в настой, поднесла ветку арилла к чашке. Вот теперь-то туман не рассеивался. Он клубился вокруг чашки, постепенно сгущаясь над ней – как будто его что-то к ней притягивало. И Ариэна знала, что. Вскоре излучающее молнии облако уплотнилось настолько, что напоминало ослепительно-белый шарик размером с кулачок младенца. Он так ярко светился, что Ариэне сперва пришлось зажмуриться. Когда этот сверкающий сгусток погрузился в напиток, раздалось тихое шипение, и туман снова заклубился вокруг чашки, правда уже совсем слабо. Ариэна решила, что он вот-вот рассеется. Она накрыла напиток крышкой и поспешила к больной. Едва войдя в комнату Алимы, она ощутила слабость. Её даже в пот бросило. Ариэна села в кресло возле постели девочки и принялась массировать себе виски. И вдруг заметила, что мерцающий туман продолжает слегка клубиться над чашкой. Видимо, крышка прилегала к ней неплотно. Ариэна не на шутку испугалась, увидев, что больная не спит и наблюдает за ней из-под полуприкрытых век. Алима походила на затаившегося зверька. Она заговорила, только сообразив, что Ариэна больше не считает её спящей.
– Какой красивый дым, – сказала девочка. – Никогда не видела, чтобы дым так светился… Это что, магия? Ты заколдовала моё питьё?
– Ну ты и выдумщица! – Ариэна с трудом выдавила улыбку. – Я сделала тебе отвар кариссы с мёдом. Это пар идёт... Когда остынет, выпьешь.
– Такого пара не бывает, – заговорила девочка после небольшой паузы. – Послушай, Ариэна… Если ты хочешь вылечить меня колдовством, то я совсем даже не боюсь. Вот дедушка бы здорово испугался А по-моему, лучше выздороветь от колдовства, чем умереть от болезни. Говорят, настоящими магами бывают только избранники, а всё остальное – злое колдовство, но я же знаю, что ты не сделаешь мне ничего плохого.
– Конечно, нет, Алима, – сказала Ариэна, присев на краешек постели. – Ты умная девочка, и обманывать тебя не имеет смысла. Я очень хочу тебя спасти, вот и решилась немного поколдовать над твоим лекарством. И я верю, что теперь оно тебе поможет. Ты тоже должна в это верить. Знаешь, если дедушка так боится колдовства, наверное, лучше не говорить ему о том, что ты тут недавно видела. Он уже старенький, и если всю жизнь такого боялся…
– То ему бесполезно объяснять, что это совсем не страшно, – закончила Алима с нотками раздражения в голосе. – Он как вобьёт себе что-нибудь в голову…
– Вот и я о том же, – подхватила Ариэна. – Спорить со старшими некрасиво, и не стоит этого делать. Просто… чтобы их не расстраивать, лучше некоторых вещей им не говорить. Ты ведь не хочешь зря волновать дедушку?
– Конечно, нет, – сморщила носик Алима. – С ним спорить – только ещё больше заболеешь.
– И вот ещё что, – Ариэна загадочно понизила голос. – Магия – это тайна. Недавно я узнала секрет лекарства от твоей болезни. И это должно остаться секретом. Чем меньше людей знают о том, что ты тут сегодня видела, тем больше у тебя шансов выздороветь. Совсем выздороветь. Так, чтобы вообще избавиться от этих приступов кашля. Когда тайное знание становится достоянием многих, его сила уменьшается. Недаром же Тайный Союз скрывает от посторонних секреты своих изобретении. Понимаешь, о чём я?
– Да уж чего тут не понимать, – ответила Алима тоном взрослого, который обещает ребёнку, что скроет от отца его проделки. – Давай поскорей своё лекарство. Я хочу поправиться, и мне совершенно всё равно, что это за дым. Я верю, что следующая жизнь будет лучше этой, но ведь умереть никогда не поздно, правда? Это даже здорово, что меня лечит колдунья! Мне даже наплевать, если ты бросила туда мёртвый волос или ноготь…
– Такой гадости я туда не бросала, – рассмеялась Ариэна. – Мёртвой магией я не занимаюсь. И никогда не дам тебе ничего плохого. А теперь выпей лекарство и помни, о чём мы с тобой договорились.
– Да чтоб меня проткнули, как жука булавкой! – крепко обхватив чашку тонкими бледными пальчиками, сказала Алима.
И Ариэна уже в который раз за последнее время ощутила спиной холодок.
Выпив лекарство, девочка снова уснула. У Ариэны тоже слипались глаза. Вызывание тумана казалось делом несложным, но сил отнимало гораздо больше, чем глубокий контакт с Дамеей. А может, сказывалось то, что этой разновидностью магии Ариэна овладела совсем недавно. В любом деле нужна тренировка. Контакт с Дамеей давно уже стал чем-то привычным, и Ариэна только сейчас не без горечи осознала, как порой трудно избавляться от привычек. Дамея молчала уже полтора месяца, и Ариэна не пыталась вызвать её на разговор. Из самолюбия. Интересно, сколько они ещё о6е продержатся? От этих невесёлых мыслей спать хотелось ещё больше. Ариэна поудобней устроилась в глубоком кресле и тут же забылась сном. А проснулась она от того, что кто-то тихонько тряс её за плечо.
– У вас тут всё в порядке? – испуганным шёпотом спросил Хавел.
– Конечно, – быстро взглянув на спящую Алиму, ответила Аpиэна. – Что тебя так встревожило, господин Хавел?
– Я встретил у дома портниху, что живёт напротив. Она говорит, будто видела, как из нашего окна валил какой-то странный дым – голубой, с искрами. Его было немного, и всё быстро прекратилось. Она потому и не пошла выяснять, в чём дело, но раз уж встретила меня, решила рассказать. Здесь что-то случилось?
– Абсолютно ничего. Я даже не подходила к плите. Насколько я поняла, лекарство было готово. Я просто дала его Алиме, когда она просыпалась. Эта женщина ошиблась окном. Наверное, у кого-то из ваших соседей что-то сгорело…
– Она говорит, дым был какой-то странный.
– Этим кумушкам всё на свете кажется странным. Честное слово, у нас тут ничего не горело, и вообще всё в порядке.
– Ну и хорошо, – успокоился старик. – Извини, что я задержался. Завтра придёт сиделка, и я больше не буду тебя тревожить.
На следующий день к девочке действительно пришла новая сиделка, и что её сразу же удивило, так это зверский аппетит больной. Женщине объяснили, что она будет ухаживать за умирающей, чем она уже много лет успешно занималась, работая в одной из городских лече6ниц. Она с первого взгляда повяла, что этот ребёнок, если и со6ирался умирать, то в какой-то момент явно передумал.
– По-моему, ей нужна не сиделка, а хороший повар, – сказала она Хавелу.
Тот и
