не ожидал.
— Все, мне домой пора. Увидимся.
Она быстро уселась на мотоцикл, надела шлем и отправилась в дорогу, а я только смотрел ей в спину.
— Хех, это мило, — усмехнулся я.
Рубашка оказалась как раз. С размером она угадала идеально. Но поскольку я и так был в куртке, то обновку просто убрал в сумку. Потом надену.
Домой я решил добираться пешком.
Погодка стояла отличная, а потому появилось желание размять ноги, раз уж в тренажёрный зал сегодня не надо. Ну и была еще надежда, то этого утырка я все же где-то замечу и пропишу ему в табло.
«Нет, лучше в корпус. Личико портить нельзя, а то это слишком заметные следы будут».
Вот с такими мыслями я и шел по тротуару.
— Я тоже пока никого не заметила, Ники, — сказала Болтушка, повиснув на моем плече. — Ты хочешь добраться до него?
— Немного помну и все, — усмехнулся я. — Но прощать то что он делает с Эри не собираюсь.
— Ух. Мне нравится твой настрой, — зловеще улыбнулась она. — Осталось только найти.
— С этим будут проблемы. Обычные методы я испробовал.
— Может тогда к феям обратимся?
— И загреметь на еще один долг? Мне прошлого хватило.
— Это да. А так я думала спросить Кадэхо. Может он поможет.
— Ну, его сначала найти надо, а то он за последнее время не показывался…
— А? Чего надо⁈ — неожиданно прозвучал рядом с нами знакомый голос.
Останавливаюсь и смотрю на переулок, где как раз стояла одна собака.
— О, привет, Кадэхоо-о-о-о-о-о-о-о… Че?
Через секунду я рассмотрел, что именно стояло передо мной и это был не знакомый мне бродячий доберман, а всего лишь…
— Корги…? — произнес я, смотря на коротколапую собачку.
— ПХА-ХА-ХА-ХА-ХА-ХА-ХА-ХА-ХА-ХА-ХА-ХА-ХА-ХА-ХА-ХА-ХА! — дикий ор раздался от Болтушки при виде этого чуда.
Вместе поджарого жутковатого кабыздоха, который весьма внушал своим видом, сейчас тут находился какой-то маленький пёсик, с довольно милой стрижкой. Выглядела собачка прямо очаровательно, если не смотреть на скривившуюся от злости рожу.
— ХА-ХА-ХА-ХА-ХА-ХА! Ники! Смотри! У него хвостик подстрижен под сердечко! — откровенно ржала моя фея.
Я и сам едва сдерживал смех, ведь увидеть такое никак не ожидал.
— Да, да, да, может смеяться, гады, — рычал пёсик. — Очень смешно. Ха. Ха. Ха. Можете глумиться над моими проблемами.
— Обязательно! — веселилась Болтушка и подлетев к нему начала как на кнопку нажимать на «сердечко на попе». — Ой не могу! Это просто умора!
— Гав! Отвали! — бесился малыш и пытался укусить Болтушку, но короткие лапки не позволяли высоко прыгать.
— Ты как-то изменился, Кадэхо. Постригся? — не удержался я от подкола.
— Еще один юморист на мою голову. Идите вы все в жопу.
— В эту что ли? Бу-у-уп! Ники давай его себе оставим? Он сейчас крайне милый! Ха-ха-ха!
Пёсик огрызался, но ничего поделать не мог. Не доставал.
— Ладно, ты как это умудрился стать таким?
— Проблемы нажил себе, — фыркнул тот. — Та бабка, что мне в свое время в собачью шкуру и запихнула тут, узнала о моем недавнем… «проколе» и решила наказать. Нашла под колесами машины эту убитую тушку, выпотрошила, а затем запихнула меня в эту шкуру. Теперь мне так еще недели две ходить… Я надеюсь…
— Это какая еще бабка? — не понимал я.
— Есть тут одна вредная вуду-старуха. Договор у нас с ней, я приглядываю за городской мелочью, она помогает мне удержаться в городе, ну и со внешностью тоже… Помогает… А мне теперь в этом ходить… Вот же вредная старая крокодилиха. Гр-р-р-р!
— Эй, эй, Кадэхо, а сделай бочку! Давай!
— Не буду я.
— Приказ! Бочку!
К моему удивлению баргест действительно начал кататься по земле и выполнять команды Болтушки.
— Теперь голос! И на задние лапки встань! — продолжала издеваться та, а пёс все выполнял.
— А-а-а-а! Бездна! Мне еще и дрессированную собачатину в оболочку дали! — взвыл тот. — Все! Я побежал, пока из меня циркового шпица не сделали!
Пёс быстро умотал, перебирая своими короткими лапками и только его сердечко на попе было еще долго видно вдалеке, под аккомпанемент хохота Болтушки.
— Да уж, чего только не бывает, — почесал я затылок.
Однако его слова про «вуду-старуху» лишь прибавили мне головной боли. Сколько в этом городе вообще всяких магов-то? Энн, вудуистка, цветочники… И все сидят потише да держат держат голову пониже… Только вот ради чего? Также я еще задумался над тем, а есть ли вообще в городе хоть какие-то бродячие животные, что не являются одержимыми? Город все же относительно новый и взяться такому количеству гуляющих собак просто неоткуда. Все, кого я встречал как кошки и крысы были кем-то одержимы.
«Может они какую-то работу выполняют? Типа шпионят за кем-то? Или сами отлавливают беспризорных животных? Надо бы выяснить…»
С такими мыслями я уже думал уходить, как сквозь смех феи услышал что-то… недалеко.
Это были какие-то голоса и приглушенные звуки… звуки ударов.
Заинтересовавшись я решил проверить и прошел вперед, где и увидел их…
Глава 48
Старая улыбка
Их было четверо.
Четверо парней примерно моего возраста, хотя один несколько старше остальных и он у них в компании явно главный. Вчетвером они ногами избивали кого-то еще, что, закрыв голову руками выл от боли и молил отпустить его, но веселящаяся и явно подвыпившая компания его не слушала.
— Ха-ха-ха! Как визжит, поросеночек!
— Ой, больно тебе? На!
— Давай обоссым его все вместе?
— Отличная идея. Эй, мудро, личико открой, чтобы мы тебе «росой» попали. Ха-ха-ха!
Компания веселилась, издеваясь над своей жертвой, что была младше и слабее всех. Явно какой-то школьник, которого зажали сюда и теперь всем коллективом избивали.
Вид всего происходящего напомнил мне о не самых приятных воспоминаниях…
В голове зазвучал издевательский смех, глумления и насмешки. Эти голоса напомнили мне о прошлом…
— Ешь грязь, ничтожество…
Ботинок опускается на затылок и погружает лицо подростка глубже лужу…
Воспоминания принесли лишь раздражение.
А потому терпеть подобное я не собирался.
— Эй вы! — вышел я из укрытия.
Четверка, что уже реально расстёгивала ширинки резко остановилась и обернулась ко мне.
Я же неспешно шел к ним на ходу доставая значок.
— Вали отсюда, утырок,
