Когда я замолчал, мы обнялись и некоторое время простояли, тихонько раскачиваясь.
– Я люблю тебя, Влад, – прошептала Коти. Я спрятал лицо у нее на шее и почувствовал, как из глаз брызнули слезы.
Лойош уперся лбом в мой затылок. Я ощутил, как Коти почесала ему голову.
Немного позднее, когда я пришел в себя, Коти вытерла мне лицо ладонями, а Лойош полизал ухо. Мы вернулись в банкетный зал. Коти сжала мой левый локоть, а я положил на ее пальцы правую руку.
Я заметил Волшебницу в Зеленом, но постарался избежать встречи с ней, сейчас у меня было неподходящее настроение. Я поискал глазами Морролана, но его нигде не было видно. Я заметил Некромантку, которая разговаривала с высокой темноволосой драгаэрянкой. Последняя повернулась в мою сторону. И я поразился ее сходством с Сетрой Лавоуд. Что бы это могло значить…
– Извините, – сказал я, подходя к ним. Они замолчали и посмотрели на меня. Я поклонился незнакомке. – Меня зовут Влад Талтош из Дома Джарега. А это Кинжал джарегов. Могу ли я спросить, с кем имею честь говорить?
– Можете, – последовал ответ.
Я подождал, потом улыбнулся и сказал:
– С кем я имею честь говорить?
– Я Сетра, – ответила она.
В самое яблочко!
– Я много слышал о вас от вашей тезки, – сказал я.
– Не сомневаюсь. Если это все, что вы хотели сказать, то хочу заметить, что я сейчас занята.
– Я вижу, – вежливо сказал я. – Если бы вы могли уделить мне несколько минут…
– Мой дорогой выходец с Востока, мне известно, что Сетра Лавоуд в силу причин, известных ей много лучше, чем мне, терпит ваше присутствие, но я больше не являюсь ее ученицей и не вижу причин, почему это следует делать мне. У меня нет времени для выходцев с Востока и для джарегов. Вы все хорошо поняли?
– Вполне. – Я снова поклонился. Коти сделала то же самое.
Когда мы отошли в сторону, Лойош зашипел.
– Она дружелюбна, не так ли? – спросил я.
– Весьма, – кивнула Коти.
В этот момент появился Морролан в сопровождении Норатар. Она была одета в черные и серебряные цвета Дома Дракона. Я посмотрел на Коти, ее лицо ничего не выражало. Мы направились к ним, проталкиваясь через толпу.
Норатар и Коти долго смотрели друг другу в глаза, но я не смог понять, что происходит между ними. Потом они обе улыбнулись, и Коти сказала:
– Эти цвета тебе подходят, ты выглядишь в них прекрасно.
– Спасибо, – тихо ответила Норатар.
Я заметил кольцо на мизинце ее правой руки. На нем был выгравирован дракон с двумя красными глазами. Я повернулся к Морролану.
– Это уже официально?
– Еще нет, – ответил он. – Алиера обратилась в совет драконов с просьбой об официальном запросе. Это может занять несколько дней.
Я снова посмотрел на Коти и Норатар, они разговаривали, отойдя на несколько шагов в сторону.
Морролан молчал. Это очень редкое качество в мужчине, особенно среди аристократов, – знать, когда следует хранить молчание. Морролан в полной мере обладал этим даром.
Глядя на Коти, я покачал головой. Сначала я рассердился на нее, потом вывалил к ее ногам свои проблемы. И все это в тот момент, когда ее многолетняя напарница – сколько они провели вместе? – готовилась стать знатным драконом.
Клянусь Богиней Демонов! Детство Коти наверняка было похоже на мое или даже хуже. Ее дружба с Норатар напоминала мои отношения с Лойошем – а сейчас ей пришел конец.
Боги, каким же я могу быть бесчувственным ослом, когда постараюсь!
Я посмотрел на Коти сзади и немного сбоку. Я никогда не смотрел на нее по-настоящему. Как вам скажет любой мужчина с опытом, внешность не имеет ни малейшего значения, когда речь идет о постели. Но Коти нашел бы привлекательной любой человек. Уши округлые, а не заостренные, и никаких следов волос на лице. (Вопреки весьма распространенному среди драгаэрян мнению, только у мужчин с Востока росли усы – уж не знаю почему.) Она ниже, чем я, но из-за длинных ног кажется выше ростом. Худощавое лицо, напоминающее ястреба, и пронзительные карие глаза. Черные, абсолютно прямые волосы свободно ниспадают к плечам. Она явно уделяет им много внимания: волосы блестят и ровно подстрижены.
Грудь маленькая, но твердая. Талия тонкая. Ягодицы тоже маленькие, а ноги стройные, но сильные. Большую часть я скорее вспоминал, чем видел, но сейчас, разглядывая Коти, я понял, что мой выбор был весьма удачным. Не очень изящный способ сказать об этом, но…
Она отвернулась от Норатар и заметила, как я на нее смотрю. Почему-то мне это было приятно. Я протянул к ней левую руку, и она сжала ее. Я мысленно связался с ней, и на этот раз у меня получилось почти сразу.
«Коти…»
«Все в порядке, Владимир».
Норатар подошла к нам и сказала:
– Я бы хотела поговорить с вами, лорд Талтош.
– Называйте меня Влад.
– Как хотите. Извините нас, – сказала она остальным, и мы отошли в сторону.
Прежде чем она успела открыть рот, заговорил я:
– Если вы собираетесь начинать лекцию на тему «только не вздумайте ее обидеть», лучше забудьте об этом.
Она сухо улыбнулась.
– Похоже, ты меня понимаешь, – спокойно проговорила Норатар. – Но почему я должна об этом забыть? Я так действительно думаю, ты же знаешь. Если ты понапрасну обидишь ее, я тебя убью. Я просто обязана была предупредить.
– Мудрый сокол прячет свои когти, – сказал я. – Плох тот убийца, который предупреждает будущую жертву.
– Ты хочешь меня разозлить, Влад? Я беспокоюсь о Коти. Настолько, что готова уничтожить любого, кто причинит ей боль. Я считаю, что мне следует сказать об этом, чтобы ты избегал подобных поступков.
– Как вы добры. А как насчет вас? Разве вы не причинили ей боль гораздо более сильную, чем я когда-нибудь смогу?
К моему удивлению, она совсем не рассердилась.
– Да, так может показаться, и я знаю, что ей больно, но это совсем не те страдания, которые можешь причинить ей ты. Я видела, как она на тебя смотрит.
Я пожал плечами.
– Не думаю, что это имеет значение, – возразил я. – Судя по тому, как развиваются события, через пару недель я буду мертв.
Она кивнула, но ничего не ответила. Скажем так: сочувствие не переполняло Норатар.
– Если вы действительно не хотите, чтобы Коти страдала, то можете помочь мне остаться в живых.
Она усмехнулась.
– Хорошая попытка, Влад, но ты же знаешь, что я следую определенным правилам.
Я снова пожал плечами и упомянул о том, что меня уже довольно давно тревожило.
– Знай я, что он хочет обратиться к вам, я бы все поставил на карту и нанял бы вас сам. Тогда бы я не попал в столь щекотливое положение.
– Тому, кто нас
