никто не женится?
— Бывает. Но у Нюрки запросы до небес были. Вот ты, например, чем ее не устраивал? Нет, графа ей подавай!
Петя предпочел скромно промолчать. Тем более что ответа, похоже, не требовалось:
— Не женятся на простых девушках графья! Сколько раз ей говорил. Не послушала. Хотя тут одна, вообще, от князя дочку нагуляла. На что рассчитывала? Потом ни в одну приличную семью замуж не брали, за последнего пьяницу пошла. Хотя теперь, можно сказать, и повезло ей. Представляешь, у дочки дар обнаружился. Как раз в этом году в Академию сама поступила. Машка Селиванова, ее зовут. Вот ведь, кровь проявилась.
Новость эта Петю не слишком заинтересовала, но пришлось покивать и даже языком поцокать. Главное, после этого удалось беседу на его практику перевести. И про то, что он там изрядно всякой «травы» набрал. В принципе, собирается в Академию его сдать, но почему бы и с хорошими людьми не поделиться?
В результате вышел из аптеки только через час, но став богаче на сто рублей. Может, и продешевил. Но отдал меньше половины собранного, а реальные цены узнать, все равно, негде. Все равно, рвал «траву» бесплатно.
У ворот Академии пришлось снова попросить извозчика подождать и последить за вещами. Надо было сначала определиться, куда свои чемоданы заносить. У входа дежурили знакомые кадеты, все с его курса. Наверное, это и есть первый наряд для второкурсников, новичков принимать. Кстати, Катя Павлова, вместе с которой он год назад сюда из Путивля поступать приехал, сидела перед воротами за столом с толстой тетрадью, в которой отмечала прибывающих. Подошел, поздоровался. Ответила, но без особого энтузиазма. Ни с кем из сокурсников Петя за прошлый год особо не сблизился, а для девушек он и как жених интереса не представлял. Магинь мало, всего три на втором курсе учится, так что, поди, не просто на князей, а на великих князей нацелились. Ну, бог им в помощь!
Спрашивать, прошли ли Дивеева, Ульратачи и прочие, не стал. И так ясно, что прошли. Народу у ворот почти нет. Все-таки он в городе больше трех часов потратил, тут и черепаха бы успела от вокзала до Академии добраться.
Петина комната была на втором этаже. Небольшая, но отдельная и даже с индивидуальным туалетом и сидячей ванной. Можно сказать, роскошные апартаменты. Получив ключи у дежурного (тут дежурил третьекурсник) за четыре ходки перетащил свои вещи из повозки. Затем забрал со склада то, что оставил, уезжая на практику. Все! Переезд состоялся.
Следующий час приводил себя в порядок, отмывая дорожную грязь в ванной. Переоделся в чистое, и стал вопрос, что делать дальше.
Время обеда уже прошло, с этим он пролетел. До ужина еще пара часов есть. Можно пойти, поискать преподавателей и начать сдавать отчет о практике, но не хочется. На это у него завтра целый день будет, занятия послезавтра начинаются. Как и в прошлом году, он приехал, можно сказать, оптимально. Но это не его заслуга, а расписание поездов так составлено.
Так что до ужина разложил вещи по полкам шкафа, начистил сапоги и пряжки ремней. Пришил на все кители по две шпалы, он теперь второкурсник. Разобрал и смазал пистоль, пополировал лезвие шашки, помедитировал. Вот время и прошло.
В столовую пошел не в полном параде, но Георгиевский крест на грудь прицепил. Орден заметили. Места в столовой перемешались, прошлогоднего третьего курса больше не было, зато появились новички. Пока думал, куда сесть, неожиданно получил приглашение от третьекурсников сесть за их стол.
Этого молодого человека Петя знал. Впрочем, он имена всех кадетов за год выучил, не так уж их и много. Так вот это был Виктор Пален. Само собой, граф. С отъездом старшего курса, похоже, самым важным в Академии себя почувствовал. Никита Волохов — гений их второго курса — с этим, возможно, не согласится. Хотя тому, похоже, на все наплевать. А этот в лидеры метит.
— Птахин! Давай сюда садись. Рассказывай, где это ты умудрился крестик отхватить.
— Сейчас, только еду возьму.
— Садись! Принесут.
Виктор немедленно подозвал первую попавшуюся пару первокурсников и нагрузил их заданием нести за его стол всякой разной снеди. Как понял Петя, на всех уже сидящих за столом.
Хотя, нет. Не «первых попавшихся». Кадеты были явно из простых. Потомственным Пален бы «Эй, ты!» не говорил. Петя внутренне поморщился, но промолчал. Не его это дело. Хотя, в прошлом году ничего подобного не было. Но тогда Воронцов да Голицын верховодили. Граф и князь. А сейчас, похоже, остзейцы власть прибирают.
История о его подвигах у Пети была уже заготовлена. Натренировался на Давыдовых и попутчиках ее рассказывать.
Известие о том, что у него еще и орден святой Анны четвертой степени есть, графа Палена, похоже, напрягло.
— Вот, оказывается, куда надо было на практику проситься! А меня батюшка отправил на Балтику прохлаждаться. В прямом смысле этого слова. Море у нас что-то этим летом совсем не прогрелось. Только на балах и спасались, — С подчеркнуто «убитым» видом произнес он: — А теперь уже все. В конце года туда можно только на три года загреметь. Тут уже думать надо.
— Шувалов сейчас там служит, — сообщил Петя: — Но с барышнями там беда. Только в губернском городе, да и то их очень мало.
— Тогда нам не подходит! — Все засмеялись.
— В общем так, — подвел итоги обеда Виктор: — Собираемся в клубе. А ты, Петя, давай не только «клюкву» бери, но и шашку с пистолем. Эх, жаль, пострелять нельзя. Надо будет с Левашовым о стрельбах договориться. Есть же здесь тир.
Идею все (а за столом уже было вдвое больше народу, чем обычно влезает) поддержали. А Пете таки пришлось оплатить членство в клубе и взносы за полгода вперед. Куча денег! Надо будет постараться, чтобы они не совсем на ветер выброшены были. Пален Пете не слишком нравился, но ведь и другие кадеты-аристократы есть. И более близкое знакомство с ними может в будущем пригодиться.
Только вот времяпровождение в клубе Пете испортил Левашов. Кто-то ему уже успел сообщить, и он тоже в клуб явился. Придирчиво осмотрел ордена и оружие. Буркнул:
— Не ожидал.
Петя не утерпел и поблагодарил-таки куратора за замечательную практику под одобрительный гул присутствующих. Не только кадетов. Откуда-то и девушки подтянулись.
— А знаешь что, герой, — пришел в себя Левашов: — Чтобы был послезавтра на построении свежим, в новой форме, при орденах и при оружии. А сегодня иди-ка подежурь вечер и ночку в казарме у первачков. И тебе
