместе с вашим отцом, храбрым солдатом, и что он рад, что достойный своего отца сын окажет Великобритании добрую услугу в дружественной стране, пока находящейся за пределами аванпостов Британской империи, но некогда бывшей единой с ней и, возможно, вновь пожелающей единства.
О Тайном Совете на этом все. Пока мы ничего больше сделать не можем — пока вы не подпишете и не засвидетельствуете документы, которые у меня с собой.
Но мы оформим акт распоряжения имуществом, то есть Виссарионом, что необходимо сделать, пока вы являетесь британским подданным. А также оформим завещание: составим более полный документ вместо того краткого, который вы направили мне на другой день после вашей женитьбы. Возможно, будет необходимо или желательно позже, когда вы станете гражданином этой страны, составить новое завещание в строгом соответствии с местным законом.
