Спустя десятилетие после гибели Фальконе и Борселлино и взрывов бомб в итальянских городах некоторые наблюдатели опасаются, что Коза Ностра уже нашла наделенного властью человека, который готов ей дать то, что она хочет.
Мажордом и специалист по рекламе
Шестнадцатого апреля 2002 года был арестован Антонио Джуффре, нынешний главарь mandamento Каккамо по прозвищу Manuzza (Маленькая рука). Этим прозвищем Джуффре обязан своей правой руке, изувеченной несчастным случаем на охоте. Говорят, с тех пор он научился левой заряжать дробовик и стрелять. На заброшенной ферме, где скрывался Джуффре (при нем был заряженный пистолет, шесть тысяч евро наличными, а также образа Падре Пио, Сердца Христова и Мадонны), была обнаружена продуктовая сумка, заполненная письмами, адресованными Бернардо Провенцано. Некоторые предприниматели использовали даже свои фирменные бланки для того, чтобы обратиться к Дядюшке Берни с просьбой об услуге.
В июне, поняв, что его предали, Джуффре стал сотрудничать со следствием: «Я был помощником Провенцано, моя работа состояла в том, чтобы перестроить Коза Ностру». Самое поразительное, что сообщил Джуффре, – что в 1993 году у Коза Ностры состоялись «прямые контакты» с представителями знаменитого Сильвио Берлускони, этого вечно загорелого итальянского медиамагната с улыбкой эстрадного певца.
В том же самом 1993 году Коза Ностра организовала целую серию взрывов в материковой части Италии. Берлускони был занят формированием новой политической партии, которая должна была заполнить политический вакуум, образовавшийся после разоблачений коррупционеров в ходе операции «Чистые руки». Согласно Джуффре, предметом обсуждения на встрече между людьми Берлускони и Коза Нострой была возможность создания альянса между мафией и формируемой Берлускони партией, которую назвали «Forza Italia» («Вперед, Италия!»)
В следующем году Берлускони привел альянс к победе на общенациональных выборах. Но союз оказался кратковременным и рухнул в конце 1994 года. В мае 2001 года, за год до ареста Джуффре, «Forza Italia» добилась триумфа на выборах, и Берлускони стал премьер-министром, за которым стояло внушительное парламентское большинство. Человек, которому нравится, когда его называют il cavaliere (рыцарь), является к тому же и богатейшим итальянцем, состояние которого на время выборов 2001 года оценивалось в 10,3 миллиарда долларов. Помимо всего прочего, ему принадлежат три основных общенациональных телеканала, а также издательская империя. Никто со времени Муссолини не обладал такой властью над Италией и, более того, над Сицилией. Сторонники возглавляемого «Forza Italia» альянса занимают все места в парламенте острова.
Многие данные указывают на то, что с 1994 года мафиози предписывают своим людям голосовать за кандидатов от партии «Forza Italia». Если вспомнить, как мафия действовала в течение последних полутора столетий, в этом нет ничего удивительного или позорного: политики, обладающие властью, неминуемо становятся самыми уязвимыми жертвами организованной преступности. Известно, что в 1980-е годы Коза Ностра, разочаровавшаяся в христианских демократах, столкнулась с безрадостной перспективой поиска нового политического представителя своих интересов. В конце 1980-х годов мафия сделала деловое предложение социалистической партии. Затем, в начале 1990-х, Коротышка Риина стал обсуждать возможность создания нового движения сицилийских сепаратистов, причем он собирался воспользоваться имевшимися у него деловыми и политическими связями с масонами: «Коза Ностра возрождает мечту о независимости, о том, чтобы стать во главе отдельной части Италии, о своем собственном, то есть о нашем с вами государстве», – цитировал его слова один из перебежчиков. Считается, что, с точки зрения влиятельных боссов Коза Ностры, появление в 1993-1994 годах «Forza Italia» предлагало еще более приемлемое решение: требовалось установить тесные отношения с партией, которая собиралась занять центральное место на итальянской политической сцене, какое когда-то занимала партия ХД.
Существует много причин не слишком доверять показаниям Маленькой руки, а также избегать всяких отождествлений сицилийского филиала «Forza Italia» с Коза Нострой. Никто в Италии не станет всерьез утверждать, что Берлускони является членом мафии или что его победы на выборах – прямое следствие поддержки мафии. В этом отношении история мафии дает нам наглядный урок: даже в период наивысшего расцвета, то есть в 1970-е и 1980-е годы, Коза Ностра не имела в распоряжении такого количества голосов, какое позволило бы сотрудничавшей с ней политической партии одержать убедительную победу. Своим триумфом Берлускони в большей степени обязан недовольству, которое вызывали его предшественники, эффективной предвыборной кампании и щедро раздаваемым обещаниям.
Голословные обвинения Джуффре можно трактовать как домыслы, или как пропаганду, с помощью которой вожаки Коза Ностры убеждают рядовых членов организации. Адвокаты Берлускони называют показания этого pentito «скопищем слухов». Но магистраты Палермо вполне серьезно относятся к словам Джуффре, поскольку считают, что они, возможно, отражают последствия весьма примечательных событий почти тридцатилетней давности, которые связывают одного из ближайших помощников Берлускони с Коза Нострой.
В 1974 году Берлускони искал конюха и мажордома для своего поместья Аркоре, расположенного неподалеку от Милана. Он обратился за советом к Марчелло Дель Утри, который после необычайно стремительного восхождения к вершинам финансового мира Сицилии переехал в Милан, где стал доверенным помощником Берлускони в сфере бизнеса. (Позднее Дель Утри стал главой «Публиталии» – высокоприбыльного рекламного отделения финансовой империи Берлускони. Именно он в 1993 году выдвинул идею создания «Forza Italia»). Дель Утри рекомендовал палермца Витторио Маньяно, который впоследствии занимал должность мажордома в течение двух лет. Недавно Маньяно умер от рака, всего через несколько дней после того, как его приговорили к пожизненному заключению за два убийства. Выяснилось, что этот «мажордом» был «человеком чести» из клана Порта Нуова.
История мажордома и специалиста по рекламе теперь является предметом судебного разбирательства, которое тянется в Палермском суде ассизов так долго, что большинство итальянцев уже забыло о нем. (Следует подчеркнуть, что Берлускони не является ответчиком, а выступает в роли свидетеля). Обвинение утверждает, что опасения Берлускони относительно того, что его детям грозит похищение, заставили Дель Утри обратиться к Маньяно за защитой. В ответ на эти обвинения Дель Утри заявляет, что он сначала не знал о криминальном прошлом Маньяно и что уволил его, как только узнал правду. Обвинение, напротив, считает, что именно в 1974 году начинались длительные отношения между Дель Утри и сицилийской мафией (сам Дель Утри это весьма энергично отрицает). И все же, согласно обвинению, он, рассказывая о своей роли делового партнера, признал, что был посредником между Берлускони и Коза Нострой, поскольку не хотел, чтобы его босс стал жертвой похищения. Впрочем, Дель Утри поспешил отказаться от своих слов – мол, прихвастнул для красного словца.
Существует длинный список других обвинений, предъявляемых Дель Утри, в основе которых лежат предположения о его регулярных деловых отношениях с «людьми чести». Так, утверждается, что он пускал в оборот деньги, полученные от торговли наркотиками, и даже что в 1980 году Стефано Бонтате рассматривал возможность посвящения Дель Утри в члены мафии. Кроме того, считается, что он был посредником между Коза Нострой и коммерческим структурами группы Берлускони. В одном случае он, предположительно, обеспечивал перевод оплаты за охранные услуги, предоставленные мафией тем компаниям Берлускони, которые действуют на Сицилии. В другом случае, как утверждается, он содействовал вложению денег мафии в те компании, которые принадлежат Берлускони в Милане. Обвинение утверждает, что в начале 1980-х годов Коротышка Риина монополизировал контакты мафии с Дель Утри, чтобы через него воспользоваться тесными связями Берлускони с социалистической партией.
Обвинение также полагает, что в начале 1990-х годов Дель Утри пытался заполучить 50% от суммы спонсорского контракта, заключенного между пивной компанией и владельцем баскетбольного клуба Трапани. Предполагают, что он пригрозил владельцу, когда тот отказался платить: «Советую вам крепко подумать. У нас есть и люди, и средства, чтобы убедить вас изменить свое мнение». Еще Дель Утри, который опровергает это пока голословное утверждение, обвиняется и в попытке убедить двух перебежчиков мафии дискредитировать магистратов, а трех других отступников «разоблачить» фиктивный сговор судей, которые якобы желают оклеветать Берлускони и Дель Утри. Это обвинение, как, впрочем, и другие, яростно оспаривает защита.
