ничего не видела.
А что дальше за лесами? Моря? Пустыня? А может быть, вечные льды?
Как только мы заходим в кухню, я сразу же ставлю чайник. Оборачиваюсь к мужчинам, которые озираются по сторонам, разглядывая комнату, и снова улыбаюсь.
— Я сейчас. Присаживайтесь, — указываю на стулья возле стола, сама же ухожу в комнату, чтобы переодеться. Мне не холодно, по крайней мере, я его больше не чувствую. Но теперь я отвечаю не только за себя, надо беречь моё маленькое чудо. Снова прикладываю ладони к животу, пытаясь почувствовать ту крошечную жизнь. Но, к сожалению, не чувствую её. Быстро стягиваю своё платье, которое давно пора выбросить — порвала его уже в нескольких местах. Скидываю и бельё. Лезу в сумку за вещами, как вдруг кто-то вваливается в комнату, споткнувшись о ковёр, что лежит на полу.
Дар замирает, удивлённо смотрит на дверь, потом на меня и снова на дверь, явно чего-то не понимая. Я тоже стою, прикрывшись кофтой, которую успела достать, и не знаю, как поступить. Вроде бы ничего страшного, ведь решила, что мы будем вместе. Но мы не знакомы, да и он сейчас растерян ещё больше, чем я.
Медленно выдыхаю и отпускаю свою силу, желая понять, что происходит между моими мужчинами, и окончательно теряюсь от веселья Дилана, который стоит за дверью и, как оказалось, силой запихал сюда бледного и растерянного Дара.
Робко улыбаюсь. Мне виновато улыбаются в ответ. И как это понимать? Как понять, что задумал Дилан? То ли подставить его хочет, то ли свести нас поскорее.
— Подожди, ладно? — говорю ему и, дождавшись кивка, отворачиваюсь от мужчины. Пусть наслаждается, так сказать, видом сзади. Быстро натягиваю кофту, а за ней и штаны. И только потом выдыхаю. Ну значит, это судьба по очереди одевать их, — улыбаюсь от своих мыслей.
Нахожу пакет с вещами и, закинув несколько себе на плечо, направляюсь к Дару, который всё ещё стоит на месте. Приблизившись почти вплотную, аккуратно поддеваю его, хоть и выжатую, но мокрую рубашку и тяну её вверх. Он не останавливает, а даже помогает снять её. Замираю напротив бронзовой мужской груди с совсем незначительной растительностью. Сглатываю и поднимаю взгляд выше, встречаясь с его синими глазами.
— Не торопи меня, мы совсем мало знакомы, и мне нужно чуть больше времени, чтобы привыкнуть к тебе, — тихо выдыхаю и обхватываю его торс руками, прижимаясь к его горячей груди щекой. Недолго думая, он прижимает меня в ответ, и мы так стоим несколько минут, наслаждаясь теплом друг друга.
Не знаю почему, но меня охватывает смущение и робость рядом с ним. Наверное, потому что он не такой настойчивый, как Дилан или Кайрос. А мне самой как-то страшновато делать первые шаги. Я привыкла, что мужчина сам решает, как ему поступить, так было со всеми, кроме него. А я либо поддаюсь и соглашаюсь, либо сопротивляюсь. А сейчас Дар такой же, как и я — растерянный и не знает, как поступить, чтобы не спугнуть меня.
Медленно отстраняюсь и снова заглядываю в глаза.
— Сколько лет ты был диким? — тихо спрашиваю, кладя ладонь ему на грудь.
— Долго… — единственное, что он выдыхает, и поднимает свою ладонь, касаясь моей щеки. Я прикрываю глаза и сама трусь об его ладонь.
— Как так случилось, что ты стал одним из них?
— Помог сбежать лесным девушкам из клетки. Мне тогда было шестнадцать, а сейчас я и не знаю, сколько мне уже, — распахиваю глаза, встречаясь с хмурым взглядом синих глаз.
Тоже начинаю хмуриться.
— Мы узнаем, — уверенно выдыхаю и опускаю ладони чуть ниже, медленно ведя их по животу вниз, пока не натыкаюсь на его брюки. Вижу, как он напрягся, когда я прикоснулась к нему, но ничего с собой сделать не смогла. Сглотнув, потянула шнурки на брюках, развязывая их.
Резко руку перехватили, и с вопросом уставились на меня. Молча подключаю вторую ладонь, продолжая распутывать шнурки, при этом не отрывая своего взгляда от его глаз. Дыхание участилось у нас обоих, и как бы я ни сдерживала себя, не смогла устоять перед своей слабостью. Всё так же глядя ему в глаза, повела руки на бока и, медленно подцепив брюки, потянула их вниз.
︎︎︎
Дорогой читатель!!!
Пара слов от автора.
Муза автора свалила в другую историю а эту забросила. От чего возникла заминка по времении написанию в этой истории. Из-за этого приходится вытягивать текст из пальца, дабы хоть как-то продолжать писать. К сожалению даже сам автор не в курсе когда вернется эта проказница. Чтобы хоть как-то скрасить ожидание муза кидает небольшой привет из истории где она обитает…
Они гнали меня уже третий день. Силы почти иссякли, а рана на боку давала о себе знать постоянной болью и холодом. Замершая ткань, покрытая инеем, морозила простреленный и залитый кровью бок.
За свою доброту я получила сполна. Нарушив правила ковена, я решилась помочь человеку и поплатилась за это. Дрожащими руками цеплялась за ледяные камни, поднимаясь всё выше, желая скрыться от людей и их гончих, которые следовали по моему следу.
Очередное усилие, и мне всё-таки удается приподняться и завалиться на плоский камень. Не теряя времени, уставшая и обессиленная, просто пошла вперед к тёмному своду пещеры. Укрывшись в самом темном и дальнем углу, решила немного отдохнуть и двигаться дальше. Скоро рассвет, и должно стать легче. С этими мыслями я прикрыла глаза, чтобы открыть их в ужасе, когда меня обдало горячим дыханием.
Огромная светлая тень возвышается надо мной и зло дышит, обдавая влажным теплом, по которому я очень соскучилась. Осознание того, к кому я забрела, окончательно обрывает нить моей надежды. По холодной щеке медленно скатывается горячая слеза и застывает, когда зверь бросается на меня.
Удар лапы откидывает как пушинку, и я вылетаю из его пещеры, замирая неподвижно, не в силах даже вдохнуть от боли. Неожиданно у самого края плоского камня, на который мне было так сложно забраться, появляется скалящаяся морда гончей, а за ней — другая, только человеческая перекошенная от злости.
Они вскарабкиваются по очереди, и в поле моего зрения остаются только их чёрные ботинки...
Их было семеро.
Семеро охотников гнали меня, как какого-то зверя. Но теперь это не важно, ведь, следуя за мной, они сами попали в ловушку к зверю, который гораздо страшнее их самих.
53 глава
Знаю что хожу по тонкому льду, сама говорю ему чтобы не торопил и тут же сама себе противоречу,
