Рядом в траве лежит колчан, в нем только пять стрел, но стоит последней из них отправиться в полет, как он наполнится вновь.
В восхищении прижимаю лук к груди, тут же понимая, что, в отличии от остальных, одет в какие-то грязные лохмотья, которые не то что туникой, а даже пончо назвать язык не повернется. Причинное место едва прикрывает обляпанная засохшей глиной полоса рваной ткани, перетянутая грубой веревкой из овечьей шерсти. Что это за Герой, чей Лик меня Осенил, если я в таком рванье, что даже перед парнями неудобно. Они вон в полной выкладке, а я как бездомный одет в то, что даже обносками назвать, значит изрядно преувеличить.
И тут вспоминаю, кто обыграл в том споре Ифита…
И значит чьим Ликом меня Осенило!..
И мне очень не нравится подобная перспектива…
Очень…
Настолько, что, не подумав, кричу в это прекрасное и безоблачное небо:
— А можно мне другой Лик?!!
Успеваю заметить расширившиеся в недоумении глаза гуннов, и тут что-то невероятно огромное поддает мне под зад ногой. Да так, что я лечу, кувыркаясь в воздухе, будто таракан, которого пнули тапком. Пролетев метров девять, лбом встречаю высохшую на солнцепеке, твердую, как камень землю и вырубаюсь, не успев додумать очень правильную, но столь запоздалую мысль: «какой же я идиот»…
Прихожу в себя от усердного пыхтения совсем рядом.
— Пф-ф-ф-ф-ф… — Натужно надувая щеки, Фил пытается натянуть тетиву Серебряного оружия. Только у него не получается это совсем, даже наполовину не желает согнуться лук.
Судя по красным лицам остальных байкеров, пока я валялся без сознания, они тоже пробовали это сделать и так же безуспешно. Вот я сейчас должен рвать волосы и проклинать все и всех, потому как меня приводит в панический ужас одна мысль о повторении судьбы Улисса… А мне смешно. Смотрю на Фила и едва сдерживаю себя, чтобы аки конь не заржать в голос, настолько меня веселит эта сцена.
Проверив языком, все ли зубы после падения на своих местах, с усмешкой произношу немного осипшим голосом.
— И долго вы собираетесь разыгрывать сцену «женихи Пенелопы»?
Услышав меня и очень точно поняв, что именно я сказал, Фил тут же отбрасывает лук, как самую ядовитую из змей, но вовремя спохватывается и ловит его у самой земли.
— Гея… Напугал-то как! — Стараясь скрыть свой непроизвольный испуг, он кидает оружие мне. — Лови!
Легко поймав лук и подняв колчан, я пристроил их за спиной. Этот жест был настолько естественным, что мне даже на секунду не пришлось задумываться, как повесить колчан и как удобнее носить это чудесное оружие.
— Ты пока в отключке был, задание усвоил? — Говоря это, меня сбоку обходит Мек, рассматривая при этом, как какую-то зверушку в зоопарке.
— Чего? — Спрашиваю, не поняв его вопроса.
— Понятно… — Усмехается в ответ Мек. — Тогда у нас для тебя две новости… Одна хорошая, а вторая не очень…
— Начну с хорошей. — Вклинивается Антон. — Чем бы наш сегодняшний поход не завершился, мы все вернемся живыми. При совершенно любом исходе…
— А не очень хорошее, проистекает из первого. — Как опытный актер давно сработавшейся труппы Фил продолжает речь Ана. — Вернемся мы потому, что нам выпал не простой Подвиг, а Испытание Лика… По твоей милости, кстати… — Взгляд гунна, брошенный на меня, был не из радостных.
— Испытание Лика? — Не слышал о таком.
— Это когда один из Героев, в ком текла еще густая кровь богов, долгое время не может найти себе Воплощение, Арка подбирает ему Слияние. Причем подбирает, исходя из наибольшего соответствия, а не из полного сродства, как происходит обычно. То есть в тебе есть многое, чтобы ты мог претендовать на данный Лик, но все же недостаточно, чтобы выйти в Слияние без Испытания… Надо сказать, подобное происходит очень редко. Мы о таком только слышали, да и то в пересказах, но никогда не наблюдали сами, несмотря на наш очень большой опыт в деле Паломничества.
Вот он говорит, а у меня мысль зацепилась за его первую фразу и вертится вокруг неё. Разве Одиссей был сыном какого-либо бога? Определенно нет. Но, тем не менее, Фил прав, в крови Улисса намешано очень много божественного. Его прадед по отцовской линии сам Громовержец. Антиклея же не только внучка Гермеса, но и спутница Артемиды, да и её мать не простая женщина, а любимица Афины. При этом еще по отцовской линии одна из прабабушек возлежала с Аполлоном. И это только то, что знал сам Улисс, а он знал далеко не все. Зато мне теперь известно, что слухи о том, что реальный отец Улисса — это Сизиф, не более чем ложь, Антиклея не изменяла Лаэрту. Впрочем, в древности, когда боги спокойно гуляли среди смертных, подобная мешанина олимпийской крови, особенно среди царских династий, было делом вполне обычным, куда не плюнь — попадешь в потомка того или иного божества.
— Чем это нам грозит? — Задаю основной вопрос.
— Как нам пояснили, пока ты валялся, как кулек с дерьмом, на земле от божественного пинка, в случае провала Испытания, мы все вернемся живыми. — Это он уже вроде говорил. — Для нас это вообще обойдется без последствий, а вот для тебя… — Фил ненадолго замолкает. — А вот для тебя провал, закроет Арку навсегда. — Может для ребят это и правда страшная потеря, но я не испытываю по этому поводу никакого ужаса, наоборот, какое-то странное облегчение накатывает теплой волной, расслабляя зажатые мышцы. — К тому же Испытание сложнее обычного Подвига, которые Арка предлагает в новолуние.
— Уже известно, что нам предстоит совершить?
— Да. — В этот раз мне отвечает Мек. — Нас занесло на берега Нила за неделю до прибытия в Египет Юлия Цезаря. По дороге, пролегающей за твоей спиной, из загородной резиденции в Александрию проедет Клеопатра. Бог Нила был против заключения Клеопатрой союза с Римом и послал своих воинов убить царицу. В нашей истории Клеопатру спасла вторая центурия седьмого легиона, посланная по приказу Юлия для охраны царицы. Нам следует повторить деяние тех бойцов древности и спасти Клео…
— Но… — Я усиленно вспоминаю историю. Встреча Юлия и Клеопатры — это примерно пятидесятый год до Возвышения, а значит это еще реформы Мария, то есть… — В центурии того времени было сто бойцов!.. А нас всего пятеро.
— Четверо с половиной. — Усмехается Мек. — У тебя изрядно урезанное Слияние, да и всего один Атрибут, так что на целое ты не тянешь. Но, поэтому Паломничество и есть Подвиг. Или ты думал, что все эти разговоры о подвигах и преодолении, просто для красного словца?
— А почему ничего не происходит? — Сделав вид, что не обратил внимания на его слова, перевожу тему разговора. Потому как вокруг и правда тишина, даже ветерок не дует, и кроме нашей пятерки не видно вообще ни души.
— Обычно перед подвигом дается время прийти в себя, к тому же, если через Порог переступает кто-то в первый раз, то это время увеличивается. — Пожимает плечами Антон.
— Иногда бывают исключения. — Встревает Хотей. — И сразу за порогом тебя кидает в ту еще мясорубку. Но это и правда редкость…
— Насколько я понимаю, мой Лик вам уже известен? — Спрашиваю у байкеров, уже зная ответ.
— Да, я не сильно удивлен. — Хмыкает Мек. — Я сразу сказал, что из тебя хитрожопость так и прет.
— Не звезди, не удивлен он… — Фил явно не верит его словам.
— Не, ну удивился конечно, все же Слияние с Ликом Легенды — это сродни правильно угаданным цифрам в лотерее. — Поправляется Мек. — Но все равно, не так чтобы сильно…
— А как узнали? — Я им точно ничего не говорил.
— Можно подумать, много в истории личностей, что могут ходить в обносках, и за спиной у них Серебряный лук Аполлона. — Объясняет Мек. — Я вот знаю всего двух таких: Одиссей и Филоктет… Но второй слишком честный и вообще на тебя не похож, а вот хитровывернутый царь Итаки — просто вылитый твой типаж. Вот чем я реально удивлен, так это тем, что тебе потребовалось Испытание! По мне, ты подходишь этому Лику просто идеально.
Может кому-нибудь эти слова и польстили, но мне они были не в радость. Это только тот, кто не вчитывался в мифы и легенды, считает Улисса классным Героем. А вот тот, кто удосужился вчитаться, тот понимает, что как человек царь Итаки был еще той сволочью. Из тех, кто легко сведет со света любого, кто перейдет ему дорогу. Да, мне нравится ум и хитрость царя Итаки. Я восхищаюсь его умением стрелять и находить выход из самых сложных ситуаций. Но вот характером, беспринципностью и цинизмом в достижении цели на него походить не желаю! Видимо. этот рассинхрон и не дает мне полного Слияния с Ликом.
