— словно и не удивившись начал он, почти сразу же добавив, — А, да, я же оставил клинок в чешуе дракона. А потом подобрал, когда тот испарился…
Теперь уж не скрывались — смех раздался громче, разлетаясь по ночному полю. Даже те, кто изначально не собирался реагировать, невольно ухмыльнулись. Я, в принципе, тоже. Выглядело действительно забавно.
— Я уже встала в стойку, — впервые на моей памяти заговорила южанка. Раздражённо, в чём я её понимал, — Всё, дерись.
— Без меча нельзя, — коротко бросил рыцарь, вложив рукоять обратно в ножны.
— Ты цирк во мне увидел? Если уж я приняла эту стойку — я сражусь!
— Да всё, нет дуэли, — скучающим голосом заявил Демьян, разворачиваясь.
Женщина-авантюристка, судя по всему, на секунду замерла, будто переваривая услышанное. Затем медленно выпрямилась, по её телу пробежала лёгкая дрожь — и внезапно, громко, почти пронзительно выкрикнула:
— Да чтоб тебя!
Сдерживать себя она явно больше не была намерена.
Рыцарь едва успел моргнуть, а она уже рванула вперёд, сокращая дистанцию стремительно и неотвратимо. Посох с массивными головами взвился в воздухе, и раздался густой, приглушённый хлопок — деревянное древко врезалось рыцарю прямо в бок. Гулко звякнул металл о металл.
Тот качнулся, явно не ожидая удара, но удержался на ногах.
— Эй! — попытался он возмутиться, но авантюристка уже перехватила посох удобнее, развернулась и добавила второй удар — на этот раз по спине.
— Так тебе! — удар, — Так тебе! — ещё один, — Так!
Рыцарь ловко крутился, то прикрываясь руками, то пытаясь отступить, но каждый раз получал новый, хорошо поставленный удар. Хотя не создавалось ощущения, что те ему хоть как-то вредили. Я, по крайней мере, не ощущал особой убыли в энергии у обоих «поединщиков».
Зрители уже даже не смеялись — они ржали. Кто-то хлопал себя по коленям, кто-то толкал соседа в бок, а один солдат рядом даже вытирал слёзы с глаз.
— Женщина, ты чего⁈ — заорал наконец рыцарь, дёрнувшись в сторону от очередного удара.
— Ты меня бесишь! — рявкнула авантюристка и добавила последний, особенно сочный удар по доспеху, который даже не помялся.
Рыцарь споткнулся, плюхнулся на пятую точку и ошарашенно поднял взгляд.
— Я… я же без меча! — пробормотал он.
Женщина-авантюристка резко шагнула к нему, прописав хороший такой пинок по шлему авантюриста, судя по всему, оглушив того. Развернулась, сунула посох в держатель на спине и, бросив через плечо короткое:
— А мне плевать, — ушла прочь, оставляя побитого, но целого «Рыцаря Справедливого Ручья» посреди разъярённо хохочущей толпы. Она хотела было уйти, но Демьян не дал, попросив подождать.
Я «видел» немного больше. Ни один из бойцов не применял внутреннюю энергию — воительница с юга просто излила раздражение по не сопротивляющемуся противнику, решив вернуться назад в палатку. Видимо, не желая больше терять времени.
— Сэр Ергенфриг, — быстро встав, «Рыцарь» отряхнулся, обратившись к напарнику, — Меч!
— Я же не могу, — с ленцой проговорил блондин, — У меня же ягоды в руках.
— Ну так выкинь их! — уже более зло продолжил он.
— Да как? Это ж природа!
— По лбу ху…
Но здоровяк его оборвал:
— Ладно, ладно…
Аккуратно положив ягоды на траву под ногами, он вытащил из ножен меч, кинув тот к ногам напарника. Последний же, подобрав оружие, направил то острием в сторону женщины:
— Мадемуазель, — абсолютно спокойно начал он, воспользовавшись старым вариантом уважительного обращения к леди, — Реванш.
Его недавняя противница тяжело вздохнула, подняла взгляд на небо, наполненное звёздами… и проговорила:
— Ладно, извини меня.
— Нет.
И ушёл.
* * *
Под давлением натурально офигевшей толпы двоицу не особо адекватных авантюристов выкинули из каравана. А мы поехали дальше.
Караван двигался ровно, словно гигантская многоногая тварь, пересекающая земли с неумолимой монотонностью. Колёса повозок катились по пыльным каменным дорогам центральных земель, оставляя следы на начавшей увлажняться по окончанию первого месяца весны. Днём воздух был тёплым, даже жарковатым, но ночами тянуло прохладой.
Яркие цветы и сочная зелень вдоль дорог радовали глаз. В полях работали крестьяне, пока караван неспешно тянулся вдоль крупных трактов. Проезжали деревни — порой нас встречали приветливо, порой с насторожённостью, но почти всегда с интересом. Народ в курсе «великой победоносной войны».
Все занимались своими делами, полностью погрузившись в организованное офицерами расписание. Наша четвёрка даже повадилась варить мелкие зелья на остановках на продажу почти по себестоимости. Я закупал интересные ингредиенты во встречных лавках, когда мы останавливались около поселений. Обменивались записями. Спрос среди воинов на более сложные, заранее заготовленные зелья начал расти.
Проехали мимо города, где обитал Кригер с деревней Учителя Лирхера рядом. Не смог даже повидаться.
Ближе к концу недели дороги стали немного хуже: монолитные плиты покрывались трещинами, появились выбоины. Повозки начали потряхивать, кузнецы и ремесленники чаще останавливали караван для проверки транспорта.
Заметно холодает. Днём ещё терпимо, но утренний воздух уже пробирает, а ночи стали по-настоящему зябкими. Земля начала терять свою мягкость — вместо чёрной плодородной почвы вокруг всё больше жёсткой травы и каменистых участков. Север сложно отходил от зимы.
Деревни, на удивление, встречались с той же частотой, но выглядели скромнее, приземлённее и сплочённее — просто крепче. Люди здесь были заметно серьёзнее: меньше слов, больше действий. Они были несколько ниже, я бы сказал коренастее.
Не считая редких аномалий с более цветастыми волосами (и как это работает с генетической точки зрения я знать не знаю… хоть и хотелось бы изучить), были заметно темнее своих южных соседей: тёмно-каштановые и чёрные волосы доминировали.
Черты лиц тоже различались от Центральных народов: несколько грубее. Если южнее, что логично, с учётом географии, люди, схожие с европеоидами и славянами, то тут скорее горные народы — уж как области в моём прошлом мире назывались не припомню.
Караван пошёл плотнее. Повозки сближаются, дозоры удваиваются. Лесные чащи теперь тянутся дольше, иногда приходилось делать привалы в редких стоянках, отведённых под караваны. Пару раз отбивали нападение монстров-одиночек. Хотя и без потерь и даже раненых.
А сам я, отложив книги, принялся за теоретические расчёты зелий или барьеров для сохранения тепла или согревания
