Читаем без скачивания Три недели в Советском Союзе - Александр Абердин

Через минуту они уже разговаривали втроём. Брежневу так понравилась идея Сергея превратить мусульманские страны в фешенебельные курорты, что он сразу заявил:

— Гельмут, со своей стороны я обещаю тебе, что мы сделаем лояльными по отношению к Западной Европе и США любую страну в этом регионе.

Когда разговор закончился, федеральный канцлер рассмеялся и воскликнул:

— Советский Союз снова решил заняться экспортом революций, но уже на качественно новой экономической основе! Серж, мне нравится эта идея. Теперь, когда два наших великих государства стали партнёрами и Советский Союз так разительно изменил свой курс, мне видится в этом новый цивилизационный подход. Я много думал над тем, что с нами всеми обязательно случилось бы в двадцать первом веке и теперь вижу всё совершенно по другому. Нам нужно сближаться, Серж. Западная Европа должна уходить влево от классического капитализма, а страны советского блока во главе с Советским Союзом должны повернуть вправо, к нормальным рыночным отношениям и при этом мы должны поставить во главу угла извечные христианские ценности, должны жестко бороться с язвами буржуазного либерализма, которые ставят нам в вину мусульманские народы. Серж, напоследок я тоже хочу сделать тебе небольшой подарок. — Гельмут Шмидт нажал кнопку и сказал — Фридрих, немедленно принесите мне польское досье. — Через минуту дверь кабинета открылась и в него вошел помощник федерального канцлера, державший в руках довольно толстую папку, положил её на стол и вышел — Это досье на агентов ЦРУ, работающих в Польше, Серж, но и это ещё не всё. У нас в Польше тоже есть свои агенты и им стало известно, что американцы намерены устроить массовые беспорядки в этой стране. Надеюсь, что КГБ сумеет что-то предпринять в этой связи, мой друг. Желательно, чтобы при этом не произошло никакого кровопролития и других эксцессов.

Сергей взял в руки папку, она была довольно тяжелой, тяжело вздохнул и с вежливым поклоном поблагодари канцлера:

— Спасибо, доктор Шмидт, я лично займусь этим вопросом и к тому же немедленно. — Увидев удивлённый взгляд Гельмута Шмидта, он пояснил — Понимаете, если я передоверю это дело генералу Столбову, то он будет действовать с солдатской прямотой, а тут нужно сыграть очень тонко и самое главное не подвести вас. В общем я немедленно вылетаю в Польшу. Мне есть о чём поговорить с простыми поляками. Поверьте, через три дня этому досье будет грош цены и этих господ в Польше уже никто и никогда не увидит. Все они отправятся в США, а как с ними там поступят их заокеанские хозяева, это уже не моё дело. Если кто-то захочет остаться в Польше, то он сможет сделать это. Правда, такие люди будут вынуждены явиться с повинной к властям и их никто не станет за это наказывать, ведь они были идейными противниками нынешней власти, но никак не Польши.

На этом Сергей хотел попрощаться с Гельмутом Шмидтом, но тот лично проводил его в кабинет руководителя своего аппарата и распорядился выдать своему другу постоянный пропуск в здание правительства. Договорившись, кому передать пропуск в замке Рейндорф, Сергей спустился вниз и позвонив по телефону из лимузина начать готовить самолёт к вылету в Варшаве, после чего позвонил в посольство и сказал послу, что скоро будет у него. Они вместе пообедали и Сергей не только рассказал о польском досье, но и показал его Валентину Михайловичу. Тот пролистал несколько страниц и спросил:

— Что ты предлагаешь нам сделать, Серёжа?

— Я сам всё сделаю, Валентин Михайлович. — Невозмутимо ответил Сергей — Если мы начнём с наводить в Польше порядок с того, что арестуем их всех, то сделаем этих американских шпионов мучениками в глазах поляков и в конечном итоге потерям эту страну навсегда. Вместо этого я просто сяду за стол переговоров с простыми поляками и проведу беседу с ними в прямом эфире, а потом посмотрим, все ли поляки лижут зад американцам.

Посол кивнул головой, соглашаясь и задумчиво сказал:

— Да, это хороший вариант. Силовиков мы всегда успеем пустить в бой. Нужно сначала попробовать другие методы убеждения. Ну, что же пойдём составлять донесение в Москву, а наши люди пока снимут копии с твоего польского досье.

Уже находясь в воздухе Сергей позвонил в Зеленоград и сказал, что он вынужден задержаться, так как ему нужно срочно совершить по странам социалистического лагеря. Чтобы не откладывать дела в долгий ящик, он включил ноутбук и стал вычитывать текст контракта вместе с главой компании «Сименс». Точнее он попросил его высказать свои соображения по поводу проекта того контракта, который ему вручили утром. У него нашлось несколько замечаний по отдельным статьям и когда они их отредактировали, Сергей зачитал отредактированный стать и спросил:

— В таком виде контракт вас устроит?

Немец был лаконичен:

— Вполне, господин Чистяков. Когда я смогу сказать акционерам, что наш контракт с компанией «РКТ» подписан?

— Считайте, что контракт уже подписан. — Ответил Сергей и добавил — Всю необходимую вам документацию для вас уже начали готовить и теперь вам будет открыт доступ ко всем нашим разработкам. Через неделю я вернусь в Москву и поставлю под этим контрактом свою подпись, а пока что на нём будет стоять одна только печать моей компании.

В Варшаве Сергея уже ждал посол и он сразу же поехал вместе с ним на совещание в здание правительства, которое затянулось почти до четырёх часов ночи. Поляки были настроены по боевому, но он быстро утихомирил их пыл и сказал, что врага нужно бить его же оружием. В одиннадцать часов утра на нескольких площадях Варшавы поляки увидели странную картину, несколько машин с красными флажками на передних крыльях выехали прямо на тротуар и советские дипломаты стали приглашать простых поляков придти на телестудию, чтобы лично побеседовать со специальным посланником генерального секретаря КПСС Сергеем Чистяковым, прилетевшим по его поручению в Польшу. Дипломаты проводили короткое собеседование с каждым желающим и как только узнавали, что кто-то не является членом КПК, выдавали некоторым пропуска, даже не спрашивая имени и фамилии. Всех интересовал только возраст, образование и профессия. Настоящий шок в толпе, окружившей машину самого посла, вызвал его вопрос, заданный громким голосом:

— Панове, если среди вас ксёндз? Пан Чистяков очень просил прийти на встречу с ним нескольких служителей Бога.

Хотя встреча со специальным посланником была назначена на шесть часов вечера, уже в пять на площади перед телецентром собралась большая толпа народа. Всем очень хотелось посмотреть на пана Чистякова, который по слухам остановил четыре эшелона с немецкими товарами, которые везли в Советский Союз и велел отвезти их в польские магазины. Он появился в половине шестого и к разочарованию многих молодых полек, которые уже видели этого импозантного красавца на плакатах (их вывесили в витринах магазинов ещё утром) не в белом фраке, а в чёрном смокинге. В сопровождении ещё двоих мужчин в чёрных смокингах он пошел прямо через толпу к телецентру. Для встречи в самой большой студии телецентра был сооружен на скорую руку целый амфитеатр, в котором разместилось не менее трёхсот человек, среди которых Сергей с удовлетворением увидел десятка три католических священников в чёрных сутанах. Перед этим амфитеатром было поставлено два кресла и журнальный столик.

В качестве ведущей он попросил выступить польскую певицу Анну Герман, с которой тепло поздоровался и даже галантно поцеловал ей руку, едва только вошел в студию под тихий, недоумённый ропот аудитории. Несколько девушек с микрофонами в руках находились в амфитеатре. Как только Сергей вошел в студию, сразу же началась прямая трансляция. Анна Герман, одетая в белое платье, представила специального посланника польскому народу и аудитории, после чего передал ему микрофон. Все затаили дыхание, ожидая, что он им скажет и кто будет переводить его слова на польский язык, польский язык, но Сергей, вежливо поклонившись всем, заговорил на вполне приличном польском:

— Добрый вечер, уважаемые пани и панове. Вчера, когда я находился в Германии, мне стало известно, что ЦРУ приказало своим агентам в Польше немедленно активизировать свою подрывную деятельность, направленную против правительства Польши и польской коммунистической партии, чтобы спровоцировать массовые беспорядки и тем самым заставить Советский Союз навести в Польшу порядок. Заранее предупреждаю вас, уважаемые пани и панове, войска останутся в своих казармах и никакого кровопролития не будет. Вместе с тем я хочу сказать, что мне известны имена и адреса практически всех агентов ЦРУ, но я не намерен передавать эти сведения властям. Руководство Советского Союза не намерено это делать. Почему, спросите вы? Да, только по одной единственной причине. Может быть они и плохие граждане, раз пошли на сотрудничество с врагом, но они хорошие поляки, настоящие патриоты, вот только в их борьбе нет никакого смысла. А теперь ответьте мне, есть в этой студии коммунисты, которым дано указание приветствовать здесь меня? Не стесняйтесь, говорите честно, никто и никого не станет преследовать за то, что он не является членом партии.