— Зачем? — богиня, подперев подбородок, уставилась на дряхлого старца. — Зачем ты это сделал?
— Я должен был. Я устал жить в постоянно лжи — видеть, как ты дуришь головы бедным людям, питаешься их обожанием, плетешь новые сети. Только бы больше обожателей, больше этих тупоумных болванчиков, которые готовы отдать тебе все! Они даже не представляют, что именно ты от них берешь…
— Беру только то, что дают добровольно. Скажешь, нет?
— Нет! — Кассиус закашлялся. — Эти твои… психоизлучатели — думаешь, я не знаю? Ты… меняешь себя, постоянно — только чтобы быть лучше всех. В твоем понимании, — старик снова закашлялся. — это быстрее всех, сильнее всех, хитрее всех…
— Быть Матриархом означает иметь не только права, но и обязанности. Лючия процветает — не смотря ни на что. А что дал ты своим сторонникам?
— Я им дал семью! Царство мира и взаимопонимания, где нет места притворству, лжи, паразитам. Все, что ты у них отняла своим… культом.
— Надо же, — Лейна задумчиво хмыкнула. — Какая бездна негодования. Если бы я не видела Новую Каледонию…
— Их планета все равно была обречена, — Кассиус, выпрямившись в кресле, уставился куда-то мимо камеры. — Ты бы на моем месте поступила бы так же. Впрочем, у тебя на такое не хватит ни духу, ни силенок.
— Вот сейчас и проверим, у кого, — богиня на миг задумалась, подбирая аналогию, — эгрегор крепче!
Астероид за время разговора успел вплыть в зону поражения, и Лейна включила режим прицеливания. Километровый булыжник по размерам как раз вписывался в габариты «рекомендуемых целей», и это особенно радовало богиню: уничтожить Девятый разлом одним выстрелом, и после этого вернуться на Лючию с победой — что может быть прекраснее?
Свет в рубке на секунду погас. Отключились даже мониторы наблюдения — бортовая сеть корабля оказалась неспособна справиться с невероятной нагрузкой, и это лишило Лейну удовольствия лицезреть испепеляемую «Обитель». Впрочем, секундой позже питание вернулось, и обзорный монитор показал великолепную картину астероида, который попросту разорвало на куски.
— Вот и нет Разлома, — весело прощебетала Лейна. К ней наконец-то вернулось хорошее настроение, которое покинуло ее в момент угона корабля-колонизатора. — Как все просто, надо же…
Крайний монитор вспыхнул, показав богине лицо Кассиуса, чем-то крайне довольного.
— Довольна? Надеюсь, что уже нет!
* * *
Рука профессора, словно бы обзаведшись собственным разумом, поползла по столу и, ухватив бутылку с самогоном, совершенно самостоятельно наполнила стакан.
— Ну, ты силен, — гном искренне восхитился. Попытка допроса, которая незаметно превратилась в пьянку, затянулась заполночь. Сперва Гарин жалел, что ни Готардо, ни Киркс не могли принять участие в этом… мероприятии, но потом все как-то незаметно забылось, и остался только донельзя несчастный Амацио.
— И теперь я слышу голоса, — профессор, опрокинув стаканчик, закашлялся. — Точнее, один голос. Он зовет меня трусом!
«А ты и есть трус!» — это бормотание было до отвращения трезвым, и Амацио поспешил опрокинуть еще стаканчик.
— Но я не трус… Я просто боюсь, — профессор опасливо огляделся. — Новые вещи, новые места… Это тебя не пугает?
— Я привык, — гном пожал плечами. — Кстати, о чем вы болтали с некромантом?
— Болтали? — воспоминания мастерски прятались в алкогольном тумане, и профессору пришлось изрядно постараться, чтобы отыскать нужное. — А, да…
— Так о чем? — Гарин, подперев щеку кулаком, выжидательно уставился на собеседника. — У нас тут был небольшой аврал, знаешь ли, так что подробностей я не знаю.
— Да, — Амацио постарался повторить движение гнома, но так отчего-то разговаривать стало крайне неудобно. — Какой тут скользкий стол… — рука машинально рванулась за стаканом, но тот вдруг быстро побежал в сторону. — И стакан…
— Тебе хватит, — гном аккуратно уложил профессора прямо на пол. — Рассказывай.
— С пола? Это непри… сто… двести…
— Не отвлекайся, — гном уселся рядом. — О чем вы говорили?
— Вот доставучий, — профессор помотал головой, разгоняя сонливость. — Я спать хочу! И голос наконец-то затих.
— Вот расскажешь — и отстану, — Гарин встревоженно глянул на профессора, но тот уже ничего не замечал — Амацио наконец-то добрался до своих воспоминаний.
* * *
Корвет, подхваченный ураганным ветром, с диким скрежетом скользил по плато. Песок, незадолго до бури, ставший тверже камня, казалось, подталкивал корабль к пропасти, словно пытаясь избавиться от непрошеного груза.
— Надо взлетать, — дроид, усевшись на место пилота, положил руки на консоль. — Иначе мы просто разобьемся.
— Нет! — некромант, вскочив, схватил штурмана за руку. — Ни в коем случае.
— Мы разобьемся, — штурман вызвал на экран метеосводку. — Конечно, и так можем разбиться, но если ты согласен на десятикратную перегрузку…
— Мы остаемся здесь.
— До края плато осталось всего тридцать метров. Мы преодолеем это расстояние за два часа.
— Значит, ждем один час пятьдесят девять минут, — чародей внимательно смерил штурмана взглядом. — Именем человека запрещаю тебе делать все, что противоречит моим распоряжениям. Мой приказ — ждем.
— Киркс научил? — помолчав, отозвался дроид. Его голос в этот момент вполне можно было назвать эталоном враждебности.
— Так надо, — некромант, усевшись в свое кресло, закинул ноги прямо на пульт. — Терпи.
— Это было свинством с твоей стороны.
— Так надо, — чародей скрестил руки на груди и закрыл глаза. — Приказываю информировать меня о всех необычных происшествиях.
— Слушаюсь, капитан…
Временами ветер завывал так, что это слышалось даже сквозь бронированный корпус. Пара якорей, выстреленных наудачу, буквально через минуту прозвенели мимо, так и не найдя, где зацепиться. Дроид с ненавистью посмотрел на дремлющего чародея — но секундой позже ненависть исчезла, уступив место холодному удивлению. Столь яркую эмоцию дроид испытал впервые — нервная система штурмана вдруг пришла в состояние невероятного возбуждения, словно в него тыкали оголенным проводом под напряжением. Впрочем, в отличие от пытки электричеством, ненависть оказалась неожиданно приятным чувством — она накатывала волнами, очищая мозг от всего лишнего. На миг дроиду даже показалось, что несокрушимый заслон «права человека» готов рухнуть — и он понял, отчего механизмы так редко наделяют эмоциями.
* * *
Пылевое облако пылало от ударов плазменных пушек, но Лейна опоздала — короткая беседа с Кассиусом оказалась лишь уловкой, позволившей Предкам унести ноги с обреченной базы. Тысячи мелких кораблей разлетелись во все стороны по заранее разведанным тропам, надежно скрывшись от примитивных радаров «Десницы». Нечего было и думать разыскать их в той каше, которую устроила богиня, обнаружив, что ее провели.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
