– Кстати, тебе кое-что передали примерно через полгода после смерти эш Гриса, – говорит Дафна, когда мы оказываемся в кабинете директора. – Подожди, сейчас найду, что именно. Давно это было.
– Как вышло, что это кресло твое? – Я указываю на место директора в кабинете.
– Претендуешь? – усмехается она, открывая ящик стола и пытаясь что-то там найти.
– Упаси боже! Я, скорее, про Кэвина.
– Я понял, что мне больше нравится быть на вторых ролях. Публичность, попытки решить все эти организационные вопросы – не мое, – подает голос мужчина, который последовал за нами в кабинет. – Дафна здесь на своем месте.
– А муж не против?
– А я очень удачно вдова, уже пять лет, – отвечает она.
Я не спешу спрашивать, кто ей посодействовал, а подруга наконец достает то, что искала, и протягивает мне лаконичную карточку. Черную с тисненой надписью: «Кэлвин эш Грис». Ниже адрес в Сноурге.
– Что это?
– Ну… карточку передал посыльный. Мы тогда уже не верили, что ты жива. Прошло слишком много времени. Так вот он сказал, что, когда ты объявишься, тебе будет интересно встретиться. Зная, что ты умеешь удивить, я, хоть и не верила в то, что это однажды случится, карточку все же взяла. На всякий случай. Как видишь, не зря.
– Значит, сын… – Усмехаюсь я и качаю головой, удивляясь тому, как неожиданно открылась тайна Человека Без Лица. Это единственный Кэлвин, с кем мне может быть интересно встретиться когда-нибудь.
Я рассказываю Дафне и Кэвину все, что случилось со мной в Запретных землях и по возвращении из них. Объясняю про симбиоз айкири и людей, и мы договариваемся встретиться еще не раз, чтобы плотнее проработать эту тему.
Выясняю все последние новости и с удивлением понимаю, что мне, в отличие от Шахрез и Ахонта, в Северных землях нравится. Пожалуй, я знаю, чем хочу заняться. Сноург отличный город для того, чтобы продолжить работу агентства, раз уж я теперь свободна и у меня нет обязательств. Думаю, Ребекка не откажется помогать мне, а Ахонт заменит Эля. Я специально не спрашиваю, где вампир. Он единственный, кого я не прощу никогда.
Впрочем, Эль находит меня сам этой же ночью. Бесшумно возникает на пороге моей комнаты. Уна даже не просыпается, а Шахрез ночует по соседству.
– Ты вернулась и жива, я знал… – Он делает шаг мне навстречу. Я даже не спрашиваю, откуда он так быстро узнал о моем возвращении. Может быть, он так и не потерял связь с Дафной.
– Уходи, – тихо и четко говорю я. Смотрю на него и понимаю, что злость так никуда и не делась.
– Дайана, позволь мне все объяснить, пожалуйста, – просит он. – Ты мне нужна, и я люблю тебя.
– Эль, уходи, – еще раз повторяю я. – Это в последний раз, когда я с тобой разговариваю. Ты ведь знаешь, что я в таких вещах не вру. Если я увижу тебя снова, убью. Я не прощаю предательства.
– Но… – Он растерянно смотрит на меня, но я без сомнений зажигаю на руках пламя – черное, смертоносное, которого даже вампир не выдержит.
– Тут твоя дочь…
– Она еще и дочь Блэкфлая. Думаю, она перенесет твою смерть. Уходи. Мне не нужны предатели рядом. Ни в каком качестве. А твоя разрушительная любовь только отравляет мне жизнь. Я не хочу, чтобы ты был где-то в моем обозримом пространстве.
– Кэла тоже будешь убивать? – с сарказмом выдыхает Эль.
– С Кэлом я могу не встречаться, но Кэл – это другое. Ты был для меня самым близким существом, я доверяла тебе всецело, а ты меня предал. Мне наплевать на твои мотивы. Но, понимаешь, как получается… Кэл делал то, что должен, а ты преследовал только свои цели в ущерб моим. Пользовался моим доверием и предал. Чувствуешь разницу?
– Это все для тебя. Я все делал для тебя.
– Не стоило предавать меня ради меня. Я сказала все. Уходи.
Эль смотрит на меня взглядом побитого щенка, но растворяется в воздухе. Я очень надеюсь, что он серьезно воспримет мои слова, потому что я действительно его убью, если еще раз увижу.
Когда черный дым растворяется, я выдыхаю и понимаю, что у меня осталось только одно незаконченное дело перед началом новой жизни. Мне нужно поговорить с Кэлом, но он ждал встречи семь лет. Пожалуй, подождет еще немного.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Эпилог
Три года спустя
Мой дом в центре Сноурга, и в целом я довольна неторопливым течением жизни. Этот подарил мне Кэлвин, не скажу, что исключительно по доброте душевной. Я с ним работаю. Сама не понимаю, как так вышло, но он оказался не менее убедителен, чем его отец. Правда, Кэл играет не на страхе, а на интересе. Со мной этот подход действует лучше. Я вместе с ним изучаю айкири, выполняю поручения. Он заменил эш Гриса, но работать с ним мне, скорее, нравится. Кэлвин честный и теперь не скрывает лицо.
А еще я три раза в неделю преподаю у студентов. Отрабатываем практические занятия, охотимся на нежить, и это мне тоже нравится. Мое агентство берет заказы, но сама я почти не участвую в них. У меня есть несколько молодых и смышленых ребят из выпускников, и это меня тоже полностью устраивает.
Сегодня выходной. Дома мы с Уной вдвоем, точнее – я, Уна и Пушистенька, который королем развалился на диване и наблюдает за своей маленькой хозяйкой. Рядом с ней старый некрокот оттаял и уже не так грозен, как был раньше. Сейчас он напоминает мне того Пушистеньку, которого я застала в последние годы своего обучения в замке.
Ахонт уехал к Кэлвину с небольшим поручением (нужно было отвезти документы по одному важному делу), Шахрез я дала выходной. Первый год она терпеть не могла снег, но со временем полюбила гулять по сказочным улицам Сноурга, а потом греться у камина.
Этот день мы с Уной решили провести вместе. Только она, я и тишина, которая выпадала слишком редко. Обычно мой дом похож на проходной двор. Например, только вчера уехал гостивший неделю Маркус. Он снова привез Уне какое-то невероятное количество южных сладостей, и мы с ней ими объелись.
Уна сидит на ковре в большой комнате и строит замок. Просто указывает пальчиком на кубик, и он встает на нужное место, покрываясь инеем. Замки у Уны исключительно ледяные.
Я не сразу соображаю, что кто-то внаглую открывает входную дверь. Это нереально! У меня несколько уровней защиты! Подскакиваю и бегу на первый этаж. За мной следуют Пушистенька и Уна. Замираю на нижней ступеньке.
– Мамочка, а это кто? – спрашивает Уна, поглядывая из-за меня на вошедшего. А я какое-то время даже сказать ничего не могу, так как в груди сжимается сердце.
– Помнишь, я тебе говорила, что, когда ты немного подрастешь и тебе нужно будет учиться уживаться с тенями, придет папа и поможет? Папа пришел… К нам пришел папа…
Сначала я не могу двинуться с места, а потом лечу к нему в объятия. Он сжимает меня изо всех сил и шепчет в волосы:
– Ты не только дождалась меня, но и приготовила подарок. Как зовут мой подарок?
– Ее зовут Уна. И от тебя в ней больше, чем кажется на первый взгляд.
Лето в Сноурге ничем не отличается от зимы, но мы чаще гуляем. Идем за руку с Блэкфлаем, а впереди бежит Уна. Ее сейчас не отличишь от обычного ребенка, как и Мрака от обычного мага. Они научились скрывать своих айкири от любопытных глаз. Просто два мага с невероятным потенциалом силы.
Про то, что Блэкфлай вернулся, знают немногие. Он отказался от должности главы клана. Сказал, что у Дафны и Кэвина все получается отлично, а он не хочет внимания и готов помогать советом. Издалека. Да и климат в Сноурге лучше, чем в замке.
Я его поддержала. У нас агентство, секретные задания от Кэла и Уна – всего этого хватает, чтобы чувствовать себя счастливыми. Мрак не рассказывает о Запретных землях и сколько времени там жил, говорит лишь, что смог воспитать достойную смену и поэтому получил моральное право уйти, а я… Я просто радуюсь каждому дню, проведенному с ним и Уной. Мне кажется, мы заслужили это тихое счастье.
