Скавронская — неизвестно. Знал ли об этой премьере сам граф? Скорее всего, знал. Какова была его реакция и переросла ли она в личную обиду, об этом можно только догадываться. Спустя 4 года после этих событий граф П.М. Скавронский умер в Неаполе, находясь на своём посту русского посла в королевстве. Он ушёл из жизни в молодом возрасте, не дожив до своего сорокалетия. Что же касается оперы «Песнолюбие», то справедливости ради заметим, что комическая опера не была самостоятельным музыкальным произведением, а лишь «перепевом» и пародией на оперу французского композитора Станисласа Шампейна «Меломания»[493]. Под этим названием француз в 1781 году создал свою пародию на итальянскую музыку. Имел ли он при этом намерение как-то высмеять музыкальные пристрастия русского графа — неизвестно.
Детство будущей русской разведчицы
Известно, что в графской семье Скавронских родились две дочери. Первой на свет, согласно родословному древу графа, в 1782 году появилась Мария[494]. По странному стечению обстоятельств до сих пор неизвестны день, месяц и место её рождения. Заметим, что с детьми столь родовитых и богатых дворян такое случалось довольно редко. Обычно все эти сведения заносились в метрические книги в церквах при крещении. На этом основании выдавались метрики. Но в случае с девицами графского рода данные церковных метрических книг до сих пор не обнаружены. В этой связи в различных биографических публикациях о семействе графа П.М. Скавронского и поныне приводятся разные данные о том, кто же из сестёр была старшей — Мария или Екатерина. И эта путаница тянется уже веками.
Отсутствие официальных сведений о дате рождения и месте крещения Марии — дочери графа Скавронского — даже среди его современников порождало разные слухи и подозрения относительно отцовства девочки. С учётом того, что брачные отношения между её родителями были оформлены в ноябре 1781 года, то рождение старшей дочери, условно говоря, до июня 1782 года могло бы дать повод для разных пересудов при дворе императрицы Екатерины II и слухов в столичном светском обществе того времени. Учитывая, что под слухами обычно понимается неофициальная форма существования общественного мнения, а также принимая во внимание музыкальные чудачества самого графа, то можно предположить, что всё это вместе взятое существенно осложняло их положение при русском дворе.
Ещё более удивительным выглядит то, что сведения о рождении Екатерины приводятся в биографических источниках и публикациях более подробные. Как указано в родословной графа П.М. Скавронского и других источниках, героиня нашего очерка Екатерина родилась 7 декабря 1783 года в Париже[495]. По другим сведениям, днём её рождения является 2 февраля 1783 года[496]. Иными словами, в обоих случаях утверждается, что она была младшей сестрой. К сожалению, на этом все сведения о детских годах Марии и Екатерины заканчиваются. Далее в их младенческих и детских годах возникают сплошные биографические пустоты на страницах их жизни. По-прежнему в тематических публикациях и литературе о юных графинях остаётся путаница в вопросе, какая же из девиц Скавронских была старшей, а кто — младшей. В одних случаях старшинство рождения приписывается Марии, в других — Екатерине. Например, в столь авторитетном издании царских времён, как «Русский биографический словарь А.А. Половцова», указывается, что Екатерина Павловна была старшей, а Мария Павловна — младшей дочерью графа, но при этом, к сожалению, никаких дополнительных сведений, кроме упоминания о том, что обе дважды выходили замуж, не приводится[497]. В нашем случае мы будем придерживаться той версии, которая в публикациях и источниках встречается чаще всего и будем считать, что графиня Екатерина Павловна была младшей дочерью в семье.
Судя по всему, сёстры получили хорошее домашнее образование. В богатых семьях широко практиковалось приглашение домашних учителей и гувернанток. При этом они не сильно старались преподать какие-то науки, а больше внимания уделялось обучению основам музыки, танцам, светским манерам и иностранным языкам. Девочкам с младых лет внушалось, что главной удачей в их жизни должно стать выгодное замужество. Екатерина Павловна Скавронская, с детства славившаяся своей красотой, в юном возрасте стала фрейлиной императрицы Екатерины II и пребывала в этом придворном звании вплоть до своего замужества в 1800 году. При этом заметим, что графиня Екатерина Скавронская указана под номером 99 среди 104 фрейлин императрицы Екатерины II, перечисленных в известных биографических списках фрейлин русского двора[498].
Замужество по прихоти императора
Девичество — время романтических мечтаний и ожиданий счастливой супружеской жизни с любимым человеком. Однако в жизни часто всё случается не так, как хотелось бы. Это в полной мере относится к личной жизни сестёр Скавронских. Судьба уготовила им суровое испытание. Так случилось, что обе юные графини влюбились в одного и того же человека. Им оказался красавец и постоянный участник придворных балов молодой граф Павел фон дер Пален. Ситуация стала ещё более запутанной, когда на одном из дворцовых балов юную графиню Екатерину Скавронскую увидел 35-летний боевой генерал Пётр Багратион. Участник Швейцарского и Итальянского походов А.В. Суворова, князь не раз отличался в сражениях. Пётр Иванович был храбр на поле боя, но совершенно терялся в общении с прекрасным полом. Увидев на балу красавицу Екатерину, он сразу же влюбился в неё. Однако юная графиня ничем не выделяла его среди своих кавалеров и продолжала флиртовать направо и налево. Тому, видимо, были разные причины.
Как шептались при дворе императора, Екатерина «в пику» одной знатной барышне, добивавшейся внимания князя Багратиона, решила влюбить в себя храброго генерала. Ей это легко удалось. Добившись своего, она быстро утратила интерес к своему поклоннику. Но князь Багратион всерьёз влюбился в юную красавицу и страдал из-за отсутствия взаимности в чувствах.
Придворные были удивлены столь стремительными ухаживаниями блестящего аристократа, ведущего свой род от грузинских царей, за смазливой юной графиней Скавронской. Отец её, хотя и имел графское достоинство и славился огромным богатством, в высшем свете имел репутацию большого чудака-меломана. Многие считали, что фрейлина императрицы, несмотря на молодость и красоту, не могла претендовать на брак с князем Багратионом. Как замечали современники, она и не стремилась срочно стать княгиней. Чего нельзя сказать о внезапно вспыхнувших чувствах у прославленного генерала грузинских царских кровей.
О любовных неудачах и переживаниях прославленного в сражениях генерала узнал император Павел I. Царь решил ему помочь в столь щепетильной
