паузы перед словами. – Она тяготилась своей жизнью. Ей хотелось свободы. Когда я уезжал, она вылила на меня поток язвительных слов. Ей тоже хотелось путешествовать, увидеть мир. Быть свободной. Но женщинам-вирилам это не позволено.
– У нас так тоже было на Земле. Лет двести назад.
– Да, я знаю.
– Ты сильно любишь ее? – вопрос вырвался у меня сам по себе.
– Когда вирилы заключают брак, о любви обычно речи не идет. Брак – это договор, сделка между семьями.
– Понимаю.
– Я старше Катрины на четыре года. В детстве она была влюблена в меня, ходила за мной хвостиком. Меня это ужасно раздражало! Вредная, писклявая девчонка.
Он улыбнулся воспоминаниям, и его улыбка резала меня, как ножом.
– Потом она меня возненавидела. Потому что меня всегда ставили ей в пример, как образец хорошего сына и достойного вирила. Подростком она меня нещадно дразнила и высмеивала. Катрина очень остра на язык. Я даже домой не хотел возвращаться с каникул, потому что пришлось бы видеться с ней.
– А… потом? Когда вы стали взрослыми?
– Однажды я приехал и нашел не тощую гадкую девчонку, а красивую, дерзкую девушку. Которая все же научилась сдерживать свои порывы и прятать характер. Я счел ее... приемлемой. Хотя порой она срывалась и показывала коготки. Но я решил: с возрастом пройдет. Она станет хорошей женой. Впрочем, выбирать мне не приходилось. Нас обручили. Я был доволен тем, что у меня будет красивая жена из хорошей семьи. Мы много разговаривали, я привязался к ней. Потом уехал. Она осталась с семьей. Иногда получал от нее письма, и они были полны горечи. Ей не нравилась ее жизнь. Всего она мне не рассказывала, но когда я вернулся – мне пришлось спешно вернуться, когда мне сообщили о ее исчезновении – узнал остальное... Катрина увлеклась магией. Чтобы стать магом, нужно иметь кое-какие задатки. Вероятно, они у нее были, но вирилы не учатся в магических школах и не проходят посвящение. Колдовская наука в наших кругах считается недостойным занятием. Но такие женщины, как Катрина, всегда ищут пути к свободе, ищут свое оружие. Ей казалось, магия даст ей возможность как-то управлять своей судьбой. Даст власть. Хотя бы иллюзию власти. Она познакомилась с людьми, которые когда-то были магами, но потом лишились членства в братстве за незаконные поступки. Катрина говорила родителям, что идет к подруге или за покупками, обманывала приставленную служанку и посещала их сборища. Все это вскрылось лишь потом, когда она пропала. Мы уверены, что эти люди причастны к ее исчезновению. Но полицию мы привлечь не могли и стали искать ее сами. Но это оказалось непросто. След вывел меня на Бармалана. Я мало что сумел разузнать о нем; лишь то, что он был в столице в день, когда пропала Катрина. Он посещал тот же дом, что и она, и потом ее видели вместе с ним в одном трактире. Они что-то живо обсуждали. Я приехал в Лиллидору. и встретил тебя. Вот и вся история, Зоя. После твоего рассказа я думаю, что Катрину могла постичь участь Эвана. Что она... в заколдованной книге.
Матеус осторожно, почти с ужасом коснулся обложки одной из лежащих на столе волшебных книг.
Я отпила воды из стакана, чувствуя, как кружится голова. Ох, и как мне было больно! Казалось, в груди у меня вместо сердца ледяной шар, и он колотит по ребрам, и ледяные осколки вонзаются во внутренности.
– Мы спасем Катрину, – сказала я. – Ты найдешь способ. Прости, что не рассказала тебе всего раньше. Если бы я знала...
– А я не мог рассказать тебе. Никто не должен знать, с какими людьми связалась Катрина и чем занималась. Это грозит нам бесчестьем, а ей – большой бедой если... когда мы ее вернем.
– Мы обязательно вернем ее... Матеус... открой книгу. Прочитай. Погрузись в мир человека, кем она была. Вдруг это Катрина? Вдруг ты узнаешь что-то еще?
– Тут две неопознанные книги.
– Тебе придется заглянуть в обе.
– Да, – Матеус кивнул. – Признаюсь: мне страшно и стыдно это делать. Читать людей, как книги. узнавать о них то, что они, возможно, хотели бы скрыть. Это недостойное занятие.
– Но ты должен сделать это. Я буду тут, рядом. Не бойся. Ты как будто переносишься в другой мир, в тело другого человека. Думаешь, как он, чувствуешь, как он. Но ты можешь уйти в любую минуту.
– Зоя, спасибо тебе.
Он произнес это с особой силой и посмотрел на меня так, что мое сердце опять болезненно колыхнулось. Это был не взгляд, который посылают другу. Так могут смотреть на возлюбленную. Но я наверняка опять все неправильно истолковала.
Матеус решительно пододвинул к себе первую книгу, глянул на меня. Я положила руку на его локоть, чтобы ободрить. И не убрала. Я упивалась этим прикосновением.
Матеус на секунду прикрыл мою руку своей, а потом решительно откинул обложку.
Он замер. Его лицо стало отрешенным, но глаза двигались, бегая от строки к строке. Медленным движением, словно во сне, он перевернул страницу… потом вторую.
Я всматривалась в его лицо с болью и печалью.
И тут глаза Матеуса вспыхнули, он тряхнул головой, с шумом захлопнул книгу и сказал срывающимся голосом:
– Это она... Катрина.
– Ты нашел ее.
– Да.
– Но это лишь ее воспоминания и фантазии. Ее разум, история. Где же она сама? Где ее тело?
– Это нам предстоит узнать. И вернуть ее. Я напишу знакомому магу. Но в осторожных выражениях. Он хоть и друг семьи, но тоже ничего не знает. Законы братства для магов выше законов дружбы. Он может доставить нам неприятности.
– Лучше тебе поехать к нему и поговорить лично.
– Может быть, но я не оставлю тебя одну. Зоя, в этом городе творится что-то странное. В твой дом вламывались. Произошло убийство. И я думаю, оно как-то связано с этой историей. Смерть Бармалана тоже вызывает много вопросов. Тебе
