к моим обнаженным бедрам, пальцы впивались в мою кожу каждый раз, когда он делал очередной вдох. Тепло его рук вызвало восхитительную дрожь, прокатившуюся по мне, когда он проводил мягкими кругами по моей обнаженной плоти своими мозолистыми кончиками пальцев. — Шэн?
— Я здесь из-за парня Джонни, — сказала я ему, обхватив его лицо дрожащими руками. — Только не Джонни , игрока в регби. -Прерывисто вздохнув, я наклонилась ближе и запечатлела поцелуй в уголке его рта, прежде чем отстранилась, чтобы посмотреть ему в глаза. — Я останусь ради обоих, но я люблю только одного.
Он вздрогнул и закрыл глаза. — Ты серьезно. — Это был не вопрос. — Тебя действительно это не волнует.
Я медленно покачала головой, заставляя себя выдержать его взгляд. — Это не то, что я вижу, когда смотрю на тебя, это не то, что я когда — либо видела. Я хочу этого для тебя только потому, что ты хочешь этого для себя, — добавила я хриплым голосом. — Но я здесь в любом случае — регби или не регби… Если ты этого хочешь?
— Господи, Шэн, ты убиваешь меня, — простонал Джонни, притягивая меня за бедра так, что мы оказались грудь к груди. Мое сердце бешено забилось; ощущение того, как его грудь поднимается и опускается рядом с моей, было невыносимым. — Если у меня получится, для нас это ничего не изменит. — Издав низкое рычание, он уткнулся лицом в изгиб моей шеи и глубоко вдохнул. — Это не изменит меня, — добавил он приглушенным голосом, пока его пальцы скользили вверх и вниз по моей грудной клетке. — Или о том, что я чувствую к тебе.
— Правда? — выдохнула я, кладя руки на его широкие плечи. — Ты обещаешь, что не забудешь меня, когда станешь большой звездой?
Подняв свое лицо к моему, он медленно кивнул и прошептал: — Я обещаю.
Не в силах больше ни секунды выносить ноющую потребность внутри моего тела, я запустила руки в волосы Джонни и притянула его лицо к своему. Он охотно кончил, и наши губы соприкоснулись, оставляя обжигающий след между моими ногами. С низким одобрительным рычанием он обхватил руками мои бедра и просунул язык между моими приоткрытыми губами, забирая воздух из моих легких и поджигая все мое тело огнем.
Я чувствовала, как его эрекция напрягается сквозь ткань школьных брюк, сильно прижимаясь ко мне. Отчаянно желая большего контакта, я выгнула спину и покачала бедрами напротив его. — Ты такая идеальная, — прорычал Джонни, касаясь губами моих, пока говорил. — Твоя кожа такая чертовски гладкая. — Уткнувшись носом в мою шею, он проложил дорожку горячих, влажных поцелуев вверх по моей шее, его язык пробовал меня на вкус, а руки блуждали по моим ногам. — Я так долго хотел тебя. — Застонав, я прижалась к нему, покачивая бедрами и выгибая шею навстречу его лицу, дрожа всем телом. — Черт!
Я схватила его за волосы и притянула ближе, царапая ногтями и втягивая их, как котенок, когда потребность внутри меня расцвела и загорелась. Боже, я любила его волосы. Они были туго подстрижены по бокам и сзади, оставляя на макушке беспорядочную копну непослушных, растрепанных каштановых волос. Обычно они были уложены каким-нибудь фантастическим образом, но теперь, когда они были влажными и я провела по ним пальцами полдюжины раз, они выглядели еще лучше.
Снова завладев моими губами, Джонни откинулся на спинку сиденья и потянул меня за собой. Моя школьная юбка задралась, образовав лужицу на животе, когда мы раскачивались и терлись друг о друга в неистовом унисоне, но мне было все равно. Ни капельки. Все, о чем я заботилась в этот момент, — это чтобы он был рядом со мной.
Я не знала, что ждет меня в будущем, и хотела максимально использовать каждое мгновение, проведенное с ним. Через два месяца его не станет. Через две недели я могу уехать. Постоянный страх перед неизвестностью подтолкнул меня к действию. Если мой отец вернется… Нет!
Не думай об этом, Шэннон.
Просто будь здесь, в этот момент, с ним.
Просто поглоти его.
Его губы были мягкими, его запах вызывал привыкание, а ощущение его тела, трущегося о мое во всех нужных местах, заставляло меня чувствовать себя невероятно безрассудной. Я чувствовала, что нахожусь в той точке, где не знаю, где начиналась я и заканчивался он.
Мое сердце билось так сильно, что я была уверена, он мог чувствовать это, когда мы прижимались друг к другу. С бешено колотящимся сердцем в груди и тревогой, угрожающей захлестнуть меня, я потянулась к пуговицам его рубашки.
— Подожди, подожди, подожди… — затаив дыхание, Джонни запрокинул голову, чтобы посмотреть на меня. Его глаза были такими темными, что в них почти не было намека на голубизну. Схватив мою руку, он прижал ее к своей груди и спросил: — Что ты делаешь?
Я не знаю.
Понятия не имею.
— Пожалуйста, просто позволь мне, — прошептала я, шокированная собственной дерзостью, но не беру свои слова обратно.
— Шэн… — Его голос прервался, и он застонал. — Мы говорили об этом…
— Я знаю, — согласилась я, тяжело и учащенно дыша. — Но я просто… Я хочу посмотреть.
— Просто посмотреть? — Он тяжело дышал, его сердце почти бешено колотилось в груди, когда он делал короткие вдохи. — Это то, чего ты хочешь?
Кивнув, я села и положила руки ему на живот. — Я просто хочу посмотреть. — Дрожащими руками я потянулась за рубашкой и нервно теребила пуговицы. — Ты хочешь посмотреть? — Чувствуя себя неуверенно, я расстегнула три верхние пуговицы на своей рубашке. — Я тебе тоже покажу…
— Конечно, я хочу посмотреть, — простонал Джонни, убирая мою руку от рубашки. — Но если я увижу, я возьму, — выдавил он, крепко сжав челюсти. — И я не могу брать, детка, так что, пожалуйста, не показывай мне этого, черт возьми.
— Я не возражаю, — выдохнула я, сердце бешено колотилось. — Я хочу, чтобы ты увидел.
— Черт! — Сделав несколько успокаивающих вдохов через нос, Джонни отпустил мои руки и опустил ладони на мои бедра. — Давай. — Натянуто кивнув, он добавил: — Возьми все, что тебе нужно.
Прерывисто вздохнув, я потянулась, чтобы расстегнуть его рубашку, но только для того, чтобы нащупать первую пуговицу.
Джонни оставался совершенно неподвижным подо мной, его горящие глаза прожигали дыры в моих, а его грудь поднималась и опускалась под кончиками моих пальцев.
Укрепив свою решимость, я сделала глубокий вдох, отряхнула руки и попыталась снова, не останавливаясь, пока не расстегнула его рубашку и не отодвинула в сторону.
— Ты такой… — Мои слова оборвались, и я тяжело выдохнула, не сводя глаз с его вспоротого живота. У меня
