Марса: он покрыт оксидами железа… Реакции с участием ОН легко приводят к образованию пероксидных соединений, подобных Н2О2 и НО2… Именно наличием таких веществ можно объяснить результаты экспериментов по газообмену и выделению радиоактивной метки».
Хотя отдельные учёные, включая Гилберта Левина, продолжали настаивать на том, что часть результатов (особенно полученных приборами LR) можно интерпретировать в пользу гипотезы существования микробиологической жизни на Марсе, научное сообщество в целом признало соседнюю планету мёртвой.
С Венерой дела обстояли ещё хуже. Астрономы долго не могли договориться о составе её плотной атмосферы, что имеет, как мы знаем, принципиальное значение при обсуждении вопроса пригодности природных условий для возникновения жизни. В декабре 1922 года американские астрономы Чарльз Сент-Джон и Сет Николсон сообщили о своём открытии, сделанном в обсерватории Маунт-Вилсон. Они снимали спектр Венеры в то время, когда она удалялась от Земли со скоростью 11,36 км/с или приближалась со скоростями от 10,68 до 12,8 км/с. Согласно теории, в таком случае спектральная полоса поглощения кислорода в венерианской атмосфере должна смещаться относительно земной, но никакого смещения обнаружено не было. Не нашли исследователи и признаков водяного пара. Принимая во внимание низкую отражательную способность верхних слоёв венерианской атмо сферы, они предположили, что она состоит в основном из азота и углекислого газа, а её непроницаемость обусловлена колоссальными песчаными вихрями, которые образуются из-за низкой скорости вращения планеты (учёные полагали, что она в семь раз меньше земной).
В дальнейшем появились астрономические данные, подтвердившие неприятное открытие. В 1932 году Уолтер Адамс и Теодор Данхэм в той же обсерватории установили, что углекислый газ преобладает в венерианской атмосфере. Позднее, в 1941 году, даже удалось приблизительно оценить его количество: оно оказалось эквивалентно слою газа толщиной 3,2 км при нормальном давлении (весь земной углекислый газ при том же методе оценки составил бы слой всего в 10 м). Хуже того, в 1940 году немецкий астроном Руперт Вильдт объединил собранные данные и вычислил температуру у поверхности Венеры, которая оказалась очень высокой (135 °C), что указывало на действие «парникового» эффекта, обусловленного значительным присутствием углекислого газа.
Казалось, что в вопросе обитаемости Венеры можно поставить точку, однако, как и в случае с Марсом, поколебать устоявшиеся представления оказалось непросто. Вера в существование развитой инопланетной жизни укрепилась настолько, что даже видные астрономы отказывались принять новые данные, ссылаясь на несовершенство методов и приборов, которые якобы завышают получаемые параметры. Например, Джерард Койпер в 1952 году пересмотрел расчёты Вильдта и пришёл к выводу, что средняя температура на поверхности Венеры должна составлять около 77 °C.
Путаницу вносили и противоречивые результаты тонких экспериментов. В 1956 году во время наблюдения собственного радиоизлучения Венеры астрономы получили температуру планеты в теневой части, тоже равную 77 °C. В январе 1958 года аналогичное измерение дало разброс от –23 до + 297 °C, в сентябре 1959 года – от 42 до 170 °C.
Оставался дискуссионным вопрос наличия водяных паров. В ноябре 1959 года была предпринята попытка снять спектры Венеры, подняв аппаратуру на стратостате «Стратолэб» (Strato-Lab), принадлежавшем Военно-морским силам США, до высоты 24 км. При этом был получен весьма обнадёживающий результат: в верхних слоях венерианской атмосферы содержится такое количество воды, которая при осаждении дала бы осадки высотой 0,019 мм (для Земли аналогичный показатель намного меньше – 0,004 мм). Наблюдение позволило сделать вывод: вся поверхность соседней планеты покрыта горячим океаном!
Ответы на накопившиеся вопросы могло дать только непосредственное изучение планеты с помощью космических аппаратов. Первой межпланетной станцией, отправившейся к загадочной планете, стала советская «Венера-1» (1ВА № 2): она была выведена в космос 12 февраля 1960 года. Её создатели планировали, что она попадёт прямо в Венеру, доставив туда вымпел, который был снабжён поплавком, чтобы не утонул в инопланетном океане. К сожалению, у станции в ходе полёта возникли проблемы с тепловым режимом и ориентацией, и она была потеряна менее чем через неделю после старта.
После серии неудачных запусков 12 ноября 1965 года в космос отправилась станция «Венера-2» (3МВ-4 № 3), а 16 ноября вышла на межпланетную траекторию и «Венера-3» (3МВ-3 № 1). К сожалению, первая станция была тоже потеряна. Второй удалось вой ти в атмосферу планеты 1 марта 1966 года, но она не смогла передать какую-либо информацию на Землю.
Успех сопутствовал станции «Венера-4» (1В № 310), которая стартовала 12 июня 1967 года. Полёт в целом проходил благополучно, и 18 октября она вошла в атмосферу планеты, передавая данные на антенны Центра дальней космической связи в Евпатории. На высоте 44 800 км над ночной стороной Венеры отделился спускаемый аппарат. На высоте 55 км и скорости 10 м/с включились научные приборы. Трансляция с борта продолжалась 93 минуты, после чего связь оборвалась. За это время спускаемый аппарат «Венеры-4» успел передать двадцать три серии данных о структуре атмосферы. По мере снижения температура выросла с 33 °C до 262 °C. Первоначальное давление составляло 0,75 бар, а предела шкалы в 7,3 бар измерительный прибор достиг задолго до того, как аппарат замолчал.
Данные, полученные «Венерой-4», разом опровергали все гипотезы о существовании жизни на горячей планете: учёным трудно было представить, что при таких условиях способны развиться хоть какие-то биологические формы, известные нам на Земле. Впрочем, надежда ещё теплилась. Может быть, на Венере есть горные «оазисы» с умеренными температурами и давлением? 5 января 1969 года стартовала «Венера-5» (2В № 330), а через пять дней к ней присоединилась «Венера-6» (2В № 331). 16 мая «Венера-5» вошла в атмосферу планеты. Во время спуска на парашюте на ночной стороне она в течение 53 минут проводила прямые измерения. Передача прервалась на высоте около 18 км, когда давление превысило 27 бар. В этот момент температура за бортом составляла 320 °C. Спустя сутки в атмосферу нырнул спускаемый аппарат «Венеры-6». Передача данных научных измерений продолжалась 51 минуту, сигнал пропал на той же высоте и при таком же давлении. Информация по составу атмосферы была удручающей: углекислый газ – 97 %, азот – 2 %. Датчик с пределом чувствительности 0,1 % присутствие кислорода обнаружить не смог.
Позднее к Венере отправились и другие аппараты. Получилось даже совершить восемь мягких посадок на поверхность («Венера-7», «Венера-8», «Венера-9», «Венера-10», «Венера-11», «Венера-12», «Венера-13» и «Венера-14»). Они подтвердили, что там царит высокая температура (455–470 °C) и огромное давление (85–93 бар).
Ближайшие к нам землеподобные планеты оказались непригодны для жизни. На всех соображениях и доводах ксенологов можно было ставить крест. Впрочем, вскоре выяснилось, что самое интересное только начинается.
4.1. Невидимые инопланетяне
Открытия, сделанные с помощью космических аппаратов, заставили учёных переосмыслить проблему происхождения и распространённости жизни. Креационисты ожидаемо ухватились за наглядное подтверждение уникальности
