Читаем без скачивания Не тревожь моё небо (СИ) - "Kiki25"

— Нет, — я отвечаю, качая головой из стороны в сторону, а мои руки уже спускаются к его ремню.

— Может тогда сходим в кино и… — Александр обрывает себя на середине очередного предложения и судорожно дышит через нос, потому как я ощутимо сжимаю его член у себя в ладони.

— Ложись на спину, — я командную им, чувствуя в эту минуту определённую власть как над ним, так и над его телом, что будоражит мне кровь. — Не-а, не трогать, — я едва ощутимо бью его по рукам, ибо его желание прикоснуться ко мне нарушает правила моей игры.

Стянув с него штаны, на сей раз я сажусь ему на пах, дабы возбуждать его путём неоднократных ёрзаний на нём. Я едва уловимо поглаживаю его рёбра кончиками пальцев, провожу ногтями вдоль пресса, а также изредка посыпаю его грудь влажными мягкими поцелуями. С каждой минутой столь невинных ласк и порой энергичных движений моих бёдер Кинг начинает шумно дышать и в нетерпении тянуться ко мне. Но каждый раз я его осекаю, поскольку мне хочется изводить его также, как и он однажды изводил меня. Зная наверняка, что Александр недолго будет покорно лежать на спине и придерживаться моих приказов, я своевременно тянусь за недалеко лежащим ремнём, дабы не просто сковать его руки, а обездвижить его самого. После недолгих упираний и возражений, я всё же приковываю его к изголовью кровати и продолжаю свои ласки, которые время от времени всё же становятся более напористыми. И когда мне уже самой становится невмоготу, я с неподдельным трепетом внутри стягиваю с Кинга последний атрибут одежды и, с полминуты обдумав ситуацию, в который парень находится полностью в моей власти, решаюсь пойти против своих принципов.

Я томительно медленно спускаюсь поцелуями к низу его пресса и, подняв на него глаза, провожу рукой по его давно уже эрегированному члену. И не прерывая зрительный контакт с Александром, я бесстыдно засовываю в рот его член, на что он в блаженстве закатывает глаза и испускает протяжный стон. Стоит мне повращать языком вокруг головки, как он начинает буквально рычать, при этом дёргая бёдрами мне навстречу, что служит мне знаком того, что ему действительно нравятся мои действия. Но вопреки всем ожиданиям и надеждам парня, я с мучительной неторопливостью двигаю головой вверх-вниз, при этом не заглатывая весь член по нескольким причинам. Во-первых, я всё ещё придерживаюсь своей тактики, а именно — дразнить и растягивать сводящее его с ума удовольствие и возбуждение. А во-вторых, меньше половины его полового органа сейчас находится у меня во рту, а мне уже тяжело унять рвотный рефлекс. Боюсь представить, сколько времени у меня уйдёт на то, чтобы научиться делать минет, при этом заглатывая его член целиком.

— Прекращай издеваться, — он рычит на меня, когда понимает, что я даже и не думаю ускоряться. В ответ на его рык я показательно провожу языком вдоль всего его члена, начиная с основания и заканчивая головкой, на что он, не сдерживаясь, громко стонет. Я продолжаю изводить его медлительными посасываниями и едва уловимыми поцелуями, почему до моего слуха доносятся его животные стоны и звуки сопротивления, поскольку он всеми силами пытается разорвать кожаный ремень, которым я его приковала. Но, к его несчастью, это не так уж и просто сделать.

— Что-то не так? — я невинно у него спрашиваю, когда поднимаюсь и целую его шею, а после щёки.

— Ох, тебе пизда, Нила, — изнывая от неудовлетворённости, протягивает брюнет, на что я ухмыляюсь. — У тебя есть пять секунд, чтобы отсосать мне, иначе я выебу тебя в рот, — его грязная угроза молниеносно доходит до моего сознания, отчего я закусываю нижнюю губу от разыгравшейся фантазии и возбуждения.

— Даже и не подумаю, — я отвечаю и продолжаю томительно медленно сосать его член, ведь пока он обездвижен ремнём, мне ничто не грозит. Когда я в очередной раз поднимаю на него взгляд, к моему огромному изумлению, Кинг не без трудностей, но всё же избавляется от сковывающих его импровизированных наручников.

— Сама напросилась, — он рявкает на меня, после чего его рука с молниеносной скоростью и грубостью сжимает мои волосы на затылке. Александр зверски рычит, когда силой заставляет меня сосать его член чуть ли не во всю длину, при этом ускоряя мои движения до невозможности, отчего на всю комнату раздаются пошлые хлопающие звуки того, как я давлюсь. — Смотри на меня, — он велит, и я не смею не повиноваться. Не сводя с меня обезумевший от возбуждения взгляд, он увеличивает частоту нажимов на мою голову в несколько раз. Едва сдерживая рвотный рефлекс, я сжимаю в ладонях простынь и с трудом, в конце концов, довожу Кинга до оргазма. — Глотай, — он грозно приказывает, и я подчиняюсь. Я проглатываю его сперму, впоследствии чего жалею, так как она оказывается до ужаса солёной и неприятной на вкус. Но не успеваю я даже уголки рта утереть от выступившей слюны, как вдруг Александр опрокидывает меня на спину, а сам оказывается сверху. — И что мне с тобой теперь делать? — он будто у самого себя спрашивает, на что я, не удержавшись, прижимаюсь промежностью к его члену, ибо на протяжении долгого времени я едва сдерживала себя, дабы не освободить парня и не начать молить его сделать мне хорошо.

— Для начала ты можешь меня раздеть, — я отвечаю, поскольку на мне до сих пор школьная форма, от которой я хочу, наконец, уже избавиться. С едва уловимой ухмылкой на губах Кинг нетерпеливо и неаккуратно стягивает с меня одежду, в результате чего я оказываюсь под ним полностью обнажена. — Трахни меня, — я прошу его, на что он лишь качает головой из стороны в сторону, при этом злорадно поглядывая на меня.

— Ты не заслужила.

— Но я могу заслужить, — я шепчу, когда притягиваю его ближе к себе за шею.

— На что ты готова пойти, чтобы я заставил тебя кончить?

— На всё, — я отвечаю с сердечным замиранием, ибо нависающий сейчас надо мной парень может потребовать от меня немыслимое извращение, которое я действительно выполню.

— Ты помнишь наш разговор в Лондоне? О фотографиях, — он спрашивает, а у меня дыхание сбивается, поскольку я понимаю к чему он клонит. — Я хочу, чтобы ты сейчас оттрахала себя пальцами на камеру, — он шепчет, а по всему моему телу проходит сводящая с ума дрожь. Прочитай я эту фразу в романе, как у меня спёрло бы дыхание от вожделения и разыгравшейся фантазии, но этого требуют от меня, почему я робею и сомневаюсь. Я боюсь предстать перед ним неумелой и неуклюжей, почему и медлю. — Даже и не надейся, что у тебя есть выбор, — он говорит, после чего надавливает коленом мне на промежность, отчего я постанываю, ибо я ужасно перевозбуждена. Может во время минета я и не получила никакое физическое удовольствие, но мне достаточно было лишь одного осознания, что я сосу его член, дабы возбудиться и почувствовать, как мокреет моё бельё.

Александр берёт свой телефон с тумбочки и начинает снимать меня, почему я едва справляюсь с овладевшей мною робостью. Не знаю, заметил ли он моё смущение, или же нет, но он одной рукой плавно проводит по внутренней стороне моего бедра, а затем касается моего клитора, почему я в блаженстве прикрываю глаза. Кинг едва уловимо ласкает меня, а затем вновь сжимает моё бедро, тем самым давая мне понять, что дальше я должна делать всё сама. Продолжая держать глаза закрытыми я опускаю руку вниз и вздрагиваю, стоит мне почувствовать насколько сильно я сейчас влажная. Я энергично поглаживаю свой клитор двумя пальцами, за что, в результате, и получаю звонкий шлепок по ноге, ведь он не этого хочет от меня.

До этого момента я никогда не входила в себя пальцами, поэтому я погружаю в себя очень плавно сперва указательный, а затем, вспомнив, что я больше не девственница, и средний палец. И от этого у меня голова идёт кругом. Я тихо постанываю, когда быстро вхожу и выхожу из себя, полностью при этом абстрагировавшись от мысли, что на меня сейчас пристально смотрит Кинг и снимает всё на камеру телефона. Шире раздвинув ноги, я с каждым разом ускоряюсь, дабы довести себя до оргазма как можно скорее, так как мне уже невтерпёж. Мои стоны становятся всё громче и громче, а щёки алеют, несмотря на то что я ни капли не смущена. Поскольку рука начинает болеть, а дойти до пика наслаждения хочется до беспамятства, я, напрягшись каждой клеточкой своего тела, увеличиваю скорость проникновения до максимума. И стоит мне затрястись всем телом в экстазе, как я рефлекторно пытаюсь свести свои ноги. Но рука Александра мне этого не позволяет. Когда я прихожу в себя и приоткрываю глаза, я понимаю, что он всё ещё снимает меня. Поэтому я, закусив нижнюю губу, подношу ко рту те самые два пальца и начинаю их сосать, при этом смотря прямо в глаза сходящего с ума от увиденного Кинга.