не учинишь - нет у них людей под командой в нужном количестве, и в достаточном нет. Проще Штааля заподозрить в попытке переворота. Айнура - точно проще.
А теперь следы заметают. Версия номер два, могущая сосуществовать с первой.
Рафик подумал, что сейчас только в стенах МИДа заключается не менее сотни пари на тему «кто готовил переворот, а кто заметал следы». Ерунда, конечно – учитывая, что силовые группы жайша хватают, это уже вполне понятно, высоких чинов из военной разведки. Военная разведка… на две трети, а скорее на три четверти турки. Как повелось еще с XIX века, поголовно из «партии войны». Алтын в последние годы держал своих псов войны на строгих ошейниках, спасибо ему большое… и в их рядах вполне мог вызреть какой-нибудь благонамеренный заговор. Не попытка переворота, ни в коем случае – а вот хорошая наваристая провокация в пользу Турана, приводящая к военному конфликту. Это запросто. Никто бы даже не удивился, а особенно сам Вождь, он и сам в свое время опирался на армию, и регулярно подогревает реваншистские настроения.
А мы – как противники силовых решений – должны были стать мишенью. Неплохо придумано: Тахира убрать, «Вуц» подставить, концерн, или хотя бы долю аль-Сольхов в нем, национализировать, МИД разгромить и нейтрализовать и вломиться в Восточный Пакистан для защиты экономических интересов Турана в нем. План вполне в духе армейской верхушки, да и идея преподнести ситуацию Вождю на блюде – тоже в их духе. Бреннер мог узнать о происходящем или вычислить, интересуясь обстоятельствами смерти своего старого приятеля и клиента – и помчаться с новостями к Вождю; допустим, он не знал, какова в этом роль Рафика, поэтому и не выходил на связь. Теперь они разобрались, и жайш хватает зарвавшихся военных. Правдоподобно; но при чем тут Фарид и все, что с ним случилось? Что и где накопала эта старая одноглазая сволочь?
Есть, конечно, и более неприятная версия: Бреннер с самого начала играл в одной команде с военной разведкой, и визит к Вождю – только элемент интриги. Несколько странно, учитывая, что Бреннера с Тахиром связывали не только деловые интересы, но и личная симпатия, к тому же господин посредник, по слухам и его собственным словам, на дух не переносил милитаристов в любой форме… с другой стороны, как он сам только что сказал - что такое личные пристрастия и симпатии, если речь идет об очень больших деньгах?
И почему Штааль. Почему арест? Ну ладно, слухи об аресте - но не ходят у нас совсем попусту такие слухи, что-то должно было случиться. И по времени - вот мы разговаривали, вот я уехал, вот его вызвали, вот пошел слух, вот... и получается, что первый настоящий арест, вот в списке этот Хадад, не знаю, кто такой, а серьезный кто-то, первый настоящий арест после вызова - меньше чем за час. Штааль до Дома доехать не успел по дневному движению, а у них уже все завертелось. Значит, что бы у военных ни делалось, жайш об этом узнал не от Бреннера.
Тут на краю глаза, коротко мигнув, материализовался Джозеф, двоюродный брат жены Рустама, качнул лезвием клюва и сказал, что к ним, в новоделийское их хозяйство постучался человечек, военный, сильно напуганный - и сказал, что были у них движения, и что по всей южной линии бродит слух, будто бы на самом-самом верху, неупоминаемо кто был не прочь прирасти одним из Пакистанов, но совсем-совсем не тем... беда в том, что этот не тот можно было взять миром, при минимальном умении, а кое-кому из армейских хотелось отличиться, очень хотелось - и они попробовали сыграть наоборот...
Знать бы точно, что там творится. Что делать – ложиться на дно и лежать тихо или, напротив, взмыть соколом и нестись к Золотому с клекотом: вот они, негодяи, вот кто желал зла стальному проекту, а, значит, благосостоянию и процветанию Турана!
Оглянулся вокруг, впервые за последние полтора часа осознал наличие кабинета, кресла, стола, вспомнил, что информация поступает не прямо в мозг - а на экраны. Термостакан чуть подсоленной воды на подлокотнике был холодным и мокрым по краю - значит только что принесли новый.
Рафик покрутил головой, освобождая мышцы. Последний арест был... двадцать две минуты назад и с тех пор - ничего. Подождем. Не будем дергаться. Авось отзовется кто-то из источников или союзников - или даже врагов - и прояснит картину.
Небольшая точка на столе светилась ровным зеленым. Фарид жив, Фарид в порядке... и пока в безопасности. Значит - можно не торопиться.
По проверенным данным только что в административном районе произошло несколько огневых контактов, по непроверенным данным - между НА и военными. Ходят также разговоры об арестах, слухомельница пока не включилась. Мои контакты не в курсе – что вас? Поторопимся, успеем раньше «Рейтерс».
Текст-сообщение, перехваченное системой «Сомнительное», Истихбарат Народной Армии Турана, Сектор А
Амар Хамади, курьер
Амар ненавидел полупрозрачные вертолеты жайша – радужные пузыри. Никакие похвальбы невероятной прочностью, просмотренные результаты тестов и фортели на авиашоу его не убеждали. Мыльный пузырь и есть мыльный пузырь. Лопнет и поминай, как звали.
Вдвойне он ненавидел манеру жайшевских пилотов рушиться вертикально вниз на крошечные посадочные площадки так, что уши закладывало.
Привыкнуть невозможно. Отучить от этого безумия – тем более, кочевник, пересевший с коня на вертолет, все равно остается кочевником, лихим и бесстрашным. Остается только терпеть и ненавидеть.
Шестеро раненых, двое убитых: один сотрудник Сектора А и один боец прикрытия на десять арестованных. Семеро раненых и трое убитых на двенадцать арестованных. Два самоубийства. Двое успешно скрылись.
Амар не знал, как оценить результат. То ли полный провал, то ли наоборот, полный успех. Для совершенно неподготовленной внезапной операции, пожалуй, успех. Две трети списка были взяты тихо, быстро, без критических осложнений. Треть… этого следовало ожидать? Или все-таки можно было избежать?
Ладно, пусть Штааль решает. Главное – выцарапать его, и пусть решает.
Прикоснулся радужный пузырь к поверхности, ожидаемо лопнул, выплеснул содержимое на посадочную площадку - и вот уже вокруг кишат и даже на прицел не берут - зачем? Неоткуда
