но понимающими глазами.
— Ты — не дерьмо. Ты — дурак, которым бабы вертят, как хотят, — жестоко констатировал факт и отпил из горла.
— А, ну вот… Мне сразу полегчало, — усмехнулся мужчина, икнув.
— Ты рисковал собой ради неё, — продолжил я, причиняя душевную боль уже самому себе. — Я бы тоже не дрогнул, но это пока лишь теория. Ты её герой, муж, отец ребёнка, которого она любила, любит и… Чёрт его знает! — смешок. — В то же время, прости, ты — дебил, предатель и жестокий ублюдок, что причинил ей боль. Но Вика всё равно тебя любит, за что был бы не против поправить ей немного мозги. Твоя задача включить наконец голову и дать ей то, что она заслуживает. А при таком количестве косяков вообще обязан лезть из кожи вон…
— Мих, — прервал мой монолог собутыльник. — Ты явно мне всё больше нравишься, — и потрепал по плечу.
— Уволь от симпатий, — скривился смешливо и сбросил с себя его тяжёлую лапищу. — Я уже сегодня держал твоё достоинство в руках.
— Липовое, — поправил он.
— Слава Богу!
И мы снова рассмеялись, продолжая тупо болтать ни о чём и распивать пиво. Ночевать собутыльника оставил у себя на диване. Не домой же выпинывать эту пьяную скотину!
47. Савва
ВИКА
Галина Фёдоровна, как главный сторож хозяйских судеб, сообщила, что Герман не ночевал дома. Первой же мыслью представила его в постели с Ликой. Хотя… Говорят, он послал её крепко и далеко. Надолго ли?
Думать об этом не очень хотелось, так как проклятая утренняя тошнота превращала мысли в винегрет. Кое-как приведя себя в порядок, вызвала такси и приехала на работу. Немного струхнула, обнаружив, что охрана снята. Странно.
— Герман? — позвала не своим голосом, медленно двигаясь по коридорчику. Кровавая схватка мужа с Виктором ещё долго будет жить в памяти.
Вздрогнула, когда две мужские фигуры возникли передо мной со стаканчиками кофе в руках.
— А вот и главный босс, — хихикнул муж, обращаясь к Михаилу. На вид оба выглядели слегка… помятыми.
— Вы вдвоём? — это вторая часть моего недоумения.
— Не в том смысле, но да, — кивнул Гера и улыбнулся. — Михаил любезно подвёз меня до работы, а я предложил наш чудесный кофе. Тебе, кстати, сварить?
Я подозрительно осматривала мужчин. Миша мило улыбался, а Гера по-свойски хохмил. Эти двое, похоже, нашли общий язык. Ничего себе! Дементьев ещё ладно, но муж.
— Не откажусь, — проронила я и медленно прошла в кабинет. Герман умчался к кофе-машине, а Миша прошаркал за мной. — Вы провели ночь вместе?
— Ради бога, сформулируй вопрос немного иначе, — улыбнулся он. — А то после вчерашнего торта у меня начинает развиваться паника.
— В вашей натуральности никогда не сомневалась. Я думала, Гера подцепил кого-то этой ночью, потому и не пришёл домой.
— Нет, мы выпили пива, и я не рискнул отправлять его на ночь глядя. Он спал на моём диване.
— Да, чета Беспаловых, похоже, уже в привыкает пользоваться твоей крышей в случаях надомолвок, — вдруг стало грустно.
— Может для того я вам и нужен, — проронил тот тоже печально.
Теперь стало нестерпимо жаль его. Не раздумывая, подошла к мужчине и обняла. Погладила по щеке.
— Я вечно буду благодарна судьбе, что познакомила нас, — мягко улыбнулась.
Неистово захотелось приободрить мужчину сделать чуточку счастливей. Решилась и легонько коснулась губами уголка его рта. Миша не растерялся и, пленив за талию, решительно сделал поцелуй глубже. На минуту лишилась разума, но всё же смогла найти в себе силы настойчиво отстраниться.
— Лучше не делать так больше, — проронила сконфужено и виновато улыбнулась.
Мужчина, явно приободрившись, кивнул и отступил:
— Извини, поддался порыву. Ладно, я поеду. Твоего супруга доставил, теперь надо на работу собираться. Сегодня в ночную.
— Да. Спасибо. Хорошей тебе смены, — немного нервничая, заломила кисти рук.
— И тебе. Пока, — отсалютовал стаканчиком и скрылся за дверью.
Задумчиво смотрела на опустевшее после него место, пока взор не упал чуть правее на полочку у двери, на которой стоял стаканчик с кофе. Мой?
Неужели, Гера видел наш поцелуй? Боже… И что просто ушёл? Я брежу?! Взяла стаканчик и отхлебнула. Да, капучино на кокосовом молоке — это мой кофе.
Душу тут же заскребла совесть. Хотя я, по сравнению с ним, по части измен младенец. Ну и пусть! Отогнала уколы стыда и решила приняться за работу.
На смене сегодня Таня и Савва. Первая пришла вовремя, а мужчина опаздывал, причём прилично. Наконец, выждав все сроки, позвонила ему. Снял трубку не сразу.
— Сав? Ты где? Мы уже тебя потеряли?
— Прости, Вик, я наверное сегодня не смогу выйти, — просипел мужчина в трубку. — Думал отпустит, но похоже свалило конкретно. Всю ночь обнимался с унитазом.
— Отравление? — сочувствующе скривилась. — Есть чем лечиться?
— За ночь слопал уже весь уголь.
— Ладно. Пей пока побольше воды. Я быстренько тут разделаюсь с делами и привезу тебе лекарство.
— Нет, Вик. Не стоит, вдруг это заразно. Тебе нельзя болеть, — воспротивился мужчина.
— Хорошо, я что-нибудь придумаю. Держись там, — и сбросила вызов.
— Заболел? — обеспокоенный голос Тани.
— Да, похоже, отравился чем-то.
— Главное, чтобы не в нашем заведении, — подмигнула девушка.
— Типун тебе на язык, — округлила глаза и перекрестилась. — Думаю, я всё же заеду к нему. Куплю лекарства и завезу.
— Уверена? Отправь Германа.
— С ума сошла? Они же друг друга поубивают, — жестами изобразила взрыв.
— Ну Гера, похоже, умнеет. Даже с Мишей попытался наладить общение, — девушка, с которой я уже поделилась утренними открытиями, отвешивала в полусфере сыпучие ингредиенты.
— Только я, похоже, всё испортила, — состроила виноватую рожицу.
— Да? Чего ты опять учудила? — девушка отмеряла разрыхлитель.
— Поцеловала Мишу…
— Что ты Мишу? — тут же вскинула ошеломленные глаза, продолжая сыпать пищевой агент.
— Таня, смотри на весы, — подошла к ней и забрала из рук разрыхлитель.
Но моя персона была для подруги в разы важнее. Никакого профессионализма.
— И как?
— Что как?
— Поцелуй.
— Нормально, — отмахнулась и, отодвинув недееспособную работницу, попыталась убрать лишний агент из сыпучки. — И я почти уверена, что Гера всё видел.
— В смысле почти? — если девушка раскроет веки ещё шире, то её глаза точно скоро выпадут из орбит. — Если бы он это увидел, то бы Мишаню мигом по стене размазал. Может тебе показалось?
— Герман уходил за кофе, а когда поцелуй случился и Миша ушёл, у дверей обнаружила стаканчик. Думаю, он зашёл в этот момент и, оставив кофе, удалился, — поджала губы, ощутив внутри какое-то стыдливое чувство в купе с жалостью.
— Викусь, ну ты прям всех мужиков скоро в депрессию вгонишь. Даже наш
