Робинтон стал читать записку, и брови его удивленно поползли вверх.
— Ну и дела! Вчера вечером на Торика свалился целый корабль лордовых сынков, — он хохотнул и, увидев вытянувшиеся лица собеседников, добавил: — Боюсь, все прошло не так гладко, как ожидали мальчуганы из холдов!
Пьемур презрительно фыркнул — за долгие Обороты он слишком хорошо изучил Торика и сомнительные удобства его холда.
— Как только тебе, Джексом, позволят снова летать в Промежутке, — продолжал Робинтон, — мы сможем заметно ускорить наши исследования. Я думаю отправить вас обоих вместе с девушками в глубь материка, разбив на две команды.
— Арфист плюс холдер? — подсказал Джексом, ухватившись за такую многообещающую возможность.
— Арфист и холдер? Что ж, пожалуй. Я знаю, Пьемур, вы с Менолли уже давно сработались. Ну а Шарру мы отдадим Джексому. Да, вот еще что, — продолжал Робинтон, не замечая красноречивого взгляда, которым его молодой коллега наградил лорда Руатанского. — С воздуха все выглядит совсем иначе, чем с земли. Ну, и наоборот, разумеется. Так что в наших исследованиях должны использоваться оба метода наблюдения. Джексом, Пьемуру известно, что именно меня интересует…
— Что же, мой господин?
— Следы древнего населения этого материка. Я никак не могу понять, почему наши предки предпочли столь прекрасный, изобильный край куда более суровому и скучному северу, но не сомневаюсь, что у них были на то веские причины. Самые древние Записи гласят: появившись на Перне, человек заложил на юге добрый холд. Вот мы и привыкли думать, — с виноватой улыбкой сказал арфист, — что речь идет о Форт-холде, ведь он расположен на юге Северного материка. Но дальше в том же самом документе есть туманная запись: однако был вынужден перебраться на север, дабы не погибнуть. Это место всегда оставалось загадкой… Правда, многие из древних Записей претерпели такие искажения при расшифровке, что утратили всякий смысл.
— Недавно Торик открыл рудное месторождение, которое разрабатывалось открытым способом. Но мы с Н'тоном разглядели на склоне горы какие-то образования явно искусственного характера. Когда мы туда добрались, выяснилось, что это выходные отверстия шахт. Так вот, наши далекие предки прожили на Южном столь длительное время, что успели разведать руду и начать ее добывать. Значит, где-то здесь непременно должны сохраниться и другие их следы.
— При такой жаре, да еще во влажном климате мало что могло уцелеть, — возразил Джексом. — Д'рам построил здесь хижину всего двадцать пять Оборотов назад, а что от нее осталось? Другое дело — подземелья, которые мы с Ф'лессаном обнаружили в Бендене; они были надежно защищены от непогоды.
— И все же на крепях, которые мы нашли в шахтах, — заявил Пьемур, — не было ни единой царапины, вмятины или выбоины! К тому же я не знаю инструмента, который мог бы резать твердую скалу, как сыр. А вот наши предки знали!
— Да, кое-какие следы мы нашли. Но должны быть и другие.
Джексом никогда не слышал, чтобы мастер-арфист утверждал что-либо с такой несокрушимой уверенностью; взглянув на огромную карту, юноша невольно вздохнул.
— Я согласен, Джексом, масштаб предстоящих поисков несколько обескураживает, зато подумай, какой триумф нас ждет, если мы обнаружим нужное место! Может быть, даже не одно! — Глаза Робинтона горели воодушевлением. — Итак, — решительно продолжил он, — как только Джексому разрешат летать в Промежутке, мы двинемся на юг, используя в качестве ориентира коническую вершину. Есть возражения? — не дожидаясь ответа, он принялся уточнять диспозицию. — Пьемур отправится пешком вместе с Дуралеем. Его будет сопровождать Менолли — если, конечно, пожелает. Или Джексом отвезет ее вместе с Шаррой в самый дальний лагерь. Пока девушки будут обследовать ближайшие окрестности — насколько я понимаю, они еще не изучены, — ты, Джексом, можешь лететь дальше и разбить следующий лагерь, а назавтра перебросить туда всех остальных через Промежуток. Далее — в том же духе.
Арфист изучающе уставился на Джексома и изрек:
— Надеюсь, в Форт-Вейре тебя достаточно натаскали, чтобы ты сумел с воздуха различить на земле искусственные сооружения? На всякий случай напомню: хоть вам и предстоит работать вместе, все же, Джексом, учти, что Пьемур гораздо опытнее. Если случится нечто непредвиденное, обращайся к нему. И не забывай каждый вечер посылать мне отчеты. А теперь ступайте оба! Готовьте снаряжение, продовольствие и… своих спутниц!
На то, чтобы объяснить задачу девушкам и собрать вещи, ушло не так уж много времени, однако в тот день разведчикам не удалось отправиться в путь.
Вместе с Н'тоном на Лиот'е прибыл мастер Олдайв. Его бурно приветствовал Робинтон, более спокойно — Брекка с Шаррой и с некоторой опаской — Джексом. Робинтон сразу потащил мастера-целителя осматривать холд; его собственный бренный остов — как он выразился — может и подождать.
— Все равно мастера Олдайва не проведешь, — шепнула Джексому на ухо Шарра, пока лекарь выражал приличествующий случаю восторг. — Это еще никому не удавалось!
— Вот счастье-то, — откликнулся Джексом, — ведь иначе арфист отправился бы с нами.
— Ну что ты! Через Промежуток — как можно?
— Не, он поехал бы верхом на Дуралее!
Шарра рассмеялась, но ее веселье сменилось тревогой, когда они увидели, что мастер Олдайв решительно увел Робинтона в спальню и прикрыл за собой дверь.
— Нет, — покачивая головой, печально проговорила Шарра, — бедному Робинтону так и не удалось провести мастера-целителя!
Джексом искренне радовался, что сам он отделался очень легко, и заговаривать мастеру Олдайву зубы не пришлось. Осмотр был кратким: задав несколько вопросов, мастер Олдайв заглянул ему в глаза, выстукал грудь, послушал сердце — и довольная улыбка, озарившая подвижное лицо целителя, лучше всяких слов показала Джексому, что приговор вполне благоприятный.
Когда Робинтон вышел из своей комнаты, он был как-то странно тих и задумчив, да и походка его утратила былую резвость. Менолли налила ему бокал вина, который он принял с печальной улыбкой и глубоким вздохом.
— Скажи, мастер Олдайв, ведь наш арфист тоже скоро поправится? — не удержавшись, спросил Джексом.
— Ну, конечно, поправится, — отвечал мастер Олдайв. — Ему уже гораздо лучше. Но, — лекарь поднял длинный палец, — он должен научиться контролировать свой пыл, беречь силы и соизмерять нагрузку со своими возможностями, иначе случится новый приступ. А вы, молодые, должны ему помогать, но так, чтобы у него не создавалось впечатления, будто он останется таким до конца дней своих.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
