знала, лучший ли это момент, но мне хотелось прояснить все недомолвки.
– Мм, – он взглянул на меня и, придвинувшись ближе, поцеловал в висок.
– Поговорим? Расскажешь мне, что случилось семь лет назад?
Он кивнул и на некоторое время снова погрузился в молчание. Я не торопила. Вскоре он заговорил.
– У меня был друг детства, Матео. Матео Баччи. Мы росли вместе, были соседями. Ходили в одну школу, но он был младше меня на два года. Он был таким другом, знаешь, как брат. Мы были очень близки. Он, кстати, по моим стопам потом пошел в кинематограф.
– Мне его имя как будто бы знакомо.
– Да, ты вполне могла видеть его в фильмах. В паре фильмов мы даже играли вместе. Помнишь «Во имя короля»? Он играл бастарда Лоренцо.
– Точно! Да, я очень хорошо его помню! Он нравится моей подруге Алине. Она считает его очень привлекательным.
Я думала, эта фраза разрядит обстановку, но Алекс почему-то не улыбнулся. Я заметила, как он недовольно сморщился и словно бы сжал зубы, потому что увидела, как задвигались желваки.
– Ты тоже считаешь его привлекательным? – спросил вдруг он, взглянув на меня.
– Нет, Алекс, разве с тобой может кто-то сравниться? И потом, на кой мне бастард, когда со мной наследный принц? – снова пошутила я, но Алекс снова не улыбнулся.
Окей, юморист из меня так себе, пора это признать. Зато понятно, что любит он меня не за чувство юмора. Интересно, а за что?
– В общем, мы дружили с ним долгие годы, были рядом в самые сложные, страшные, темные моменты нашей жизни. Всегда поддерживали друг друга. Никогда не ругались. Пока в моей жизни не появилась Николетта. Мы познакомились с ней на одной из благотворительных вечеринок. Она сама подошла ко мне, и мы разговорились. Матео был тогда со мной, я представил их друг другу. Слово за слово, как-то всё дальше так пошло, мы с Ники быстро сблизились и начали встречаться. Странно, но она с Матео как будто бы не нашла общий язык. Она постоянно пыталась нас рассорить, и в итоге мы с ним стали меньше общаться. Я часто уезжал на съемки, и, если честно, у меня не было особо времени даже созваниваться с ним. Он тоже разъезжал по разным городам и странам и не искал встреч со мной.
Алекс прервался. Открыл бутылку с водой и сделал несколько глотков. Я терпеливо ждала.
– Однажды я был на пробах в Риме. В перерыве выбежал за кофе в кофейню на углу, потому что в студии подавали ужасный кофе, и увидел на летней веранде через дорогу Матео и Ники. Они сидели за одним из столиков и мило беседовали. Я просто не поверил своим глазам! С ним я не общался какое-то время и так рад был увидеть его, что упустил очевидное – что он делал в Риме с моей девушкой, которая должна была быть на семейном обеде у бабушки в Римини. Я подбежал к ним, они как будто бы смутились. Ники стала говорить, что у нее отменилась поездка к родственникам, и она прилетела сделать мне сюрприз, шла ко мне в студию и встретила Матео, они решили пообедать и после позвонить мне. Всё звучало так логично и правдоподобно. И я так любил их обоих, что даже не допустил мысли, что за всем этим ужасная, гнусная ложь.
Я поежилась, представляя, что услышу дальше. Я видела, как Алекс мыслями возвращается в прошлое, рассказывая сейчас мне все это. Я взяла его за руку, стараясь хотя бы этим жестом выразить свою поддержку.
– После этого случая мы стали чаще видеться, общаться. Матео приходил к нам на семейные ужины, праздники, просто по вечерам пропустить по бокалу вина и поболтать. Потом до меня стали доходить слухи, якобы Ники мне изменяет. Она, и правда, иногда вела себя странно и скрытно, но я каждый раз находил всему какое-то объяснение. Когда я делился своими сомнениями с Матео, он всячески ее оправдывал и говорил мне, что я придумываю на пустом месте и придираюсь. Мы встречались с ней полтора года, после чего я сделал ей предложение. Матео присутствовал при этом, я даже предложил ему быть шафером на нашей свадьбе.
Он снова ненадолго замолчал. Я вспомнила, как лет 7 назад писали о том, что Алекс обручился. Смутно помню даже фотографии из той статьи. Сейчас мне открывались подробности этой истории настолько личные, что становилось не по себе.
– Ники младше меня. Тогда ей было всего 25 лет и в силу возраста или натуры она была настоящей светской львицей. Она обожала все эти вечеринки, выходы в свет, шмотки. Я поощрял любую ее прихоть, делал буквально всё, что она хотела, так сильно я ее любил. Я был настолько ослеплен своей любовью к ней, что не видел очевидного: ей не нужен был я как таковой, ей нужно было то, что она получала вместе со мной – регулярные публикации в журналах и сводках новостей, приглашения на разные телевизионные шоу, миллионы подписчиков в инстаграм, сотрудничества с брендами, статус и, кончено, деньги. Если я проваливал какие-то пробы и меня не брали на роль, она буквально взрывала мне этим мозг. Никакой поддержки, зато вместо этого бесконечная критика. Ей никогда не нужен был я, просто Алекс. Ей нужен был Алессандро Кавальери и все эти двери, которые открываются при упоминании моего имени.
Я придвинулась ближе и поцеловала Алекса в плечо, прислонившись к нему щекой. Просто в голове не укладывается, что эта Ники не влюбилась в него по уши. Какие к черту деньги и шмотки, когда у тебя просто есть возможность касаться его, любоваться синевой глаз, слушать бархатный голос, смеяться его шуткам и восхищаться его воспитанием, благородством и бесконечной добротой?!
– Однажды я был здесь, в Амальфи, у родителей. Ники не поехала со мной, сославшись на встречу с подругами в Неаполе. Я сидел с родителями за ужином, когда мне скинули сообщение с фотографией, на которой Ники в объятиях Матео. Я не мог поверить своим глазам. Отправитель был анонимный. Вслед за фото прилетело видео, на котором они обжимались и целовались на какой-то вечеринке. А потом мне прислали адрес, – Алекс прочистил горло, – Я попробовал им позвонить, но оба не отвечали. Не помня себя от ярости и обиды, я решил ехать туда и сразу на месте всё прояснить. В голове не укладывалось, как это вообще возможно! Думал, это какой-то дурацкий розыгрыш. Я
