мы прошли через лианы, — продолжил я.
Все затаили дыхание, включая Чарльза.
— Вы хотите сказать, что за лианами все еще есть живые люди?
Наконец-то я понял, о чем они говорили.
— Лианы поглотили только Итан. Арис, Тит и Элм все еще существуют, — сказала Елена.
— Что? — Они все посмотрели друг на друга.
— Вы этого не знали?
— Они сказали нам, что мы были единственным местом, которое выжило. — Чарльз посмотрел на ковер.
— Они солгали, — сказал я.
— Подожди, — сказала Энни Елене. — Ты — дочь короля Альберта и королевы Катрины?
Она кивнула.
— Ты никогда не росла в Итане?
Она покачала головой.
— Я даже не знала, что нахожусь в Итане, когда была здесь раньше.
— Это многое объясняет, — сказала Энни. Ее лицо смягчилось. Она засмеялась, подбежала ко мне, прыгнула в мои объятия и крепко обняла меня за шею.
Я стоял ошеломленный.
— Просто обними ее, — одними губами произнесла Елена.
Мои руки нежно обвились вокруг спины Энни.
— Могу я спросить, откуда ты меня знаешь?
Она шмыгнула носом, хихикнула и отстранилась.
— Это я, — сказала она. — Желешка.
Я ахнул. Ни за что, черт возьми.
— Желешка? — Слово едва вырвалось наружу.
Энни кивнула. Констанс была неправа. Она больше походила на своего отца.
Я нежно обхватил ладонями ее лицо. Слезы навернулись у меня на глаза. Я поднял ее и закружил.
— Это действительно ты?
Она рассмеялась.
— Да.
— Где твой папа? — спросил я.
В комнате воцарилась тишина.
Она сжала меня крепче.
— Он погиб, пытаясь освободить короля Альберта, — пробормотала она мне в плечо.
Что?
Я поставил Энни на землю и посмотрел на нее.
— Король Альберт… все еще жив?
— Да, я думала… — Она уставилась на нас с Еленой, разинув рот. — Вы, ребята, не знали?
Король Альберт жив?
Мой взгляд метнулся к Елене, и выражение ее лица сказало мне, что она уже знала.
Энни приподняла мой подбородок, чтобы я посмотрел на нее.
— Даже не думай об этом, Блейк. Горан слишком силен, а поскольку Саадедин защищает короля Альберта, вам никогда не вытащить его оттуда.
Я высвободил свой подбородок из ее руки.
— Ты знала об этом? — сказал я Елене.
Она не ответила.
— Елена, ты знала, что твой отец все еще жив?
— Как ты мог этого не знать? Ты читал мои мысли, я не знаю, как долго, — закричала она.
— Тогда я этого не хотел. Я заблокировал это, помнишь?
— Подожди, — сказал Чарльз. — Ты можешь слышать мысли Элли?
— Больше нет! — Мы оба закричали.
— Папа заставил меня пообещать никому не рассказывать, — сказала Елена. — Он никогда не хотел, чтобы мы освобождали Итан, Блейк.
— Это не тебе решать. Это также и мое предсказание. По эту сторону есть семьи, которые… — Я хмыкнул. Она действительно была Мэлоун. Приводила в ярость. — Ты хотя бы знаешь, что это сделает с моим отцом?
— Ты не можешь сказать ему, Блейк. Если он знает, то сделает все возможное, чтобы миновать лианы.
— Ты думаешь, я этого не знаю? Я был там, Елена. Я знаю, что он сделает, это самоубийство.
Она вздрогнула.
— Пожалуйста, не говори ему.
Это было нелепо.
Энни погладила меня по руке. Она всегда знала, как меня успокоить.
— Откуда ты знаешь Блейка? — спросила Елена, сосредоточившись на растирании руки.
Мне показалось, что я уловил в этом вопросе некоторую ревность.
— Фу! — Ее тон заставил всех рассмеяться. — Не так. Он — мой кузен.
Елена выглядела пристыженной, когда Энни сказала это. И тут ее осенило.
— Подожди… ты — дочь Констанс?
Взгляд Энни снова метнулся ко мне.
— Мама все еще жива?
— Желешка, еще более удивительно, кто остался жив на этой стороне. — Я погладил ее по спине. — Мы должны вытащить тебя отсюда, твоя мама не может потерять вас обоих.
— Что насчет них, Блейк? Они тоже моя семья. — Она жестом указала на всех людей, собравшихся вокруг нас.
— Тсс, как ты думаешь, что мы здесь делаем? Мы не в отпуске, я могу тебе обещать.
Она рассмеялась, и все последовали ее примеру.
Парень, похожий на Жако, подошел ко мне первым.
— Меня зовут Маркус. Не могу передать тебе, что чувствую здесь внутри. — Он постучал себя по груди.
Женщина, которая шила, Гертруда, обняла меня, и я напрягся. Они ни капельки не заботились о личном пространстве.
Я обнял Тома. А еще был Август и другой его брат, тихий, Стивен. Август был тем идиотом, который выпустил хлороформ. Он также был тем парнем, которого я хотел поблагодарить за помощь Елене.
Наконец, старик вышел вперед.
— Добро пожаловать в наш дом, Блейк. Меня зовут Чарльз, Чарльз Бенсон.
— 39~
Я пожал ему руку.
— Ты — всадник Дэвида.
Чарльз уставился на меня.
— Мой дракон все еще жив?
— Папа. — Маркус подошел к нему и обнял одной рукой. — Проходи, садись. — Он подвел Чарльза обратно к креслу. — Мой отец уже не так молод, как раньше. Ты не можешь просто так вываливать на него подобную информацию.
— Я не подумал.
Я рассказал им все. Академия, Тит и музей в Элме, который был построен в честь Итана. Я напомнил им, какой была Пейя до той ужасной ночи.
Они ловили каждое слово.
Наконец я рассказал Чарльзу о Дэвиде и таверне.
Он рассмеялся.
Елена протянула Чарльзу пакет, который Конни дала ей этим утром.
— Я забыла. Конни хотела, чтобы это было у тебя.
Он достал первый попавшийся предмет. Это был «Динго» — бисквитный пирог с начинкой из сладчайшего фруктового джема. Он прочитал записку. На его лице расплылась улыбка. Со слезами, текущими по его щекам, он развернул обертку и застонал от удовольствия, откусив кусочек.
Все рассмеялись.
Мысль о том, что Динго может вызвать такую улыбку на чьем-либо лице. Через что они все проходили? Он передал Динго своей семье.
— Ешьте, пришло время праздновать.
— Все будут свободны. Мы вытащим вас всех отсюда, — сказал я.
— Мы не можем, — сказал Чарльз. — Совет соберется на следующей неделе. Они знают нас. Если они обнаружат, что кто-то пропал, то убьют всех.
Я расхаживал по комнате, пока он говорил.
— У нас больше нет убежища.
— Они знают обо всех вас? Елена упоминала что-то об убежище.
— Они нашли его три месяца назад, когда забрали Элль и Энни, — сказал Маркус. — Они сначала посмотрят туда.
— Маркус, — сказала Елена. — Где Дейзи?
— Успокойся, Элль, — сказал он. — Я имею в виду, принцесса. Она заснула, укладывая Кэсси в постель.
Она глубоко вздохнула.
— Здесь я — Элль.
— Ты не ответил на мой вопрос. Они знают о малышах?
Маркус покачал головой.
— Ники и Макс пожертвовали собой, как и Элль, чтобы
