Дураков смекнул, что ему попался вполне знающий мотивы попсы большого мира экземпляр, поэтому перешел на другую песню:
— У нее глаза два бриллианта в три карата…
— То не девушка, а уродина, ребята!
Какой ученый кот попался. Точно, по уровню своему с богами сравнится страж лесоморского дуба.
Музыкальная дуэль программиста с просвещенным котом могла бы продолжаться до бесконечности. Животное пятилось к дубу, залезало на цепь, медленно продвигаясь к вершине дерева. Иван, не желал отступать и продолжал напевать всяческие однотипные мотивы, слышанные мной в маршрутных такси и магазинах. Кот моментально заканчивал начатые фразы на свой лад. Казалось, ничто не ушло от острого кошачьего языка.
— Разбежавшись, прыгну со скалы, вот я был, и вот меня не стало, — подойдя практически к деревянной смотровой площадке на верхушке, заорал Дураков, словно это был его предсмертный вопль.
— О! — подскочил на месте кот. — Моё любимое… И когда об этом вдруг узнаешь ты, тогда поймешь, кого ты потеряла.
— Гордо скинув плащ, в даль направлю взор, может она ждет? Вряд ли… Это вздор, и издав дикий крик, камнем брошусь вниз, это моей жизни заключительный каприз, — перешел к очередному куплету Дураков, оставив коту динамичный припев.
— Разбежавшись, прыгну со скалы!.. — завопил ученый оппонент и воодушевленно поскакал на площадку, открывая нам путь.
Преждевременная радость — враг агента. Когда мы, зажмурившись, дабы не смотреть вниз, забрались на площадку, у самого края нас ждал оскаливший зубы ученый кот. За его широкой спиной я увидел лангсуяр, склонившуюся с иглой над связанной по рукам и ногам девочкой. Рядом с вампиршей валялся задушенный селезень, и всюду были разбросаны остатки от яичной скорлупы.
Одно неверное движение, и мы полетим вниз, а песня, исполненная Иваном под конец его музыкальной ловушки, станет нашим похоронным гимном. И слова практически подходящие.
Но Дураков не сдавался, он знал немало песен. Не успел кот вонзить в наши руки длинные острые когти, как программист снова затянул нечто близкое по стилю песне о прыжках со скалы:
— Как бессонница в час ночной меняет, нелюдимая, облик твой, чьих невольница ты идей? Зачем тебе охотиться на людей?[14]
Словно то обращение к лангсуяр, а не к коту. Но куплеты продолжил напевать именно кот, отступая на расстояние, достаточное для нас, чтобы встать на ноги. Вампирша, заслышав слова песни, обернулась, а серебряная игла упала ей под ноги.
— Ваня? Неб? — простонала Милли, с трудом поднимая голову.
Чуть заметная улыбка украсила ее лицо. У нас было совсем немного времени. Пока кот не допоет до конца песню о покоренной колдуном женщине. Что будет после — оставалось только гадать. Либо Ивану придется подкидывать мохнатому стражу очередной мотив, либо сражаться. А последнего очень не хотелось.
— Госпожа Любава! — обратился программист к вампирше. — Именем отдела странных явлений, город Москва большого мира, предлагаю вам оформить официальную регистрацию и донорскую помощь.
Что ж, вполне логично. Теперь, когда никому из нас не сбежать, может, удастся провести мирные переговоры.
— Бессмертие, я хочу жить! — твердила свое малазийская красавица.
Это теперь я прекрасно видел, как же Любава не похожа на моих сестер: ни характером, ни внешностью, ни способностями к магии.
— Вампиры практически бессмертны, — парировал Дураков. — С донорской помощью из Москвы вам не придется охотиться каждую ночь.
А также со временем пройдет и светобоязнь, и аллергия на чеснок, если верить записям в архивах отдела, которые мне доводилось мельком читать. Расплачиваться за донорскую кровь предполагалось продуктами из Лесоморья или любым другим товаром, что попросит руководство ОСЯ. В замке у Кощея хранится немало добра, которое не жалко было бы отдать взамен на поставки жизненно важного для вампира продукта. Тогда и кровопийцы будут сыты, и люди целы.
— Отпустите девочку, уважайте ее право на жизнь! — завершил свою речь Иван.
Вампирша не собиралась ничего предпринимать. Она смотрела то на нас, то на Милли, все еще не готовая распрощаться с гигантской идеей о бессмертии.
— Убить человека легко, — встрял я, — но есть ли гарантии, что эта смерть дарует вам вечную жизнь?
— По крайней мере, в обмен на вас мне обещают присылать кровь из Москвы, — сощурившись, заметила лангсуяр. — И Кощею ничего не надо будет отдавать.
Марго куда расчетливей, чем я предполагал. Она сполна рассчиталась с так удачно подвернувшейся к случаю малазийской супругой Бессмертного. Ясно, мы не в выгодном положении. Высказать более заманчивое предложение вряд ли выйдет.
Но от неминуемой смерти нас спас поклонник русского панк-рока, допевший о кукле колдуна.
— Привет усатым! — радостно сказал Иван, помахав рукой, когда кот обернулся в нашу сторону.
Грозно шипя, охранник дуба надвигался на всех без разбору, будь то вампирша, Милли или мы. Счет шел на секунды. И в этот момент я решил рисковать! Прыгнув рядом с Любавой, и схватил в охапку ошарашенную Милли и следующим прыжком оседлал толстого кота. Иван, уловив мои движения, зашел с противоположной стороны стража и тоже очутился на спине у врага. Разбежавшись и не успев затормозить, кот сиганул вниз.
— Не разобьется? — испугавшись, крикнул я, однако заметил, что наш полет не настолько стремителен, чтобы умирать со страха.
— Его дуб, его система гравитации, тем более, он кот, — рассуждал программист.
Последний довод верен. Коты умеют падать с большой высоты и приземляться на лапы. Во время полета ученый страж изрекал не самые лестные ругательства в наш адрес, обещая как можно скорее отправить сто тридцать восьмого Ивана-дурака и его шемаханского подхалима к праотцам.
Спина кота — единственное безопасное место, докуда не доберутся ни острые коготки, ни длинные клыки. Поэтому надо как можно дольше удерживаться верхом на животном, несмотря на его нервные потряхивания из стороны в сторону. Ясно, у кота прямо противоположные интересы. Тем более, с ним и лангсуяр, которая, охая и ахая ползла вниз по цепи, проклиная не только отдел странных явлений, но и кота, и спасшего ее от смерти Кощея, и все, на чем стоит Лесоморье.
Иван мертвой хваткой уцепился в холку. Кот взвыл от адской боли и попытался сбросить нежданного наездника. А Милли, которую я успел освободить от неумело наложенных вампиршей пут, быстро сообразила, что ей надо как можно крепче держаться за вожатого.
Я не удержался при очередном встряхивании, когда кот уже бежал вокруг дуба, желая избавиться от троих наездников. Упав на колени, я откатился под ствол, там, по крайней мере, не затопчут. Однако кот вздумал идти на таран. Я стоял, вжавшись плечами в ствол. Нетрудно просчитать, куда угодит его клацающая пасть, когда сомкнется на моем теле. Будет много крови и боли. Но времени, чтобы отскочить в сторону практически не оставалось. Меня спас Дураков, пихнувший кота в оба бока. Животное взвыло и подскочило на месте. Кхе, кот промазал лапами и зубами мимо цепи и полетел не землю, увлекая за собой и наездников, которые дико орали, будто бы настал конец света. Я перевел дух. Раненая рука ныла от боли, которую я ей причинил, упав на бок. Но хоть инвалидом из-за разъяренного кота-тирана не стал, и на том спасибо.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
