Рейчел посмотрела на Джонни. С ярко-голубыми глазами, легкой улыбкой на губах он казался божественно красивым. Она подумала о том, как все-таки идет ему короткая консервативная стрижка: твердый подбородок, высокие скулы и лоб смотрелись еще более выразительно. Теперь он уже был далек от того разбитного парня, который сошел с подножки автобуса всего несколько недель назад.
Если бы она знала тогда, как этот парень изменит ее жизнь, она бы, не теряя ни минуты, бросилась к нему в объятия… и, возможно, напугала бы так, что он предпочел бы вернуться обратно в тюрьму.
Представив, как отреагировал бы Джонни на такой бурный прием, Рейчел улыбнулась.
– Что тебя так развеселило? – удивился он. Рейчел покачала головой:
– Нет, ничего. Просто я очень счастлива.
– Правда? Я тоже. Но я буду еще более счастливым, если ты сядешь рядом. Думаю, нам надо поговорить.
– Поговорить?
– Да, а ты подумала, я тебя привел сюда с иной целью?
– Я надеялась…
Джонни рассмеялся и протянул ей руку.
– Подойди, Рейчел, и залезь ко мне в карман. У меня для тебя подарок.
– В самом деле? – Она радостно улыбнулась ему. Мысль о том, что Джонни принес что-то для нее, наполнила душу счастьем. Это был его первый подарок, не считая, конечно, его самого. И разумеется, она была намерена хранить этот подарок свято.
– Поищи в карманах, – повторил он, когда она села рядом.
– Мне неловко, – запротестовала Рейчел и тут же рассмеялась.
Первый карман, куда она залезла, оказался пустым, но во втором лежала маленькая завернутая в бумагу коробочка. Выудив ее из кармана, Рейчел долго любовалась коробочкой, положив к себе на ладонь. В серебристой фольге, перевязанная белыми ленточками, она была совершенна бесподобна. Рейчел взглянула на Джонни:
– Какая прелесть.
– Открой.
Она уловила некоторую напряженность в его голосе, и сердце учащенно забилось, когда она сняла шелковые ленточки и начала разворачивать бумагу. Рейчел уже почти не сомневалась в отношении содержимого коробочки, но все равно волновалась. Она слишком боялась разочарований.
Под фольгой оказался ярко-красный картонный футляр – простой, прямоугольной формы, без каких-либо излишеств. Внутри его притаилась крохотная шкатулочка, в которых обычно продают ювелирные украшения.
Дрожащими руками Рейчел открыла крышку.
Чудный бриллиант, весом не менее полкарата, оправленный в белое золото, смотрел на нее с бархатной подушечки.
– Джонни! Где ты достал деньги?
– Это все, что ты можешь сказать? Не украл, если тебя волнует именно это. Железнодорожная компания предложила Сью Энн, Баку и мне семьдесят пять тысяч долларов в качестве компенсации за смерть отца. Брат и сестра согласились, так что мне пришлось взять свою долю. – В глазах его заплясали озорные огоньки, когда он кивнул на кольцо. – В этой коробочке одна пятнадцатая моей доли.
– Ты с ума сошел! Но оно такое красивое!
– Может, ты все-таки рассмотришь его повнимательнее?
Его настойчивость удивила Рейчел, но она все же присмотрелась к кольцу. Тончайшей белой ленточкой к нему была прикреплена крохотная открытка. Надпись на ней сделана рукой Джонни. Наклонив коробочку, Рейчел прочитала: «Выйдешь за меня замуж?»
Она подняла взгляд на Джонни, в глазах которого увидела трогательную смесь нежности и тревоги.
– Ну? – произнес он в ответ на ее молчание. Рейчел достала кольцо из коробочки, надела его на безымянный палец левой руки и обняла Джонни.
– Может быть. – Она поцеловала его в губы.
– Может быть? – Джонни, казалось, был обескуражен таким ответом, но, поскольку в этот момент он возвращал ей страстный поцелуи, Рейчел не могла сказать наверняка.
– Неужели ты думаешь, что тебе удастся ограничиться этой запиской? Если ты хочешь, чтобы я вышла за тебя замуж, будь любезен сделать мне предложение, как положено.
Джонни застонал.
– Я должен был принести цветы. Так я и знал.
Рейчел ущипнула его за плечо.
– Хватит шуток. Я говорю серьезно.
Он схватил ее за плечи и чуть отстранил от себя, так, чтобы видеть лицо Рейчел. Она сидела у него на коленях, и ее широкая юбка расстилалась по полу, как лепестки нарцисса. Рейчел уловила раздражение в его взгляде.
– Я тоже, – проговорил он.
– Итак?..
Он вздохнул.
– Хорошо-хорошо. Рейчел, ты выйдешь за меня замуж?
– Нет.
– Нет!
– Попробуй еще раз. Первое предложение прозвучало неубедительно.
– О Боже. Может, мне пасть на одно колено?
– Было бы замечательно.
– Ты шутишь?
Рейчел покачала головой. Мгновение он в упор смотрел на нее. Потом плутовская улыбка побежденного заиграла на его губах, он встал на одно колено и взял ее руку в свою.
– Рейчел, ты выйдешь за меня замуж?
– Уже лучше, но опять чего-то не хватает.
– Черт возьми, Рейчел! – Джонни свирепо взглянул на нее – совсем не так, как подобает жениху. Пальцы, державшие ее руку, сомкнулись в мертвой хватке.
Она устремила на него ясный и прямой взгляд.
– Джонни, ты любишь меня?
Он посмотрел ей в глаза, и взгляд его потеплел, хотя от Рейчел не ускользнуло, как напряглись его скулы, словно налившись свинцом. Было совершенно очевидно, что ее вопрос смутил его.
– Конечно. Само собой разумеется, раз мужчина делает тебе предложение.
Рейчел покачала головой:
– Я не хочу ничего само собой разумеющегося. Надеюсь, это последнее в моей жизни предложение руки и сердца, поэтому мне хочется, чтобы оно было сделано красиво. Если ты любишь меня, скажи. Скажи, ради всего святого.
– Рейчел… – начал мужчина, и в голосе его зазвучали нотки плохо скрываемой ярости. Судя по тому, как он прищурился и задумчиво смотрел на нее, Джонни тщательно взвешивал все, что собирался сказать. Потом, к удивлению и восторгу Рейчел, поднес ее руку к своему сердцу. Сейчас он был похож на сурового юношу, приготовившегося произносить торжественную клятву верности.
– Джонни?
– Тише. Разве ты не видишь, что я намерен обнажить душу? – Он нахмурился, повергнув ее в смущенное молчание, и, набрав в грудь побольше воздуха, начал:
Любовь, как роза, роза красная, цветет в моем саду.
