— Они боятся, — радостно закричал молодой раттерианец, который продолжал меня тащить. Толпа расступилась, и нас вытолкнули на небольшой пятачок, где стоял гладкий шест, а на вершине его был привязан букетик, каких-то цветов.
— Пустите, — передернул я плечами, — нам некогда, у нас важное дело.
— Вы всегда важными делами прикрываетесь, — смеялись окружавшие нас раттерианцы., - вы просто трусите!
— Что они хотят? — спросил я у белого жреца.
— Сегодня последний день тепла, завтра наступят холода, и придет зима. Праздник встречи зимы и проводы лета. Это шест сговора. Надо залезть на него и снять букет. Им хорошо, они умеют лазать, а мы все время в помещении сидим. Мы не умеем. Так вот они и изгаляются, — обреченно произнес жрец. — Нас не скоро выпустят.
Я посмотрел на шест. Небольшое бревно из гладко обтесанной древесины. У себя дома, мы тоже лазали на такие шесты, только когда провожали зиму. Скинул рубашку, снял сапоги и быстро полез, под общий говор смех и шутки.
— Смотрите, он может!
— Белый-то белый, а как лезет.
— Давай парень, твоя девушка ждет цветы!
— Молодец, жрец!
И под общие радостные возгласы я спрыгнул на землю, держа в руке небольшой букетик голубоватых цветов.
— Пойдем вместе с ним, — закричал тот раттерианец, который тащил меня, — скажем его красавице, что он единственный жрец, который смог на шест залезть.
— Ну, уж нет, — огрызнулся я, — как-нибудь без вас справлюсь.
— Правильно, нечего свою красавицу такому пройдохе показывать, а то еще отобьет, — засмеялись кругом. — Идите мы вас прикроем.
Одеваясь на ходу, я сунул букет за кушак, и мы побежали из ворот Храма. Сзади заиграла музыка, по брусчатке застучали каблуки, и начались танцы. Дом Агнара оказался совсем рядом, от ворот, из которых мы выскочили. Белый жрец вбежал на ступеньки и застучал в дверь. Вскоре на пороге показалась ослепительной красоты девушка с томными светлыми глазами и длинной косой ниже пояса.
— Нам к Верховной жрице надо, срочно, — сказал он, нежно отстранил ее, пропустил нас внутрь и закрыл за собой дверь.
— Проходите, — она плавно повела рукой. И поплыла внутрь дома. Она была прекрасна, но какой-то холодной равнодушной красотой.
Мы вошли в комнату, и я увидел на противоположной стене большой портрет молодого человека. Рисунок был неплох, но до настоящей живописи было далеко.
— Не нравится, — произнес молодой человек, входя в комнату.
— Для любителя неплохо, — сказал я.
— И что же не хватает?
— Смысла и души, — ответил я, и тут же увидел, как в дверях показалась Верховнуя жрица. Увидев меня, она побледнела:
— Что случилось?
— Веда пошла к мидгарцам. У древлян пропали дети, я думаю, они на базе.
Красавец с картины, который вошёл следом за женщиной, вдруг пошёл на меня с таким перекошенным лицом, что я попятился:
— Ты специально, ее заманил туда, мидгардец?
— Нет, он уговаривал ее не ходить, даже сказал, что готов упасть перед ней на колени… — вмешался молодой раттерианец, который прилетел вместе со мной. Его слова произвели странное впечатление, будто бы я предложил девушке что-то оскорбительное!
— И ты был готов унизиться до такой степени? — с интересом спросила хозяйка дома.
— Послушайте, вы все, — не выдержал я, — ваши традиции для меня непонятны. На базе трое маленьких детей и девушка, за которую я отвечаю перед своей совестью, и мне наплевать, что я сделал неправильно.
— Успокойся, — сурово произнесла Сюа, — тебя никто не обвиняет в нарушении наших традиций. Что ты предлагаешь?
— Нужно сделать так, чтобы корабль не взлетел.
— Надо поднять людей, — сказал яростно картинный раттерианец.
— Нет! Только не сейчас!
— Почему?
— Если на базе почувствуют неладное, они постараются избавиться от ребят, чтобы замести следы. Пока они живы. Я думаю, их хотят отправить на корабле. Дайте мне час, лучше полтора, я попробую найти их!
— Ты хочешь вернуться на базу? — с ужасом спросила Верховная жрица.
— А у меня есть другой выход? — переспросил ее я.
— Но там Веда! — не унимался мужчина с картины.
— Кроме нее там дети, — отрезал я, — а потом, я попросил одну девушку сделать всё, чтобы люди с базы видели, что еще кто-то следил за Ведой, в этом случае, они не посмеют с ней ничего сделать. Но надо спешить! Прошу тебя, Верховная жрица, у нас мало времени.
— Пойдем, — она повернулась ко мне спиной и поплыла к двери, в которую только что вошла. Мы гурьбой за ней.
— Грэг, Агнар, тихо соберите стражников, предупредите древлян, чтобы собрались на поляне перед домом старшей матери, ждали нашего распоряжения, — женщина отдавала приказания чётким ясным командным голосом, ну, как заправский командир. — Константин, мы тебе даем только полтора часа. Не больше. Ты должен, обязан разыскать детей. Корабль не взлетит, это тебе говорит Верховная жрица.
Мы шли за ней, как дети за воспитательницей, и кивали головами, все-таки удивительная сила была у этой женщины, которая какого-то мне напоминала. Выйдя в сад, а не на улицу, мы прошли его, подошли к стене, без признаков каких-нибудь дверей. Тот, кто спросил у меня о портрете, подошёл к ней, и вдруг камень треснул и поехал в сторону. Мы вошли в коридор, освещенный синими светильниками, как в Белом братстве.
— Мне надо к машине, — прервал я молчание.
— Агнар проводи ребят, — приказала Верховная жрица, — и вдруг резко остановилась, подошла ко мне и поцеловала в лоб, — Будь осторожен, Константин, — тихо сказала она. — А вы за мной, — обратилась она к остальным и, свернув в боковой коридор, они пропали из вида. Агнар, это был тот, кто открыл вход в стене, быстро пошёл вперед.
— Подожди, — я приостановил его, — и почти шёпотом, чтобы не слышал наш спутник, сказал: — Веда просила сказать, что пошла к мидгардцам именно тебе, прости, что при всех! Но было глупо скрывать это от Верховной жрицы.
— Все в порядке, — внимательно посмотрев на меня, ответил раттерианец, — тот, кому надо услышал и все понял.
Вот и пойми этих раттерианцев, говорят так, что ничего не поймешь. Ну, и ладно! Какая разница, только бы успеть.
Мы влетели в пещеру. Молоденький белый жрец: открывая крышку машины, повернулся ко мне и спросил:
— Как ты хочешь, пройти на базу.
— За космодромом есть лаз.
— Они его заделали!
— Вот как? Вы так пристально следите за базой? Как же детей пропустили?
— Не знаю. Просто я слышал, что гырхи объявили войну вашим мидгардцам.
— То есть как, — не понял я, и остановился, с удивлением глядя на него.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
