на вашем пятом часу, в тридцати милях — похоже, от них исходят самые сильные помехи. Но с увеличением расстояния его становится все меньше».
К сожалению, подумал Майли, переходя к новому заголовку, это также означало, что бомбардировщики подобрались намного ближе к Гуаму. Как только он перешел к новому заголовку, он увидел на своем многофункциональном дисплее надпись «СТРЕЛЯТЬ». Он нажал кнопку запуска, и из левого главного оружейного отсека вылетел AMRAAM. Несколько секунд спустя он увидел яркую вспышку света вдалеке, за которой последовал короткий огненный след, а затем ничего, кроме еще одного мигающего гроба на его дисплее.
«Вектор влево, курс ноль-пять-ноль», - сказал диспетчер. «Бандиты будут у вас в двенадцать часов, в девяти милях. Еще один бандит на вашем «два часа», высота шесть миль». Заревел приемник, предупреждающий об угрозе. «Бандит в твои два часа спускается, кажется, пикирует на тебя. Два бандита на ваших двенадцати часах, восемь миль, ускорение, набор высоты, расстояние до «Подзорной трубы» в пределах пятидесяти миль.»
Черт, подумал Майли и перевел дроссели в режим первой зоны форсажа. Канал передачи данных снова был прерывистым, поэтому он активировал свой радар, обнаружил два J-20, ближайших к самолету системы АВАКС, зафиксировал их и выпустил две ракеты AMRAAM в быстрой последовательности.
… но не раньше, чем китайские J-20 выпустили четыре ракеты PL-12 с радиолокационным наведением по самолету системы АВАКС. PL-12 были одними из самых совершенных ракет класса «воздух-воздух» в мире. У них было четыре разных способа руководства, и они использовали их все в этом сражении:
Они впервые получили исходное положение цели с радара атаки J-20s при запуске. Когда AMRAAMs Майли попали в цель и радары J-20 вышли из строя, они переключились в режим инерциального наведения, чтобы самостоятельно сориентироваться в прогнозируемой точке пространства, где могла находиться их цель. Подойдя ближе, они включили свои собственные радары, обнаружили свою цель и приблизились для убийства. Как только они активировали свои радары наведения на терминале, самолет-радар AWACS начал посылать сигналы помех, сбрасывать помехи и сигнальные ракеты и маневрировать настолько хорошо, насколько мог большой самолет с его обтекателем диаметром тридцать футов на вершине фюзеляжа, но PL-12 использовали свой четвертый режим наведения на терминале и нацелились на сами сигналы помех. Две ракеты пролетели мимо.
… но двух оставшихся PL-12 было более чем достаточно, чтобы выполнить эту работу. Они вспороли фюзеляж «Часового», и их пятидесятифунтовые кумулятивные боеголовки и лазерные неконтактные взрыватели сделали свое дело, за считанные секунды разорвав самолет на части и отправив его с грохотом в море.
Майли увидел вдалеке огненный шар и понял, что было слишком поздно, и он подумал о том большом самолете и более чем двадцати погибших членах экипажа, но сейчас пришло время обдумать свои следующие шаги. Он быстро оценил свое положение: у него оставались два Амраама и один Сайдвиндер. У него заканчивалось топливо, но это не имело значения, потому что все они направлялись в одно и то же место — на остров Гуам. Возвращение домой не принесло бы ему никакой пользы, если бы не было дома, куда можно было бы пойти.
Майли был полон решимости уничтожить как можно больше китайских бомбардировщиков. У него все еще было четыреста восемь двадцатимиллиметровых патронов для его пушки, и он даже был полон решимости камикадзе врезаться в другой бомбардировщик, если ему не удастся заставить их строй разойтись и отвернуть.
Он повернулся в направлении, в котором, по его мнению, находилась формация, и активировал свой радар AN / APG-77, и, конечно же, он нарисовал две V-образные формации всего в тридцати милях к юго-востоку от него — они не потрудились отклониться от своего первоначального курса или высоты. Он немедленно захватил головной бомбардировщик в самом северном строю и открыл огонь, надеясь, что вид падающего их лидера побудит остальных развернуться или, по крайней мере, разогнать…
. и в этот момент его радар засек другие воздушные цели, летящие в восточном направлении, быстро и ускоряющиеся, уже приближающиеся к скорости Маха всего за несколько секунд до начала полета. крылатые ракеты, сверхзвуковые крылатые ракеты!
«Внимание, внимание, любое судно, любой командный пункт на связи», - кричал он по своему командному каналу и на частоте международной службы экстренной связи, — «это сирена Один-восемь, Национальная воздушная гвардия Соединенных Штатов, крылатые ракеты приближаются к Гуаму, если вы слышите меня, в укрытие!» Он знал, что находится в сотнях миль от базы ВВС Андерсен и далеко за их горизонтом, и без самолета системы АВАКС, выполняющего роль ретранслятора связи для его объединенной системы распределения тактической информации, никто другой не получал изображения с его радара, но он просто не мог молчать, пока…
. и затем он увидел невероятно яркую вспышку света и ощутил потрясающий эффект «хлыстовой пилы», когда его F-22 Raptor был разорван на части несколькими китайскими ракетами PL-12, попавшими в него одновременно, а затем он вообще ничего не почувствовал.
ВОЕННО-ВОЗДУШНАЯ БАЗА АНДЕРСЕН
В ТО ЖЕ ВРЕМЯ
В кабине Брэдли переключил переключатели управления вспомогательным силовым агрегатом в положение «ЗАПУСК», а аккумулятор — в положение «ТРЕВОГА», затем запрыгнул на свое сиденье и начал пристегиваться. Внизу Патрик нажал кнопку «АВАРИЙНЫЙ ЗАПУСК» на панели управления аварийным запуском на дверце носового редуктора, которая немедленно запустила оба вспомогательных силовых агрегата и запустила последовательность запуска всех четырех двигателей, затем взбежал по входной лестнице. В этот момент прибыл начальник экипажа, снял амортизаторы с колес и быстро проверил, нет ли растяжек, панелей открытого доступа или других элементов безопасности наземного обслуживания. Самолеты взлетали со взлетно-посадочной полосы два-четыре слева и справа — ночной воздух был насыщен запахом выхлопных газов реактивных двигателей, а шум стоял оглушительный.
Командир экипажа надел наушники внутренней связи. «Командир экипажа встал, сэр!» — сказал он. «Чурки вытащены! Двери бомбоотсека и все четыре двигателя свободны!»
«Понял», - ответил Брэд. «Двери бомбоотсека закрываются!» и он нажал на переключатели, чтобы закрыть все три комплекта дверей бомбоотсека. Тем временем Патрик вошел в кабину и поспешно пристегнулся.
«Я встал», - сообщил Патрик.
«ВСУ запущены, выполняется последовательность запуска двигателя, двери бомбоотсека закрыты, и выдвинуты амортизаторы», - сказал Брэд. «Я пристегнут, и мое сиденье горячее».
«Здесь то же самое», - сказал Патрик. Они оба следили за запуском двигателя, выискивая любые резкие скачки температуры двигателя, которые могли бы указывать на горячий запуск. Как только температура всех четырех двигателей стабилизировалась, Патрик передал по радио: «Отбой, шеф! Освободите рулежную дорожку.»
«Командир экипажа уходит. Удачи, сэр». Патрик включил фары такси
