– Так почему именно я? А не Альма? Она весьма неплохой маг… была.
– Я же сказал, в тебе есть одно качество. Оно никак не связано с твоей личностью. Так, ошибка природы, аномалия.
– Но какое же?
– Видишь ли, – Вильгельм говорил, стоя спиной к Ромунду. Однако у юноши не возникало сомнения, что проклятый очкарик полностью контролирует ситуацию. – У тебя полная ментальная невосприимчивость. Иначе говоря, ни один менталист не сможет пробраться в твоё сознание. не сможет ухватить его каналы, изменить или разрушить их. Природный блок, не поддающийся воздействию. Удивительно, но в данном случае я могу с полной уверенностью говорить о… невозможном! Хотя, наверное, это только на данном этапе развития науки.
– Так вот почему начальство посодействовало моему назначению в отряд? – ахнул Ромунд.
– Именно! – Вильгельм обернулся. Его глаза светились лиловым огнём Источника – причудливое сияние на какое-то время задержалось в них, но затем угасло.
– Хорошо. Но зачем ты убил Мердзингера?
– Он перестал быть нужен. Моё начальство считало меня погибшим. Что ж, я и правда обессилел после схватки с местными менталистами – твоими коллегами, кстати. Однако выжил, и теперь могу предоставить командованию намного больше ценных сведений, чем какой-то… – Вильгельм брезгливо покосился на отрубленную голову эльфа у своих ног, – безумец.
– Ну и во мне отпала соответствующая необходимость.
Вильгельм не ответил. Коснувшись указательным пальцем лба, он застыл на несколько мгновений.
– Понимаешь ли, юноша. Надо хорошо осознавать, в каких условиях оказался наш мир. Можешь поверить мне на слово: грандиозный план развала устоявшейся системы миропорядка вступил в финальную стадию. Десятками лет неутомимые идеологи Тьмы готовили мир к поистине невообразимому изменению. Ты не представляешь, сколько труда и крови вложено в Идею! Ведь суть не в том, чтобы собрать огромную армию или откопать могущественные артефакты. Главная цель! Апофеоз всей мысли был в том, чтобы развалить врага изнутри. Ты понимаешь, о чём я говорю?
– Нет, – твёрдо ответил Ромунд.
– Эх! Ты же следишь за событиями в мире. Неужели ты не понимаешь, что война Лиги на Гиперионе и нынешний поход на Кандур – запланированные акты в спектакле единого постановщика? Единого Драматурга? Так же, как развалился север, развалится и юг, и запад, и восток. Разделяй и властвуй! Всё просто! Глупые князьки будут держаться за свои замки и ничтожные клочки земли, преследуя собственные цели. А где сталкиваются интересы многих – там пространство для действий! Предлагая одним одно, другим другое, ты умело стравливаешь их, как собак. – последние слова Вильгельм произнёс с надрывом, – которые готовы рвать друг друга в клочья, чтобы им дали вкусно пожрать! Сегодня твой союзник уничтожает вчерашнего друга, а завтра сам падёт от руки предателя. Кажущаяся сложность складывается в простую формулу: без интереса нет ни друга, ни врага. И тут, как понимаешь, возможны комбинации.
– Хорошо. А что ты хочешь от меня?
– Мне нужен соратник. Хотя бы на время. Люди с такими качествами слишком редки, чтобы ими разбрасываться. Пускай ты не особенно догадлив и смекалист, но хорошо обучен, и с ментальным щитом в голове. Чем не прекрасный исполнитель?
– Ты задумал собственную игру? – улыбнулся Ромунд.
Вильгельм прищурился.
– Ну, придётся извиниться перед тобой – ты иногда бываешь догадлив, – усмехнулся он. – Признаюсь честно: моё начальство слишком бестолково, чтобы осознать всю ценность открывающихся возможностей. Они слишком повёрнуты на своей вере во Тьму и прочую дурь, чтобы воспользоваться благами своих неимоверных трудов! Они не понимают, что идеология, как инструмент управления, перестал быть эффективным. Слишком много изъянов. Теперь же у нас есть азы ментального управления! Оно может поставить на колени кого угодно! Верующего превратить в богомерзкого еретика, преданного воина – в циничного предателя, отчаянного храбреца – в позорного труса. Имея такие возможности, совершенно неважно, в кого верить и кому поклоняться. Ведь вся чушь, которую быдлу вешают на уши – это пыль в глаза! Истинная цель – власть. Безграничная и вечная! Нет ничего лучше этого слова, Ромунд! Ты не представляешь, какую силу оно в себе заключает. Какую мощь!
– Ты фанатик, – флегматично заметил юноша. – Ты сам же помешан на своих идеях.
Вильгельм осёкся. Нервно потёр подбородок – видно, своей речью он вывел себя из душевного равновесия.
– В-возможно, – проговорил он дрожащими губами. – Но зато идея моя чистая, без примеси обмана и глупости. Ведь. Творец так всемогущ только потому, что он нейтрален. Он и Свет и Тьма! А мы собственными руками создаём в себе изъяны, тяготея к той или другой стороне. Мне, Ромунд, нужны соратники. Нужны люди, которые не поддадутся ничьему влиянию, которым самой природой предписано нести в себе зачатки истинного разума!
– Соратники на время, – проговорил Ромунд.
Вильгельм вновь осёкся.
– Пускай и на время. Хотя самых преданных я могу и пощадить.
– Ох, надо же! – улыбнулся Ромунд. – Только вот проблема: невозможно быть преданным без влияния. Я хоть и верю в вещи, которые ты называешь глупостью, но я верю в лучшее, доброе и вечное. А ты безумец, которому давно пора снести голову. Орден ещё не знает, как сильно ему придётся потрудиться, чтобы достичь своих целей, а ты похоронишь своё безумство в этой подземной могиле!
Ромунд вложил в удар всю злобу и всю тоску, накопившуюся за время проклятого похода. Сконцентрировав поразительную мощь, высосав последние силы из жил, он сгустком энергии шарахнул по Вильгельму. Раздался треск, воздух раскалился до предела, отчего кожу пронзила жуткая боль. Обессиленное тело больше не могло подчиняться Ромунду, и он упал. Окружающее заполнил дым. Ничего в метре не было видно. Даже яркое свечение Источника было не в силах пробить пелену.
– Как глупо, – прогремел голос в тишине. Из-за заложенных от взрыва ушей он казался невообразимо далёким, – ты совершенно не понимаешь, что я тебе предложил. Ты не понимаешь, каким могуществом я обладаю. Все Отцы Ордена, вместе взятые, ничто перед моими силами. Ничто, понимаешь? – Вильгельм вышел из дыма и завис над Ромундом. Его глаза горели лиловым огнём, прожигая пространство чудовищной силой. Теперь маг понимал, что, не будь у него ментального блока, эти глаза читали бы его душу. – А ты решил убить меня, тупой магией. Хотя бы сплёл заклинание, – Вильгельм вскинул руку и в его ладони начал сгущаться мрак. – К счастью, подобные тебе ещё существуют. Мало, но есть. А тебя оставлять в живых больше нет смысла.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
