— Искать? А каких-нибудь знаков, указателей, дорог… ну что может указывать путь к нему, разве нету? В конце концов к нему же обращались и раньше, значит, остались свидетельства, рассказы очевидцев, документы хроник… а места там обитаемые? Наверняка местные жители что-то могут знать о его пещере или где он там живет! — странности чужого мира царапали всю устоявшуюся логику, которой я привыкла доверять.
— Ну вот вы и пойдете… заодно и дорогу узнаете, — маг был само обаяние и душевность, улыбался так, будто подарок получил долгожданный и сейчас смакует время, оставшееся до открытия коробочки. — Лерия, ты ешь, ешь, Линда расстаралась ради последнего вечера, саму себя превзошла после моих воспоминаний о приемах в Арсворте, а ты не оценила.
— Да… неплохо, — вкуса не чувствовалось, но постепенно приходило ощущение того, что закидывается в рот. Три дня, как минимум, будем идти, опять не жратва, а не пойми что, он прав, поесть не мешает.
— Как насчет вина? — радушный хозяин решил расщедриться перед отправкой экспедиции и выкрикнул в сторону коридора требуемое. На столе незамедлительно появились три бутылки, пузатые и покрытые пылью, из которых полилась по кружкам щедрая струя. — По-моему, надо выпить за успех нашего мероприятия!
Все подняли кружки, а я вспомнила свою разводку в Арсворте и утопленный глубоко внутри эпитет «безнадежный» опять запросился наружу. Нельзя думать о плохом, оно начинает материализоваться, если мысли о нем болтаются в окружающей среде, но пересилить себя и настроиться на более позитивный лад никак не получалось, как не получалось легкого и веселого разговора с этой троицей, упорно хранившей свои тайны.
— Лерия, в Арсворте тоже за это пили, если мне не изменяет память? — вспомнил Орвилл мой давнишний рассказ.
— За успех никогда не помешает поднять бокал, — очнулся от своих размышлений Лиенвир.
— Поднимай и пей, — Грегор постучал кружкой по столу, — чего задумался?
— Что ты предложила сделать, чтобы удача не упорхнула? — Орвилл так и не выпил, держа в когтях кружку, — до дна сразу? Так у вас в мире принято?
— У нас не пьют такими… объемами, — отставив кружку в сторону, я постаралась оценить ее размеры. — Даже чай в такие не наливают, только пиво.
— Большие, что ли? — Лиенвир тоже отставил кружку в сторону.
— Конечно большие, вина не напасешься. Его у нас пьют из фужеров, примерно вот таких по объему, — я отмерила пальцем предполагаемый кусок от здешней посудины. — С вашими бочками теряется весь смысл застольных изречений, останется только спиваться. Разве можно все это допить до конца в один присест? А с нашими — сколько угодно.
— Там еще что-то было, — Орвилл поставил кружку на стол, не обращая внимания на замершего Грегора, — напомни.
— А, ну да, — я тоже поставила кружку на стол, но причина тут была прозаическая — держать в руке больше литра да еще в глиняной посуде тяжеловато столько времени. — Я еще попросила всех перевернуть бокалы кверху дном, но это было уже мое личное изобретение.
— Для чего? Не просто же так ты это придумала? — продолжал настаивать Орвилл.
— Все было просто до безобразия — я хотела споить гостей, а чтобы никто не увильнул, не допив первый тост до дна, потребовала перевернуть посудины. Между прочим, Никомусу идея понравилась и он сам подыскал в твоем доме самые большие емкости для питья.
— Расстарался, значит, — хмыкнул Орвилл. — Грегор, в твоем доме есть маленькие чаши для вина?
— Я лично уже выпил за успех, — маг сбросил свою вальяжность и они начали сверлить друг друга глазами. — Если надо до дна и перевернуть, то могу и так. Орвилл, ты бы не усложнял все раньше времени, от выпитого вина здесь мало что зависит.
— Грегор, дело тут не в вине, а в настрое. Тебе хватит отхлебнуть, а я хочу сделать так, как у Лерии получилось. Можешь считать, что мне просто постановка дела понравилась.
— Ты еще это его величеству предложи, — съехидничал Грегор, поднимаясь со стула, — только сперва добейся, чтобы тебя хоть по дороге не убили… два раза, между прочим! — поднял вверх два пальца предупреждающим жестом и вышел из столовой.
— Не пила еще? — Орвилл заглянул в мою кружку. — Не пей, сейчас сделаем все, как тогда на приеме.
— Да пожалуйста, — легко согласилась я, — все равно мне такую кружку и за весь вечер не одолеть.
— Пожалуй, я тоже к вам присоединюсь, — Лиенвир так и не выпил в течение нашего разговора, внимательно наблюдая то за Грегором, то за Орвиллом. — Грегор, мне тоже нужен небольшой бокал! — крикнул он в коридор. — Знаете, что говорили в Академии? Двое, ставящие силу в противоположных направлениях, чаще всего нейтрализуют друг друга, а трое заставляют ее расширяться во все стороны в форме сферы.
— Кто это такую чушь нес? — хрюкнул Орвилл. — Наверняка дело было после хорошей попойки перед экзаменами!
— Кто нес, не помню, но было точно, потому что все потом недоумевали, за что этот умник получил высшую оценку. А раз сейчас это у меня в памяти всплыло, то я и решил присоединиться. Лерия, принимаешь в компанию?
Вернувшегося Грегора озадачили требованием еще одного бокала, но он отказался идти за ним, упирая на статус хозяина.
— Я что, на побегушках вам тут нанялся? — шлепнул он ладонью по столу. — Сами и идите… обнаглели совсем!
— Куда идти-то? — поднялась я, желая только пройтись немного по коридору и обиженный хозяин долго втолковывал, где забрать искомое.
На словах получалось далеко, на деле — ерунда, всего-то конец коридора и слева в комнате разновидность старинного буфета во всю стену с зеркалом на заднем плане, как это обычно выглядит в наших затрапезных горках для посуды. Искомые бокальчики стояли рядом и я машинально посмотрела на свое отражение. Облик Дайлерии я хорошо помнила еще по Арсворту, рассматривать себя после лечения и вовсе желания не возникало, только пальцами трогала отрастающие брови и ресницы. Больше по дороге зеркал не наблюдалось и я была удивлена несколько изменившимся лицом. Или не лицом, а выражением? Мужеподобность и резкость никуда не исчезли, вблизи вроде бы и то же самое осталось, а как отдалишься — меняется. Понаклонявшись к зеркалу со всех сторон, так и не пришла ни к какому выводу, кроме того, что обветрилась и не до конца зажили царапины и ссадины. Скорее всего тут дело было в освещении — шарики создавали интересный эффект, то перекрывая друг друга, то усиливая освещенность, при этом даже собственная рука смотрелась то гладкой и аккуратной, то через кожу начинали просвечивать сосуды и кости, как в фильме ужасов. На всякий случай щелкнула пальцами, но ничего не получилось и я пошла с бокальчиком в зал.
