умный мужик, но поступил как дебил!
— Я всего лишь хотел спасти брата…
— Для этого необязательно было жертвовать собой!
— Он бы все равно вколол эту дрянь одному из нас… — довольно тяжело дыша, вяло отвечает Терренс. — Кому-то из нас суждено было умереть.
— Хватит нести всякую дичь! Из-за этой дряни ты уже сам не знаешь, что несешь!
— Нечего было брать пример с братца и строить из себя героя, — уверенно добавляет Питер. — Мы боролись, чтобы выжить и спасти Кэссиди. А не умереть.
— Ракель была права, когда предупреждала меня об опасности. Она думала, что я считаю ее слова глупостью, но на самом деле это не так. Я помнил ее слова…
— А теперь подумай, что случится с Ракель, когда она узнает о твоем безрассудном поступке. Тебе не жалко ее? Бедняжка и так извелась из-за этого плохого предчувствия, а ты заставишь ее еще больше страдать!
— Знаю… Но она поймет меня… Поймет, что я хотел защитить Эдварда. Я не смог бросить его, когда он заявил, что хочет последовать за Уэйнрайтом. Даже предчувствуя что-то нехорошее, я не смог… У меня не хватило смелости… У меня заболело сердце…
— Послушай, брат, мы понимаем, что ты хотел защитить Эдварда, — с жалостью во взгляде говорит Питер. — Но ты, черт возьми, можешь умереть! Мы не знаем, что Уэйнрайт вколол тебе. Не знаем, сколько времени у нас есть.
— Посмотри на себя! — с ужасом во взгляде восклицает Даниэль. — Тебе все хуже и хуже! Ты слабеешь! Прямо как Кэссиди! Не удивлюсь, если он вколол вам одно и тоже!
— Не думайте, что я бы не сделал то же самое ради вас, — тихо отвечает Терренс. — Даже если бы на месте Эдварда был кто-то из вас двоих, я также был бы готов рисковать.
— Нам не нужны такие жертвы! — громко заявляет Питер. — Ты нужен нам здоровым! И все было бы хорошо, если бы ты не решил, что твоя чертова жертва что-то изменит. Какой черт тебя дернул? КАКОЙ? СКАЖИ МНЕ!
— Не черт, Роуз, а желание спасти брата. Брата, которого я люблю, и без которого не представляю свою жизнь.
— Слушай, все знают, что вы с МакКлайфом всегда встаете на дыбы, когда вас кто-то обижает, — спокойно говорит Даниэль. — Но ты поступил безответственно! Черт… Терренс… Мы теряем тебя… Ракель теряет тебя… Твои родители… Они с ума сойдут, если ты погибнешь!
— Посмотри на Эдварда! — отчаянно добавляет Питер. — Как он рвет и мечет! Да МакКлайф сейчас со злости придушит Уэйнрайта голыми руками!
— Как и я, если Кэссиди умрет, — низким голосом произносит Даниэль.
— Она не умрет, Даниэль, — тихо отвечает Терренс и пару раз прокашливается. — Твоя сестра будет жить.
— Никто не умрет, Терренс, слышишь! — восклицает Питер. — Никто! Ни ты, ни Кэссиди! Мы любой ценой доберемся до больницы. Только держись! Знаю, тебе очень плохо, но подумай о тех, ради кого ты должен жить.
— Боюсь, я не смогу продержаться… Слишком далеко… — Терренс прикладывает руку ко лбу и мучительно выдыхает, выглядя же очень бледным и слабым, пока его головокружение только усиливается, во рту появляется горечь, а к горлу подступает тошнота. — Ох, черт… Меня тошнит…
— Все будет хорошо, брат, — уверенно обещает Даниэль, крепко сжав плечо Терренса. — Мы сделаем все, чтобы помочь тебе.
— Не надо… Я все равно умираю…
— Закрой рот, МакКлайф! Закрой! Мы не можем потерять тебя! Не можем!
— Простите, что так получилось, ребята, — с жалостью во взгляде смотря на Даниэля и Питера, который он видит слегка размыто, отвечает Терренс. — Но, похоже, это конец… Бороться больше нет смысла…
— Нет! — резко замотав головами, с ошарашенными глазами отчаянно вскрикивают Питер и Даниэль.
— Не сдавайся, Терренс, слышишь! — срывается на крик Даниэль. — Ты не можешь, черт возьми, умереть! Мы должны выбраться отсюда все вместе! Живыми!
— Эта козел Уэйнрайт не может выиграть, — отчаянно добавляет Питер. — Не позволяй ему одержать победу еще и над тобой!
— Для меня это конец… — обреченно говорит Терренс. — Я проиграл в этой борьбе… Но вот у вас с Эдвардом еще есть шанс остановить этого козла.
— Заткнись, МакКлайф! — восклицает Даниэль. — Никто не проиграл! Пока мы живы, мы все еще в игре! Мы не проиграли!
— Нет, Перкинс. Я выбыл.
— Хватит, Терренс, хватит! — срывается на крик Питер, вцепившись в свои волосы. — Ты уже довел Эдварда до истерики, а сейчас хочешь сделать это со мной и Перкинсом!
— У меня к вам одна просьба… — Терренс медленно приподнимается с большим трудом, хлопает Даниэля и Питера по плечу и сжимает их одновременно. — Не позволяйте Эдварду умереть. Пожалуйста, ребята, сделайте все, чтобы этот козел ничего с ним не сделал. И защищайтесь сами. Не смейте умирать.
— Все будет хорошо, Терренс, мы выберемся отсюда, — обещает Даниэль.
— Я верю, братцы. Вы трое — мои братья. И я хочу, чтобы вы жили и продолжили наше дело. Продолжили выступать с концертами и сделали ее известной.
— Все, МакКлайф, довольно! — громко восклицает Питер, берет Терренса за плечи и встряхивает его с широко распахнутыми глазами. — Ты не умрешь! Не умрешь!
— Мы не бросим тебя! — добавляет Даниэль. — Пока мы рядом, с тобой ничего не случится!
— Все кончено… — умирающим голосом отвечает Терренс. — Все кончено…
Пока тяжело дышащие Даниэль и Питер с ужасом в глазах переглядываются между собой, Терренс, опираясь на локоть, медленно переводит взгляд в сторону и видит Эдварда, который падает на землю после сильной пощечины Юджина и вынужден отбиваться от противника, стиснув зубы.
— Пожалуйста, парни, помогите Эдварду, — тихо просит Терренс. — Ему нужна ваша помощь…
Терренсу резко ложится на землю и после этого больше не пытается встать, держась за живот и мучаясь от желания прочистить желудок. В это время Эдвард продолжает ожесточенно бороться с Юджином, не обращая внимания на жуткую усталость, из-за которой он хочет упасть, и будучи одержимым лишь местью за страдания его брата. К сожалению, он не всегда избегает больных ударов и падений, от которых его локти и колени содраны до крови, а мышцы адски болят при малейшей нагрузке. Преступник прекрасно понимает, что сейчас он доминирует и в какой-то момент в какой-то момент настолько грубо швыряет парня на землю, что тот сильно ударяется спиной и затылком и даже вскрикивает от боли.
— Теперь пришел твой черед, щенок, — с хитрой улыбкой уверенно говорит Юджин и залупляет Эдвард очередную сильную пощечину. — Ты сдохнешь вслед за своим братцем.
Юджин начинает дико смеяться, возвышаясь над обессиленным, тяжело дышащим Эдвардом, поднимает руку со шприцем к верху и пытается воткнуть ее в руку парня. Но в последний момент
