— Установить пустотные щиты, — приказал капитан Стений. — Привести орудийные батареи в боевую готовность. Все по местам!
Лев охотно позволил подчиненному принимать оборонительные меры. Сам он ждал, скрестив руки на груди и бросая взгляды то на главный экран, то на вспомогательный, который показывал «Терминус Эст», то на громкоговоритель справа от индикаторной решетки. Примарх словно видел при этом леди Фиану.
— Обнаружен скачок мощности на «Терминус Эст», — сообщил слуга, занятый на пульте управления сканера.
— Только что установлены пустотные щиты, капитан, — почти сразу же добавил другой слуга.
— Волнение в варпе локальное, незначительное, — сообщил навигатор Ардал по внутренней связи, его голос звучал пронзительно. — Не знаю, каким образом, но кажется, его создали на флагмане Гвардии Смерти.
— Где создали? Куда оно нацелено?
— На Пердитус Ультиму, прославленный примарх. Это что-то вроде варп-туннеля, он ведет прямо в сердце станции. Я раньше не видел ничего подобного.
— Корсвейн!
Как только Лев произнес имя сенешаля, системы боевой баржи автоматически переключились на прямой канал связи. Крохотный, малозаметный символ моргнул на вспомогательном экране, отмечая Корсвейна на схеме «Непобедимого разума». Сенешаль после проводов Тифона и Мидоа находился в транзитном коридоре за пределами пусковых отсеков правого борта.
— Да, монсеньор?
— Собери свою охрану и библиариев во втором отсеке телепортации, там и встретимся.
— Куда после этого переместимся?
— Курс на станцию Магелликс. Гвардия Смерти пытается украсть варп-устройство.
Жнец Смерти в руках Тифона рассек техноадепта от пояса до шеи, силовое поле косы шипело и потрескивало, испаряя кровь. Искромсанные останки шлепнулись на голый каменный пол. Впереди появилось отделение скитариев, ворвавшееся через двери. Воины-Механикум, измененные при помощи бионической аугментики, щеголяли разнообразным лазерным оружием и гранатометами. Автоматическая пушка Тифона грохотала в его руке, встречный шквал ракет и болтов молотил по полумеханическим защитникам Пердитус Ультимы.
Терминаторы продолжали непреклонно наступать, они перешагивали через искрящиеся и окровавленные останки скитариев и проникали в коридор, который вел к темнице Тухулхи. Скитарии появились в еще большем количестве и снова были разбиты неуязвимыми для их оружия Хранителями Могил.
Тифон, возглавлявший колонну, до сих пор пытался преодолеть побочные эффекты той самой варп-телепортации, которая перенесла его воинов внутрь станции. Отец на этот раз оказался не очень щедрым по части подарков, и кожа Тифона сильно болела под броней. Затраченные ради создания дыры в реальности усилия не прошли даром, поэтому тело чесалось, время от времени кружилась голова.
— Почему мы сразу, как только прибыли, не поступили точно так же? — прохрипел Вайосс, шагая слева от Тифона. — Мы получили бы это устройство задолго до появления Темных Ангелов.
— Кто же знал, что Тухулха проснется, — ответил Тифон. — Я не в силах доставить его на «Терминус Эст», но теперь он сам себя доставит. Он гораздо тяжелее, чем кажется, просто основная часть конструкции существует только в варп-пространстве.
— Триумф инженерной мысли, — заявил Вайосс с заметным сарказмом.
— Чудо Отца, — поправил его Тифон и направился в комнату Тухулхи.
Командующий Гвардии Смерти остановился из-за внезапного приступа, скрутившего живот. Тифон стиснул зубы, в утробе что-то ерзало, или, по крайней мере, ощущение получилось похожее — словно адские грызуны засели в кишечнике. Спустя короткое время боль прошла, и он устремился к следующему дверному блоку.
Шар, который оказался Тухулхой, висел в центре зала, окруженный захватами и оборудованием Механикум. Тифона поразила красота узоров на поверхности машины. Жирные цветные пятна смешивались и разделялись, создавая гипнотический эффект. Предводитель Гвардии Смерти с усилием оторвал взгляд от парящего шара и увидел облаченную в красное фигурку, замершую на коленях перед устройством, голову и лицо человека прикрывал капюшон.
Тифон нацелил свою автоматическую пушку, но не успел он нажать на спусковой крючок, как тишину нарушил детский голос:
— Остановись! Не причиняй ему вреда!
Мальчик с пожелтевшей кожей, соединенный с аппаратурой плененного устройства, выбрался из спутанного клубка кабелей. Тифон не сразу понял, что телом сервитора манипулирует машина.
— Он бесполезен, — сказал командующий. — Он был вашим тюремщиком и должен понести наказание.
Тифон догадался, что булькающее тяжелое дыхание мальчика-сервитора означает смех.
— Меня нельзя заключить в тюрьму, по крайней мере, существа вроде него на такое не способны, — сказал Тухулха.
— Хорошо, тогда вы можете уйти вместе с нами.
Мальчик не ответил, вместо этого отвернулся и запрокинул голову, словно рассматривая что-то сквозь каменный потолок зала.
— У тебя мало времени, Тифон из Сумеречных Рейдеров, — сказал Тухулха. — Приближается Лев, он хочет лишить тебя головы. Твои воины уже гибнут.
Словно в подтверждение этого в коммуникаторе раздался треск, и появились первые сообщения. Три отряда в арьергарде Хранителей Могил находились под угрозой. Их доклад был недолгим, упоминались сверкающий меч примарха Темных Ангелов и кошмарные существа в капюшонах, с глазами из пламени и когтями из стали. Спустя десять секунд все смолкло, и Тифон больше не слышал своих воинов.
— Он привел с собой псайкеров, — сообщил он Вайоссу. — Я не могу бороться против их объединенных способностей. Предупреди Чарфуна и вторую линию обороны, они должны отступить к нашей позиции.
— Так точно, командующий, — отозвался Вайосс.
— Мы сейчас Гвардия Смерти, — поправил Тифон Тухулху. — Я не могу лично доставить вас на корабль, но вы должны пойти со мной, если желаете освободиться.
— Освободиться? — Мальчик-марионетка снова рассмеялся сдавленным булькающим смехом. — Я долго ждал возвращения Льва. Когда он впервые пришел ко мне, я увидел его и понял, что это мой спаситель. Жители Пердитуса поймали меня в ловушку, но с помощью Иэксиса эти оковы удалось сбросить. Я знал, что Лев вернется ко мне, и только поэтому остался.
— Он стремится уничтожить вас.
— Как и все прочие, он стремится обладать мною, — возразил Тухулха. — Не бойся за меня, храбрый Тифон. Ты должен следовать собственной судьбе. Твой примарх ждет тебя, зачем погибать понапрасну? Позволь, я помогу…
Слова протеста застряли в горле Тифона — судя по ощущениям, началось перемещение. Через миг он очутился в стратегиуме на «Терминус Эст», уцелевшие Хранители Могил стояли рядом.
— Что это было? — спросил Вайосс и помотал головой.
Персонал на мостике замер в удивлении, капитан обернулся и отдал приказ:
— Курс к ближайшей точке перехода. Очень скоро за нами последуют Темные Ангелы.
— Не нужно, — сказал Тифон, в душе что-то сжалось, это было знакомое ощущение. — Тухулха уже отправил нас от греха подальше.
Отпустив рабов, Тифон остался в одиночестве в своей каюте, голые металлические переборки пятнала ржавчина, на потолке ярко сияли световые полоски. Он стащил с себя последний слой поддоспешника и бросил мокрую сетку на пол, обнажив белесое тело. Он никак не мог осознать, что случилось. Отец отправил его, Тифона, в систему Пердитус, чтобы спасти Тухулху из лап Механикум, но ничего не вышло.
В кишечнике все еще побаливало, и командующий Гвардии Смерти осмотрел свой живот. Под слоем кожи и мышц находились жесткие пластины черного панциря. Кое-что пятнало кожу пониже нагрудной пластины. Изгиб мускулистой груди мешал разглядеть это как следует, и Тифон повернулся к собственному отражению в полированном бронзовом зеркале.
Пониже солнечного сплетения он обнаружил три волдыря, каждый размером с подушечку большого пальца. Волдыри располагались треугольником и касались друг друга, темно-красные, окаймленные черным ободком, они источали прозрачную жидкость. Тифон осторожно ткнул в бубон пальцем и не ощутил боли. Напротив — трепет удовольствия пробежал по телу.
Тифон понял все. Он уже освободил Тухулху. Отправившись на Пердитус, он привлек к этому миру внимание Льва и, не зная конечной цели, привел в движение цепочку событий, которая входила в великий план Отца. Три бубона на теле стали ему наградой: Отец обратил внимание на верность Тифона и дал ему знак. Отныне и навеки, он, Тифон, будет носить эту метку, метку любви Отца.
Конечно, это только начало. Хранители Могил были первыми, но Отцу нужна вся Гвардия Смерти, любовь и верность каждого воина, а превыше всего — любовь и преданность Мортариона.
