рту евших. Некоторые из экзегетов считали, что рыбы и хлебы умножались в руках у учеников Христа, раздававших их народу. Иудейские хлебы были широкие и тонкие, похожие на лепешки, поэтому их при раздаче народу преломляли. В Евангелиях указывается 12 коробов с оставшимися хлебными кусками, а у Марка, кроме того, говорится еще и об остатках рыб. Число коробов соответствует числу апостолов, присутствовавших при чудесах. Что касается упоминания таких предметов, как короба, то экзегеты считают, что иудеи действительно пользовались коробами во время путешествий. Указанные здесь 12 коробов принадлежали, вероятно, 12 апостолам (см.: Толковая Библия. Т. 3(8). С. 262, 263).
388
В тексте — «руковети» — сербохорв. руковет — «пригоршня, горсть, пучок колосьев». По всей видимости, преступление божьей заповеди переосмысляется через образ падения Сатаны вместе с подчиняющимся ему ангельским чином. Здесь мы имеем дело с аллегорическим способом выражения мысли. Свечу следует, видимо, понимать как жертвенную смерть Христа, взявшего на себя плотские человеческие грехи. Свеча — символ плотского, огонь — символ ангельского, духовного начала. Христос принес в жертву свою человеческую плоть так же, как и у свечи сгорает воск.
389
Иоанн Креститель — последний из предвозвестников прихода Христа, пустынник и аскет (Лук. 1, 80; Мат. 3, 4), проповедовал в 27-28 гг. н.э., в правлении Тиберия. Иоанна Крестителя следует понимать как пророка новозаветного, связавшего Ветхий и Новый заветы. В пятнадцатый год правления Тиберия Иоанн, подготовив себя постом и молитвою к высокому служению, выступает в качестве предтечи Мессии. Он совершает в реке Иордан обряд крещения, символизирующий отпущение грехов. Высокий смысл служения Иоанна заключался в нравственном подготовлении людей к принятию высшего духовного крещения. В числе других приходит принять крещение еще никому не известный Иисус Христос. Во время крещения Иисуса Христа Иоанн, исполнившись Духа Святого, увидел Агнца Божьего и оповестил об этом иудеев. Иоанн Креститель, обладая высокой степенью смирения, постоянно подчеркивал, что он только предтеча Мессии, у которого он «недостоин развязать ремень обуви» (Лук. 316; см.: Настольная книга священнослужителя. Т. 4. М., 1983. С. 714).
390
Христос принес себя в жертву ради спасения евреев, которые его не приняли. Следовательно, его спасительная миссия распространяется на другие народы, а символом спасения является крест — «орудие спасительной смерти Иисуса Христа, символ Нового завета, символ победы над смертью, пересечение Небесного и земного, знаменующего собой предвечную тайну основания Вселенной». Весь жизненный путь верующего есть познание креста как основы спасения. Праведный человек в конце своего жизненного пути может сказать: «Я сораспялся Христу, и уже не я живу, но живет во мне Христос» (Гал. 2, 19-20; см.: Настольная книга священнослужителя. Т. 4. с. 724).
391
В Св. Писании приводятся многочисленные высказывания Иисуса Христа об Иерусалиме. Иерусалим при этом понимается и как небесное царство, и как новозаветная церковь Христова. Так, например, в Евангеии от Матфея речь Христа имеет пророческий характер о судьбах мира и Иерусалима. Она представляет собой заключительную часть обличительной речи против фарисеев: «Иерусалим, Иерусалим, избивающий пророков и камнями побивающий посланных к тебе! Сколько раз хотел я собрать детей твоих, как птица собирает птенцов своих под крыльями, и вы не захотели! Се оставляется вам дом ваш пуст» (Мат. 23, 37). В Евангелии от Матфея Христос предсказывает опустошения Иерусалиму, ибо иудеи не следуют за ним и не исполняют его заповеди. Эти же слова несколько раз были повторены апостолом Павлом, автором Деяний (Деян. 1, 4—8). В Евангелии от Луки (Лук. 13, 34-35), как считают экзегеты, Христос обращается к Иерусалиму и говорит о том, что не придет на помощь ему, в каком бы тяжелом положении ни оказался город. Он не обратит своего взора к Иерусалиму до тех пор, пока весь народ не раскается в неверии, но будет это уже перед вторым его пришествием (см.: Толковая Библия. Т. 3(8). С. 363; Т. 3(9). С. 216).
392
Имеется в виду богочеловеческая природа Иисуса Христа, не имевшего земного отца. Причастность Бога к рождению Христа наиболее ярко раскрыта в евангельских сюжетах Благовещения и Рождества.
393
Ответ представляет собой соединение разных сведений, приводимых евангелстами о пиршестве Христа перед Пасхой в доме Симона-прокаженного. В Евангелии от Луки, которому ближе всего соответствует текст нашего памятника, рассказывается о том, что, когда Христос был в гостях у Фарисея Симона, в дом вошла жившая в том городе грешница. Она принесла сосуд с миром (маслом благовонным) и мазала им ноги Христа, и обливала их слезами, и отирала их «волосами головы своей» (Лук. 7, 37-40). Имя грешницы Лука не называет. Евангелист Иоанн, наоборот, повествует о том, что перед еврейской Пасхой среди гостей в доме Симона вместе с учениками Христа присутствовали две женщины. Одна из них была Марфа, которая служила, другая — Мария, которая была приглашена среди других гостей. О Марии сообщается, что она взяла благовонного масла, помазала им ноги Иисуса и отерла их своими волосами (Иоан. 12, 1-3). Поступок, который совершила Мария, считался предосудительным с точки зрения еврейской этики.
Таким образом, она повторила поступок грешницы, о котором повествует Лука (7, 38). Об этом и идет речь в комментируемой статье апокрифа.
394
Согласно каноническим Евангелиям, в отличие от данного апокрифа, мироносицами считаются: Мария Магдалина, Мария, мать Иакова, Саломия (мать Иоанна) (Map. 1, 12; Лук. 24, 10). Эти женщины приходят с благовониями (приносят миро), чтобы помазать тело Христа. Придя к месту, где был захоронен распятый Христос, они находят гробницу пустой, а Христа воскресшим.
395
В греческих списках толкования евангельских притч тгрб^ t6v 6elva (дина) — «к такому-то», «к кому-то». Это выражение встречается только в Евангелии от Матфея (у других евангелистов отсутствует). Известный немецкий экзегет Цан считает это выражение равнозначным «имярек» (см.: Толковая Библия. Т. 3(8). С. 408, 409).
396
Имеется в виду евангельские сведения о взятии Христа римскими легионерами, когда Иуда целует Христа и таким образом дает знак воинам, осуществляя замышленное им предательство учителя (Лук. 22, 47-48). Поведение апостола Петра, как известно, состояло в отречении от учителя, которое задолго до того было предсказано Христом (Лук. 22, 58-61). Этот восходящий к Евангелиям апокрифический сюжет воспроизведен многими писателями, например, Н.С. Лесковым:
