овладевает им – глубокое и ужасное безумие. Он уткнулся лицом в ладони и впился ногтями в кожу.
– Не предлагай мне свои пророчества, ведьма. Мне уже суждено победить.
– Я не даю пророчеств, идиот, – сказала Геката. – Я проклинаю твою задницу.
Затем она исчезла, забрав с собой Гефеста.
Единственными, кто остался сражаться, были Кронос и Прометей, чья магия сотрясала землю с каждым оглушительным ударом, но даже этому пришел конец, когда титанический бог огня исчез.
Несколько секунд Тесей и Кронос смотрели на то место, где он только что был, и общий гнев сгущал атмосферу между ними. Прометей был предателем для обоих – для Кроноса и для Зевса. Он не был предан никому, кроме смертных. Тесей не знал, что титану удалось сбежать из подземного мира. Он был совсем в другой части Тартара, прикованный к скале, в то время как орел лакомился его печенью.
Кронос встретился взглядом с Тесеем.
– Я отомщу другим титанам так же, как отомщу своим сыновьям, – сказал Кронос. – Считай, что наш союз заключен.
Тесей хотел бы отпраздновать это событие, но был слишком зол. Он поднял взгляд к небу и увидел Зевса. Он оставил его подвешенным там, как напоминание миру смертных о своем могуществе. Он перенесся к богу и увидел, что на месте, где когда-то билось сердце Зевса, зияет дыра.
Ярость Тесея вскипела, и он занес свой клинок над богом неба, отсекая куски его плоти от тела и позволяя им падать на землю.
Закончив, он увидел, как много людей собралось посмотреть на него с земли, не только нечестивые, но и верующие смертные, которым еще предстояло найти убежище в обсидиановой башне Аида.
Когда Тесей опустился на землю, забрызганный кровью Зевса, он объявил:
– Царь Богов мертв.
За его словами последовали оглушительные аплодисменты и песнопение, которые рассеяли его сомнения.
– Да здравствует Тесей, Царь Богов!
* * *
От угрозы, прозвучавшей в словах Гекаты, по телу Тесея пробежали мурашки, и ему не терпелось избавиться от стресса. Возможно, она и убила Зевса, но это не умалило значения пророчества офиотавра, и теперь он был уверен в союзе с Кроносом. Он выиграет эту войну и будет безраздельно править миром, созданным им самим. Все, что он планировал, воплощалось в реальность.
Когда он вернулся в дом Эфры, миновав высокую стену, окружавшую резиденцию его матери, на крыльце его ждали слуги, которые стали кланяться, как только он появился. Они не хотели встречаться с ним взглядом, и он знал, почему: они были свидетелями небесной сцены и отлично видели, как он разрубал Зевса на куски.
Если бы Ариадна стояла здесь, она бы выдержала мой взгляд, – подумал он. – И она бы отказалась поклониться.
Удовольствие Тесею доставляла не эта мысль, а то, что он сделает, чтобы наказать ее за неповиновение. Он поставит ее на колени и засунет свой член так глубоко ей в горло, что она задохнется.
Мысль о том, что будет чувствовать Ариадна, вызвала у него трепет.
Внезапно ему захотелось снова пойти к ней, посмотреть, как она изменилась за те часы, что прошли с его отъезда. Она снова будет драться с ним?
Тесей вошел в дом и направился в свою спальню, но остановился, когда заметил, что дверь приоткрыта. Мгновенно заподозрив неладное, он осторожно приблизился и, заглянув в щель, увидел Хелен, склонившуюся над Ариадной. В ее руке блеснуло лезвие – она разрезала веревки на ее запястьях.
– Почему ты помогаешь мне? – спросила Ариадна шепотом.
– Я должна, – ответила Хелен. – Я не могу… жить, зная, что он с тобой делает.
Тесей сомневался, что Хелен осознавала иронию своих слов, хотя, возможно, она очень скоро ее поймет. Он продолжал наблюдать, с любопытством ожидая, что будет дальше.
Как только Ариадна освободилась, Хелен сняла рюкзак и вытащила стопку одежды. Она пришла подготовленной.
– Одевайся быстрее, – проинструктировала она. – У нас не так много времени.
– Где он? – спросила Ариадна.
Тесей счел страх в ее голосе забавным.
– Боги сражаются в центре города, – сказала Хелен. – Но я не знаю, как долго его не будет. Тесей сам не сражается в своих битвах.
Тесей стиснул зубы от ее слов.
Ариадна ничего не говорила, пока натягивала одежду. Хелен достала из сумки нож в чехле и бросила его на кровать. Ариадна взяла его.
– Куда мы пойдем?
– Говорят, Аид превратил «Неночь» в убежище. Я отведу тебя туда.
– А как же ты?
– Я предала его жену и царицу, – сказала Хелен. – Мне там не будут рады.
Тесей подождал, пока Ариадна закончит одеваться и посмотрит на Хелен. Затем он появился позади своей помощницы и схватил ее за подбородок и затылок.
– Ты пожалеешь, что я решил участвовать в этой битве, – сказал он, дернув ее голову в сторону. Ее шейные позвонки хрустнули.
Тесей почти оторвал ее голову от тела, но Ариадна бросилась к двери. Он отпустил Хелен и бросился к Ариадне, вцепившись пальцами в ткань ее рубашки.
– Нет! – закричала она и развернулась, чтобы ударить Тесея, но его кожа была непроницаема. Ее рука соскользнула, и она вскрикнула, когда лезвие порезало ей ладонь. Ариадна выронила нож, и он упал на пол вместе с крупными каплями ее крови.
Тесей схватил ее за запястья и потащил к кровати, но Ариадна уперлась ногами в пол. Она стала скользкой от крови и выскользнула из его хватки. Она, казалось, была удивлена не меньше его, когда отшатнулась и упала. Тесей бросился за ней, но она вскочила на ноги, добежала до двери и, распахнув ее, помчалась по коридору.
Он позволил ей бежать, позволил ей кричать. Он вел учет ее проступков – позже он решит, как ее наказать. А сейчас Ариадне предстояло кое-что узнать, потому что в конце коридора была комната Федры – дверь в нее была открыта: сломана и разбита в щепки.
Ариадна увидела свою сестру – та все еще висела на краю кровати и успела окоченеть, – и из нее вырвался крик боли. Она медленно опустилась на пол, не в силах встать.
– Что ты сделал? – простонала Ариадна. – Что ты сделал?
– Я ничего не сделал, – ответил Тесей. – Твоя сестра сама это выбрала. Она бросила тебя. Она бросила своего сына.
– Она бы никогда этого не сделала! – Ариадна кипела от гнева. Она пристально посмотрела на него, и он ощутил всю силу ее ненависти.
Тесей не удержался, усмехнулся и сказал:
– Значит, ты ее совсем не знаешь.
Ариадна с криком бросилась на него. Он чувствовал, как ее ногти царапают его лицо, но это не причиняло ему никакой боли. На несколько секунд он позволил ей разозлиться, но вскоре ему это надоело, и, схватив ее за руки, он снова потащил ее в комнату Федры.
Тесей бросил Ариадну на кровать, обхватив рукой за горло.
– Сопротивляйся, и я убью своего сына у тебя на глазах.
– Ты этого не сделаешь, – прохрипела она, ее
