занял позицию у двери, Алексей и Ева приступили к активации капсулы. Процесс был сложным – требовалось постепенно повышать температуру, вводить стимулирующие препараты, контролировать жизненные показатели.
– Сердечная активность стабильная, – сообщила Ева, следя за мониторами. – Мозговые волны начинают проявлять паттерны сознательной активности.
Внезапно их работу прервал тревожный голос Рамира:
– У нас проблемы! – он говорил тихо, но напряженно. – Группа ученых и охрана направляются сюда. Шесть человек, все вооружены.
– Сколько у нас времени? – спросил Алексей, не отрываясь от консоли управления.
– Максимум две минуты, – ответил Рамир. – Они движутся медленно, проверяя каждое помещение по пути.
– Недостаточно для завершения пробуждения, – покачал головой Алексей. – Нужно минимум десять минут.
– Тогда нам придется встретить их, – решительно сказал Рамир, проверяя оружие. – Ева, ты можешь использовать свои способности?
– Не на шестерых одновременно, – с сожалением ответила она. – Максимум два-три человека, и то ненадолго.
– Тогда поступим иначе, – Рамир быстро оценивал ситуацию. – Алексей, продолжай работу с капсулой. Ева, ты останешься здесь, чтобы защитить его и процесс пробуждения. Я выйду навстречу группе и отвлеку их, уведу как можно дальше отсюда.
– Это слишком опасно, даже для тебя, – возразила Ева. – Их шестеро, и все вооружены.
– У меня есть преимущество, – уверенно сказал Рамир. – Мои рефлексы, сила, выносливость. Я справлюсь.
Не дожидаясь дальнейших возражений, он проверил коммуникатор и вышел в коридор, плотно закрыв за собой дверь хранилища.
Рамир двигался бесшумно, используя свои усиленные чувства, чтобы определить точное местоположение приближающейся группы. Он выбрал позицию в месте, где коридор разветвлялся – это давало ему тактическое преимущество и несколько путей отхода.
Вскоре показалась группа – четверо охранников в тактической экипировке и двое ученых в белых халатах. Все были напряжены, оружие наготове.
Рамир дождался, когда они приблизятся на оптимальное расстояние, затем намеренно создал шум, привлекая внимание, и тут же скрылся за поворотом. Как он и рассчитывал, охрана немедленно бросилась в погоню, оставив ученых под защитой только одного охранника.
Петляя по коридорам, Рамир уводил преследователей всё дальше от криогенного хранилища. Он умело использовал особенности планировки, свою превосходную физическую форму и тренированные рефлексы, чтобы оставаться на шаг впереди, но не настолько, чтобы охрана потеряла его из виду и вернулась к хранилищу.
Тем временем, в хранилище Алексей продолжал процесс пробуждения клона, а Ева напряженно прислушивалась к звукам за дверью.
– Кажется, Рамир успешно увел большую часть группы, – сказала она. – Но я слышу шаги в коридоре. Кто-то остался.
– Мне нужно еще пять минут, – ответил Алексей, не отрываясь от консоли. – Критическая фаза процесса, не могу прерваться.
– Я разберусь, – решительно сказала Ева, направляясь к двери.
Она осторожно приоткрыла дверь и увидела в коридоре двоих – ученого и охранника, медленно продвигающихся к хранилищу. Глубоко вдохнув, она сосредоточилась, активируя свой дар эмпатии на максимальную мощность.
Выйдя в коридор, она мгновенно привлекла внимание охранника, который поднял оружие. Но Ева уже направляла на него волны эмпатического воздействия, вкладывая всю свою силу.
– Вы не видите во мне угрозы, – её голос, усиленный даром, проникал в самые глубины сознания. – Я ваша коллега из лаборатории наверху. Вы ожидали меня. Всё в порядке.
Охранник замер, его взгляд затуманился. Но ученый оказался более стойким – возможно, из-за специальной подготовки или генетических модификаций.
– Тревога! – крикнул он, пытаясь активировать коммуникатор. – Нарушители в секторе С-4!
Ева усилила воздействие, фокусируясь теперь на обоих. Её глаза приобрели неестественный блеск, а голос стал глубже, почти гипнотическим.
– Здесь нет нарушителей. Вы ошиблись. Отмените тревогу и вернитесь на свой пост.
Ученый заколебался, его рука с коммуникатором дрожала. Ева чувствовала, как её силы истощаются – никогда раньше ей не приходилось так интенсивно и долго использовать свой дар.
В этот момент охранник, частично освободившийся от её влияния, внезапно поднял оружие. Ева инстинктивно бросилась вперед, пытаясь обезоружить его, но не успела – раздался выстрел.
Боль пронзила её плечо, но она не остановилась. Используя технику, которой её учил Рамир, Ева выбила оружие из рук охранника и нанесла точный удар в челюсть, отправив его в нокаут. Затем, преодолевая боль, она повернулась к ученому.
Тот уже активировал сигнал тревоги и теперь пятился, пытаясь скрыться за поворотом коридора. Ева, чувствуя, как кровь стекает по руке, сконцентрировала последние остатки своих эмпатических сил и буквально обрушила на него волну эмоционального воздействия.
– Остановись. Сейчас. Ты. Останешься. Здесь.
Каждое слово, произнесенное с невероятной концентрацией, било по сознанию ученого как молот. Он замер на месте, его лицо исказилось от внутренней борьбы, но в итоге подчинилось. Медленно, как во сне, он опустился на колени, а затем сел на пол, безвольно опустив руки.
Ева почувствовала, как её собственные ноги подкашиваются. Использование дара на таком уровне интенсивности истощило её физически и эмоционально. С трудом добравшись до хранилища, она привалилась к дверному косяку.
– Алексей, – позвала она слабеющим голосом. – Тревога… активирована. Нужно… спешить.
Алексей обернулся и, увидев её состояние, бросился на помощь.
– Ты ранена! – воскликнул он, подхватывая её.
– Плечо, – выдохнула Ева. – Но жить буду. Как… процесс пробуждения?
– Почти завершен, – ответил Алексей, помогая ей сесть и одновременно обрабатывая рану с помощью аптечки из их снаряжения. – Еще две минуты, и капсула откроется.
– А Рамир? – спросила Ева, морщась от боли, когда Алексей наложил временную повязку.
– Не выходит на связь, – с тревогой ответил Алексей. – После активации тревоги все каналы связи могли быть заблокированы.
В этот момент система криогенной капсулы издала сигнал о завершении процесса, и матовое стекло начало подниматься, выпуская облако холодного пара. Внутри лежала фигура, постепенно приобретавшая четкие очертания по мере рассеивания пара.
Алексей и Ева, забыв о своих проблемах, застыли в ожидании. Когда пар окончательно рассеялся, они увидели молодое лицо Виктора Кронова – точно такое же, как у клона, с которым они работали ранее.
Глаза клона медленно открылись, и он сфокусировал взгляд на Алексее и Еве.
– Вы… пришли, – произнес он слабым голосом. – Значит… время настало.
– Да, – кивнул Алексей. – Диана активировала проект "Немезида". Мы пришли остановить её и надеялись на твою помощь.
Клон попытался сесть, но его движения были неуверенными, как у новорожденного.
– Моя нейромоторная система… еще не полностью стабилизировалась, – сказал он. – Потребуется время.
– Которого у нас нет, – встревоженно сказала Ева. – Сигнал тревоги активирован. Скоро здесь будет вся охрана комплекса.
– Помогите мне встать, – попросил клон. – Я знаю запасной выход с этого уровня. И у меня есть информация о "Немезиде", которая может помочь вам остановить Диану.
Алексей помог клону выбраться из капсулы, в то время как Ева, превозмогая боль в плече, следила за дверью хранилища.
– А где… Рамир? – спросил клон,
