чего рассказывал. Ты записывала?
– Конечно.
– Смотри, не переври. Знаю я вас, авторов. Вы профессиональные лжецы.
В лавку ввалилась толпа детишек. Пришлось спрятать Эвана за прилавок.
Дети мигом окружили Матеуса. Он поздоровался с каждым за руку, и каждому задал вопрос о том, как дела в школе, и что они успели натворить за эти дни.
Бублик лез целоваться к новым знакомым и пачкал всех слюнями.
– Зоя, правду говорят, что ты хочешь устроить книжный праздник? – допрашивала Кинни. – Будут конкурсы, призы? Игры?
– Все будет!
– Когда?
– Хм… давайте послезавтра. Думаю, успеем все подготовить.
– Мы нарисуем красивые плакаты, – сразу же решили Гайре и Трен.
– Это уж непременно, – вздохнула я.
Дети явились надолго, пришлось отправить Матеуса в кондитерскую за печеньем и пирожками. Мальчишки уселись на пол, я выдала им бумагу, показала, как расчертить квадратики и объяснила правила игры в «Морской бой». Закипела битва.
Лавка наполнилась криками и лаем. Как только Матеус вернулся, его тут же посадили играть и назначили адмиралом. Но время от времени я ловила на себе его взгляд – он исподтишка следил за тем, что я делаю. В игре он то и дело допускал промахи, хмурил брови и в целом выглядел рассеянным.
А я поймала себя на том, что только и мечтаю о том, как бы еще раз ненароком прикоснуться к нему. Хорошо бы провести ладонью по его высокому лбу, согнать эту мрачную морщину между бровей... Теперь мне нравилось в нем абсолютно все. И его странные по земным меркам принципы, и его контролируемая вспыльчивость, и его звучный голос, и больше всего – его глаза, от взгляда которых у меня что-то начинало тоненько дрожать в груди.
Хорошо, что пришли гости. Потому в присутствии Матеуса мне становилось тревожно и неловко. Из-за своих преступных мыслей, из-за того, что у него есть невеста, и из-за того, что наконец-то я встретила мужчину своей мечты, настоящего аристократа с обложки любовного романа. Да нет – он был в сто раз лучше, потому что был живой и полон недостатков. Которые, впрочем, мне тоже нравились.
Мужчина моей мечты так близко, но совершенно недосягаем.
Девочки крутились возле меня и помогали расставлять книги – по правде, больше мешали, потому что тарахтели без умолку. Без конца подкидывали новые идеи для книжного праздника. Я соглашалась на все, отметала только самый уж хлопотные и дорогостоящие, вроде магического фейерверка.
Кинни записывала все идеи. Мы сошлись на том, что в день книжного праздника я проведу лотерею, призами станут книги Глории Дараны с автографами и самодельные паззлы. Также в программе будут настольные игры-ходилки, прилавок книгообмена, угощения и чай. И демонстрация работы печатного станка.
– И потешное представление, – категорически потребовали близняшки Листа и Верена.
– Цирковое? – поинтересовалась я обреченно, потому что не представляла, как справлюсь со всем запланированным. Цирк точно не потяну.
– Мы разыграем сценки, как бродячие актеры. Покажем истории, которые ты нам рассказывала.
– Давайте лучше покажем отрывок из какой-нибудь книги на витрине, – вдруг загорелась я. Такой вариант книжного трейлера мне понравился. – Из столицы пришли несколько детских книг. Вот, например. «История ледяного принца». Выберите какую-нибудь коротенькую сцену и сыграйте.
– Господин Альмедор, вы будете ледяным принцем, – защебетала Кинни.
– Сочту за честь, – покорно отозвался Матеус. Становиться актером ему не хотелось, но милым барышням отказать он не мог. Я показала ему большой палец, натянуто улыбнулась.
В коридоре что-то грохнуло, я вскочила и вылетела из торгового зала, чувствуя почти что облегчение. Как-то слишком уж мирно вечер проходит, даже подозрительно. Ну вот, началось!
К счастью, никакой беды не произошло. Гайре и Трен втихую выскользнули из торгового зала и устроили по коридору игру в догонялки вместе с Бубликом. Гайре с разбегу врезался в дверь, ведущую в подвал.
– Зоя, а там что? – дернул он за ручку.
– Переплетная мастерская. Детям туда нельзя. Кыш в зал!
– В городе болтали, что Бармалан держит в подвале призраков, – вдруг сказал Трен. – Ты их не встречала?
– Нет!
– Ну пожалуйста, дай посмотреть, что в подвале, хоть одним глазком!
– Трен, я сейчас рассержусь, – добавила я в голос строгости.
– Пошли, – Гайре потянул Трена за рукав, братья обменялись понимающими взглядами. Дети послушались слишком уж быстро, что настораживало. По глазам вижу – задумали шалость. Надо хорошенько за ними следить.
– Дети, давайте-ка домой, – попросила я их, когда вернулась в зал. – Вам еще уроки делать. Завтра после школы – милости прошу. Поможете подготовить зал и все прочее для праздника.
Матеус с видимым огорчением, но неприкрытой радостью в глазах попрощался с детьми и ловко выпроводил всех вон. Гости затормошили его, особенно девочки; даже привыкший к светской болтовне аристократ утомился от их болтовни и визгов. Но его терпение и выдержка приводили меня в восторг.
– После таких набегов начинаешь волей-неволей предпочитать общество книг, – сказала я ему с улыбкой, когда закрыла за детьми дверь. – Они не такие шумные. Кроме Эвана, разумеется.
– Я все слышу, – тут же отозвался Эван.
– Потому и сказала.
Я молча выкладывала книги стопкой и старалась не смотреть на Матеуса. Мы опять остались вдвоем, и опять вернулась неловкость. Как будто между нами стояло что-то недосказанное, но очень важное.
Матеус мерил шагами зал. Подходил к окну, барабанил пальцами по подоконнику. Прохаживался вдоль шкафов, вглядывался в корешки.
Он был задумчив и встревожен; его настроение выдавали напряженные плечи и складка между бровей.
Наконец, он остановился, повернулся и посмотрел на меня в упор.
– Чем займемся вечером?
Я невольно вспыхнула от удовольствия. В этом вопросе Матеус объединил себя и меня. Хотя, наверное, он просто гадал, чем заняться, чтобы скоротать тягостное ожидание
