Я приезжаю сюда довольно часто и каждый раз поражаюсь тишине. Иногда живу тут больше недели, решая какие-то важные вопросы. Каждый день встречаюсь в малом актовом зале с людьми, и после деловой встречи мы теряемся в лабиринтах из коридоров, чтобы не пересечься ни на следующий день, ни потом. А когда наступает момент бала, я, попав в центральный зал, оказываюсь среди сотен гостей, многие из которых живут в замке одновременно со мной. Это неизменно поражает.
Говорят, постоянно в замке не живет никто, кроме вдовствующего эрц-герцога эш Наварра, деда нынешнего правителя, ну и ряда слуг и помощников. Монаршая чета приезжает всегда тайно и каждый раз занимает разные покои в Зеркальной башне, чтобы сложнее было организовать покушение.
Гулкое эхо моих шагов раздается по коридору. Ему вторит эхо шагов Кэвина – и все. Тишина. Поэтому, когда к этим звукам добавляется еще один – осторожный, шаркающий, настораживаемся мы оба. Кэвин напрягается и занимает место у меня за спиной, становясь моей тенью, защитой и, если понадобится, дополнительным источником силы.
Мой помощник никудышный организатор, но что он умеет хорошо – это выполнять команды. В том числе и в чрезвычайных ситуациях. Он не зря носит звание лучшего. Хотя я в голове всегда держу уточнение «почти». Думаю, он читает это уточнение в моем взгляде и изо всех сил старается превзойти себя. Но, к сожалению, не все в этом мире решает старание. Природные данные, волевые качества – это не менее важно, нежели усердие.
По полу ползет туман – черный, липкий, совсем не такой, какой может породить моя сила. В воздухе отчетливо пахнет смертью.
– Гули? – с недоверием шепчет Кэвин, и я сосредоточенно киваю, чувствуя, как в руку сам собой скользит нож.
Как, демоны забери, в Ледяной замок пробрались гули? И почему решили напасть на нас? Сильно сомневаюсь, что это их решение. Сами по себе твари не выбираются дальше забора родного кладбища. Сюда же их должны были доставить специально. Все это более чем интересно… и у меня есть сразу несколько кандидатов на роль заказчика этого безобразия. И все они не станут просто пугать. Даже если это проверка, она запросто может стоить нам жизни.
Гули выползают из тьмы и тут же припадают на жилистые, обтянутые сухой кожей лапы с птичьими когтями. Твари похожи на людей, только с лысыми черепами, серой кожей и безумным взглядом. На руках-лапах когти, а клыкам может позавидовать акула – гули кровожадны и непредсказуемы для простого смертного. Меня же учили давать отпор таким, как они, с детства.
Их всего трое. Не так много, но я знаю, насколько они сильны, выносливы и проворны. А эти еще и голодны. Провалы ноздрей на безносых, плоских мордах усиленно сокращаются, втягивая сладкий запах человечины.
Мне совершенно не нравится чувствовать себя завтраком, я сам еще не успел дойти до ресторана и буду очень зол, если из-за этого недоразумения сорвется деловая встреча. Не могу сказать, что мне слишком важен заказ. Нет. Взяться за это дело меня побудили отнюдь не корыстные мотивы, но я в целом не люблю, когда кто-то осмеливается рушить мои планы. Злость, адреналин и жажда устранить возникшую на пути преграду заставляют действовать быстро. Это важно в нашей профессии. Не успеешь ударить первым – победить будет сложнее. Правило, работающее с любой нечистью, – с ними лучше сражаться на расстоянии.
Я успеваю подготовить заклинание как раз к тому моменту, как ближайшая тварь кидается на нас. Метаю свое излюбленное лассо. Сплетенная в тугой и смертоносный жгут магическая энергия укладывает первого гуля. Он с визгом корчится на мраморных плитах коридора. В том месте, которого коснулась магия, кожа твари чернеет и источает вонючий дым. Когда заметят, какое безобразие мы учинили в замке, пожалуй, по головке не погладят. Впрочем, это место считается самым безопасным в империи. Тут вообще не должно быть гулей! Пока я добиваю тварь вторым ударом, лассо Кэвина прихлопывает другого гуля, а вот третий все же добирается до нас, одним прыжком сокращая расстояние. Его приходится встретить огненной стеной, которая вспыхивает в воздухе, подпаливает тварь и тут же исчезает, даже не испортив ледяные стены дворца, которые, впрочем, в дальних коридорах, такие только внешне. Они не тают в тепле и насквозь пропитаны магией иллюзии.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Коридор заполняется вонью горелого мяса. Нам следует уходить. Скоро сюда набегут или слуги, или стража. Подобные происшествия не остаются незамеченными. Особенно в Ледяном дворце.
– И что это было? – удивленно спрашивает Кэвин, разглядывая валяющиеся под ногами тела.
– Представления не имею, – раздраженно отзываюсь я и поправляю пиджак, застегивая верхнюю пуговицу, вылетевшую из петли. – Но жажду разобраться. А сейчас пошли быстрее, уже и так по твоей милости опаздываем.
– По моей? – удивляется Кэвин, едва не запнувшись за валяющегося гуля.
– Ну, а кто задумался о вечном и позже сообщил о том, что заказчик прибыл?
Кэвин, как всегда, молчит. Это уже даже не удивляет. Он не умеет огрызаться или принципиально не хочет этого делать. Мне интересно, где проходит его грань? Ради чего он способен действовать наперекор мне? Некие подозрения у меня есть, но пока не представлялось случая их проверить. А ведь когда-то в юности он мне казался перспективным. Иногда даже более перспективным, чем Дайана. Она всегда была слишком импульсивна и непредсказуема.
– А этих тут оставим? – интересуется помощник, который не успевает за моим размашистым шагом. Вопрос звучит неуместно, мы уже отошли на значительное расстояние от останков тварей, странно смотрящихся в идеально вылизанном пустом коридоре замка.
– Хочешь вернуться и посидеть рядом, чтобы им не скучно было? Ну и потом долго и утомительно объясняться со службой охраны? Поверь, если они хорошо работают, сами нас найдут. Но тогда мы, по крайней мере, не будем заняты.
– Согласен. Не горю желанием.
– Ну тогда к чему вопросы? Я опаздываю, ты – не хочешь. Значит, их найдет кто-нибудь другой и уберет. Я этим совершенно точно не собираюсь заниматься.
Громкие аплодисменты раздаются, когда мы спускаемся в пустой просторный холл, через который можно пройти к ресторану. Мужчина, экстравагантно меня приветствующий, мне знаком, и я в данный момент очень хочу его убить. А тут как раз место удобное, тихое.
– Вы не разочаровали меня, магистр, – довольно заявляет эш Лориус. На его круглом лоснящемся лице появляется снисходительная улыбка. Интересно, если двинуть по ней кулаком, получится с одного удара выбить пару зубов? Мне почему-то кажется, что да. Такие, как Лориус, не утруждают себя совершенствованием физического тела, им кажется, всегда найдутся подобные мне, чтобы защитить нежную тушку. – Вы стоите своих денег.
– А вот вы разочаровали меня, – холодно бросаю я, борясь с приступом ярости. Побить клиента, конечно можно, если очень хочется. Но, стоит признать, не этого конкретного. – И вы не стоите моего времени.
Я выплевываю последнюю фразу и обхожу аристократа, с лица которого медленно сходит улыбка, оставляя выражение недоумения.
– Сделки не будет, – уточняю я, вдруг клиент не до конца понял степень моего недовольства.
– Но как… – начинает эш Лориус, но я не обращаю внимания. Для таких разговоров есть Кэвин. Кэвин знает – ценность этой сделки не в сумме гонорара, а кое в чем другом. И это другое не Дайана. Дайана лишь маленький приятный бонус. О нем, к слову, помощнику как раз и неизвестно. Или все же известно, и я просто недооцениваю парня? Очень интересный вопрос, ответ на который я получу довольно скоро.
У меня нет цели на самом деле отказаться от этого дела, но придурков надо учить. Пусть этим займется Кэвин, а когда заказчик в полной мере осознает, как глупо поступил, вздумав проверить темного магистра на профпригодность, то будет готов сделать что угодно и заплатить любые деньги. Таких напыщенных идиотов, таких как эш Лориус, могут воспитать только деньги. За любой свой косяк, за любое необдуманное действие они должны платить кровными сбережениями. Только это способно заставить их взвешивать «за» и «против» перед очередным идиотским решением.
