С нашим сыном мы с самого начала применяли метод доктора Вайсблута, и у Чарли выработался замечательный режим сна. В детском саду он перестал спать днем, но, следуя советам доктора Вайсблута, мы выключали свет в половине восьмого вечера, и он чувствовал себя прекрасно. В более раннем возрасте Чарли очень нуждался в регулярном дневном сне и раннем укладывании на ночь. В отсутствие такой структуры он «слетал с катушек». У нас не было никаких сомнений в том, что к Карине, нашей приемной дочери, нужно тоже применять «метод Вайсблута». Просто до сих пор она этого не знала. Как выяснилось, мы тоже еще многого не знали.
Наконец пришел великий день, и мы встретились с Кариной. (Нет, я не сразу же в нее влюбилась.) В тот момент ей было девять с половиной месяцев – достаточно, чтобы бояться незнакомцев, какими и были для нее мы с Биллом. Она явно предпочитала семью, в которой жила до этого, что было вполне понятно. Они прибыли на место встречи, в отель, примерно на полтора часа позже, чем мы договаривались, и я наивно предположила, что наши гости опоздали из-за того, что Карина спала. Но причина была совсем не в этом; как оказалось, в этот день ее вообще не укладывали.
Мы вернулись домой поздно вечером, и впервые в своей короткой жизни Карина спала в кроватке. Она немножко поплакала, но потом спала очень хорошо, вероятно, потому, что просто очень устала. Следующий день прошел как в тумане. Мы позвонили доктору Вайсблуту, который назначил Карине ряд лабораторных анализов, которые нужно было провести незамедлительно в детской больнице. Анализы крови и кала обычно рекомендуются при взятии в семью детей из другой страны, и мы волновались насчет паразитов. К счастью, выяснилось, что Карина совершенно здорова, что и подтвердили анализы.
На следующий день мы пришли к доктору Вайсблуту, и он дал нам советы о том, как приучить Карину к режиму. Он порекомендовал укладывать ее в девять утра для первого дневного сна. В идеале она должна проспать полтора часа. Если дочка будет плакать, нужно взять ее через час. После обеда нужно попробовать уложить ее снова около часа дня, и если все будет хорошо, она проспит до половины третьего. Если же нет, ей не нужно давать плакать более часа. Укладывать ее на ночь нужно между шестью и семью вечера.
Выглядело все это очень просто. Но на деле оказалось совсем не так. Карине не нравилась ее кроватка, ей не нравилась ее комната; она просто не хотела оставаться одна. И она очень ясно – и громко – давала нам это понять. Самым сложным было не дать ей заснуть до нужного часа. Я уже знала по опыту с Чарли, что небольшие промежутки сна днем могут полностью разрушить весь режим.
После того как мы уложили Карину, не было никаких гарантий, что она продолжит спать. Мы с Биллом так устали и были в таком напряжении, что постоянно спрашивали друг у друга, стоит ли пойти к ней в комнату. Но мы точно знали, что это не поможет, к тому же доктор Вайсблут говорил, что нужно оставлять ее одну. Наконец, почти в три часа ночи она перестала плакать.
Следующая ночь была гораздо лучше, и, хотите верьте, хотите нет, примерно за неделю у Карины выработался разумный режим. Он еще не был идеальным. Иногда она хорошо спала утром, но после этого второй сон мог быть очень беспокойным. Иногда малышка просыпалась посреди ночи. Но время шло, и ее ритмы сна постепенно консолидировались, и она становилась гораздо более предсказуемой.
Мы думали, что все проблемы позади, пока не наступил период, когда Карина начала просыпаться по ночам. Я была уверена, что она скучает по своему первому приемному отцу и что ей не хватает всего того, что осталось у нее дома, в Гватемале. Все это так мучило меня, что я пришла к ней в комнату и стала ее обнимать. Это не помогло. На следующую ночь после того, как я вроде бы успокоила девочку, она проплакала на два часа больше. Я уже не могла спать, пошла вниз и сидела, вырезая купоны из воскресной газеты.
Я рассказала о своей теории переживаний Карины доктору Вайсблуту, который вежливо ее развенчал. Он сказал, что, когда дети просыпаются ночью, они находятся в переходном состоянии между сном и явью. Маловероятно, что при этом они могут переживать, скучать или испытывать другие подобные эмоции. Очевидно, что, если у ребенка болит ухо, он плачет, но и это был не наш случай. Доктор Вайсблут предложил укладывать дочку вечером на 15 минут раньше – без четверти семь, а не ровно в семь. Несмотря на все наши усилия, Карина все еще была переутомлена. Ну что ж, никто никогда и не говорил, что быть родителями легко.
Сейчас Карина с нами уже почти четыре месяца. Девочка хорошо спит утром и после обеда, а также примерно 12 часов ночью. Она с удовольствием ложится в свою кроватку и уютно сворачивается в любимом уголке. Иногда Карина просыпается ночью, но мы уже научились оставлять ее одну. Кроме того, мы научились распознавать звуки, которые она издает, засыпая, и они совсем не похожи на плач от боли или голода.
Помогает ли ребенку стать счастливым привычка к здоровому сну? Наверняка. Быть рядом с Кариной – подлинная радость. Когда мы все узнали друг друга получше, она стала гораздо более эмоциональной. Карина просто обожает Чарли, и он очень горд своей ролью старшего брата. А лично я влюбилась. И несмотря на все мои переживания, это не заняло много времени.
Травмы
Травмы случаются у детей любого возраста. Некоторые из них можно или нужно предотвратить, но не все. Например, вы можете не оставлять четырехмесячного малыша одного на пеленальном столике, и тогда он оттуда не упадет; закрывать лекарства надежными крышками и не разбрасывать их вокруг, чтобы ребенок не отравился, или использовать заглушки для розеток, чтобы его не ударило током. Но бывают действительно несчастные случаи, которые вы никак не можете предотвратить, например землетрясения или удары молнии.
Однако истина в том, и я понимаю, насколько жестоко она прозвучит для многих родителей, что большинство так называемых случайных детских травм на самом деле можно было предотвратить, если бы родители были внимательнее и больше думали о возможных последствиях. Такие травмы могут быть результатом домашнего распорядка, который приводит к утомлению малыша и всей семьи.
Но существует ли такое понятие, как «невезучий ребенок»? Чтобы определить, существуют ли какие-то особенности, которые приводят к частым травмам, детей подвергали различным исследованиям до того, как они начинали их получать. (После того как у ребенка уже было несколько травм, возникает так называемый гало-эффект[11], и взрослые больше склонны видеть в ребенке те или иные черты – неуклюжесть, отсутствие самоконтроля и т. д., которые «объясняют», почему он так часто травмируется.)
В одном из исследований принимали участие 200 детей в возрасте от четырех до восьми месяцев. Некоторыми из них было сложно управлять. Как мы уже видели, таких детей называют «трудными» потому, что для них характерны отсутствие регулярности, низкая адаптивность, необщительность и негативный настрой. В первые два года жизни у таких детей чаще появляются ссадины и царапины, требующие наложения швов, чем у детей с противоположным, «легким», темпераментом. Это исследование показало, что такие повреждения получают почти 30 % трудных детей в возрасте до двух лет по сравнению всего с 5 % легких детей того же возраста.
Также вспомните мои данные: в возрасте от четырех до восьми месяцев «трудные» дети спят примерно на три часа меньше, чем «легкие», а в трехлетнем возрасте эта разница составляет около полутора часов. К трем годам чем меньше ребенок спит, тем более активным, возбужденным, импульсивным, невнимательным и легко отвлекающимся он оказывается. А это совершенно точное описание ребенка, склонного к травмам. Так что ничего удивительного в том, что такие уставшие дети чаще падают и получают глубокие ссадины и царапины.
Очевидно, что как у «трудных», так и у всех остальных детей хроническая усталость может приводить к более частым травмам. Профилактическое средство в данном случае – более продолжительный сон.
В еще одной работе, подтверждающей связь между утомлением и травмами, было обследовано более 7000 детей в возрасте от года до двух. Ученые сравнивали детей, которые часто просыпались по ночам, с теми, кто спал без перерывов. Среди тех, кто просыпался, 40 % получали травмы, требующие врачебного вмешательства, а среди нормально спящих детей – только 17 %. Родители детей из первой группы сообщали, что они сразу же подходят к ребенку, когда он начинает плакать, чтобы его успокоить. Для матерей таких детей в целом характерны большая раздражительность и «потеря контроля». Один из признаков напряженной обстановки в семье – неспособность матерей довериться отцам; о связи между сложностями в браке и нарушениями сна говорится во многих научных работах.
Возможно, родители, не наблюдающие за режимом сна своего ребенка и не следящие за тем, чтобы его потребности в сне были удовлетворены, точно так же не наблюдают за тем, чем он занимается в бодрствующем состоянии, и не следят за физической безопасностью малыша. Мысль здесь ясна: если ваш ребенок часто получает травмы, это вовсе не обязательно происходит из-за его невнимательности или неуклюжести; может быть, он просто очень устал.
