— А сколько стоит твоя ненависть, серебряный кинжал?
— Я хорошо заплачу.
Парень слегка улыбнулся, сел и взял серебряную монету, которую она ему предложила.
— Сам я не имею никакого отношения к его исчезновению, но у меня была возможность получить эту работу, и я видел нанимателя.
— Мне нравятся люди, которые не тратят слов понапрасну, — Джил достала еще две монеты и передала ему одну. — Получишь вторую в конце рассказа.
— Слушай, ты прав. Не было и речи о том, чтобы его убить, насколько я слышал. У меня есть приятель, из которого что-то получилось, — в смысле, он поднялся в этом мире. Видишь ли, он работает у одного богатого купца, а тому совсем не хочется, чтобы на него в один прекрасный день кто-то набросился на темной улочке. Поэтому мой друг его повсюду сопровождает. А богатые друзья купца знают, что мой друг полезен для грубой работы — ну там убедить заплатить должника и все такое. Так вот, мой приятель пришел сюда — ну, три дня назад, — и говорит, что у него, может, найдется для нас работа. Компаньон его хозяина хочет поговорить с одним серебряным кинжалом. И он заплатит, если мы возьмем этого парня на дороге и доставим его в одно место.
— Куда?
— Не знаю. Мы не взяли эту работу, — парень склонился поближе и дохнул на Джил чесноком. — Если бы ты видел этого Бриддина, то тоже не стал бы брать у него и медяка. Крупный мужчина, и не с животиком, а весь жирный, гладкое маленькое лицо, как у молоденького парнишки, весь лоснится. И прилизанные черные волосы, и борода, словно намазанная жиром.
А ты не обратил внимания, кожа на руках у него тоже жирная?
— Очень. Я вроде как до сих пор вижу его, — парень вздрогнул. — На бороде у него заколка, ну навроде как девушки закалывают волосы, серебряная ящерица с бабочкой во рту. В нем было что-то, отчего у меня мурашки пошли по коже. Не из-за бабочки, просто… ну…
— Он из Бардека?
— Может, и оттуда. А может, и дэверриец, если у них в клане есть примесь бардекианской. Он смугловатый… А может, просто хорошо загорел. Так вот, этот Бриддин предлагал нам много денег. Ну, если мы согласимся связываться с серебряным кинжалом, то нужно в два раза больше, я скажу. Когда мы ему отказали, я чуть не испачкал себе бригги. «Дело дурно попахивает», — подумал я. Мой приятель решил то же самое. Послушай, я не знаю, что мог бы с нами сделать Бриддин… Ну, просто показалось, что от него следует ждать неприятностей. Я даже весь покрылся мурашками. Вот.
Джил рассматривала его и обдумывала услышанный рассказ, протягивая эль. Хотя она была склонна считать лжецом любого обитателя Дна, девушка очень сильно сомневалась, что подобный человек обладает достаточным воображением, чтобы придумать такое детальное и странное описание этого неведомого Бриддина. Когда она перевела взгляд на других, внимательно слушавших за своим столом, то поняла, что от рассказа их приятеля им тоже не по себе. И все же что-то было не так. Джил протянула своему собеседнику последнюю серебряную монету.
— Спасибо. Этот Бриддин останавливался в гостинице «Золотой дракон», — добавил парень. — Но готов поспорить, теперь уже съехал.
Быстрым движением Джил выдернула кинжал правой рукой, а левой схватила парня за рубашку и вытащила через стол. Он только один раз слегка содрогнулся и застыл, глядя ей в глаза, словно крыса, парализованная хорьком. Он, очевидно, решил, что она хочет убить его — просто ради удовольствия, которое получает от вида вытекающей из тела крови.
— Слушай меня внимательно, или умрешь. Первой твоей фразой была: «Я сам не имею никакого отношения к его исчезновению». Куда его забрали? Ты знаешь больше, чем говоришь.
Парень заскулил и с отчаянием взглянул на своих товарищей, сидевших за другим столом. Никто из них не пошевелился, один вообще сосал эль из кружки с таким видом, словно в этот момент его совершенно ничего не беспокоило.
— Ты, дерьмо и шлюхин сын, — продолжала Джил. — Я пришел сюда и готов хорошо заплатить за информацию, а ты пытаешься что-то от меня скрыть. Неужели на Дне наступили плохие времена? Раньше здесь можно было купить все, что захочешь, — Джил рассмеялась так, что на миг показалась совершенно безумной, а затем отпустила парня, подтолкнула его, и он закачался на стуле. — Отвечай! Куда?
— Не знаю, — парень всхлипывал, как ребенок. — Не знаю. Пожалуйста, поверь мне. Я только слышал, как Бриддин говорил, что как только мы его схватим, его куда-то увезут. Поэтому я могу не беспокоиться насчет убийства серебряного кинжала. Требовалось только его схватить!
Он знал больше, чем говорил, — Джил не сомневалась в этом — но остальные начинали проявлять беспокойство. В конце концов,, их было пятеро. Джил встала, держа кинжал в руке.
— Эй ты, в голубых бриггах! Убери руку с метательного ножа, или я тебя прирежу!
Со странно добродушной улыбкой мужчина выполнил приказ и снова небрежно раскинулся на скамье. Владелец таверны шагнул вперед.
— Уходи, серебряный кинжал. Убирайся из моей таверны. Ты получил ответ. Никто не знает, что случилось с Родри. Вероятно, Бриддин его схватил, а что происходило после, никто не знает. Убирайся немедленно. Хорошо. О, я вам верю. Кто знает, куда летают ястребы, верно?
Она сказала это просто наугад, решив использовать первую пришедшую на ум приманку, но капкан захлопнулся мгновенно. Кровь отлила от лица владельца таверны, его темная кожа приобрела болезненный цвет и напоминала теперь грязный снег.
— Я сказал: убирайся, — он с трудом шевелил губами. — Убирайся, пока жив…
Дэверрийцы были искренне удивлены происходящим. Они не понимали причины его внезапного ужаса. Джил шагнула поближе, подняв кинжал, и позволила себе разразиться безумным смехом, который клокотал в горле и поднимался все выше и выше. Владелец таверны рухнул на колени.
— Эй! — один из сидевших за столом вскочил на ноги. — Что ты делаешь с нашим Арейло?
— Оставьте его в покое! — закричал владелец таверны, имея в виду Джил. — Оставьте его в покое! Убирайтесь! Все!
Затем он разрыдался и закрыл лицо руками. Посетители сидели неподвижно, словно превратились в камни. Джил резко прекратила смеяться, убрала кинжал в ножны и вышла наружу. Ей потребовалась вся сила воли, чтобы идти по середине улицы — медленно, спокойно, размеренным шагом. Оглянувшись назад, она увидела, что дверь «Рыжего парня» закрыта — и была готова поспорить, что также заперта изнутри. Джил медленно выдохнула воздух и почувствовала, как холодный пот стекает по спине и груди под кожаной безрукавкой. Пора покинуть Дно. Ей удалось разузнать нечто важное, и она хотела прожить достаточно долго, чтобы сообщить об этом Саламандру.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
