— Вы не убийца, — внезапно очень серьезно сказал он.
— Вы так думаете? — озлобился я. Этот юнец осмеливался делать такие выводы — на основе чего? Своей веры в меня, такого благородного короля древности?
— Да, думаю, — ответил он, словно бы не замечая моего тона.
— Вы ошибаетесь. И прекратите мерить меня своей меркой. Я убивал, и не раз. И даже не два.
— Но не за разговоры же.
— И за них тоже. — Я понизил голос. Вспышка ярости прошла, будто ее и не было. — Когда был королем. В особенности за них. Никогда не любил изменнических сплетен.
— Все, что делает правитель, по определению не может быть плохим, греховным либо неуместным. Его поступки святы и безупречны. — По его лицу невозможно было понять, шутит он или нет.
— То есть, когда я приказывал вешать только лишь заподозренных в измене, ужесточил меру наказания за воровство до отрубания руки и казнил направо и налево — я вершил высшее правосудие? Или с меня просто как с короля взятки гладки?
— И то и другое.
— Да вы, Вито, завзятый монархист!
— Да уж точно не последователь общинного строя, как у горцев… А от Локрелеонского Парламента меня вообще тошнит.
Ну, как на такого злиться?
— Вот посидите с годик под молодым корольком, сами в Локрелеон к Тобиасу запроситесь…
Вито страдальчески наморщил нос.
— Мы надо мной издеваетесь, мессир. Так и подбиваете снова сделать ТО предложение… затем, чтобы в грубой форме послать куда подальше?
— Ты слишком большого о себе мнения Вито. Я просто констатирую факты и ни на что тебя не подбиваю. Мы, кажется, закрыли эту тему еще вчера?
— Похоже, ваши чулки уже высохли, — с обворожительной, но очень холодной улыбкой сказал Вито. Я ответил ему такой же.
— Благодарю.
Мимо пронеслись два поваренка, неся над головой на вытянутых руках огромное блюдо с целующимися лебедями. Еще один неподалеку выпрашивал у старшего повара обрезки от коржей — они пекли торт. Стучали крышки от котлов — в том числе и об нерадивые головы. В горячке спора с Советником я не замечал шум и суету вокруг. Да и на нас никто не обращал внимания. Ну, почти. Одна красотка с пышным бюстом, едва не вывалившемся из корсажа при очередном взмахе половником, состроила мне глазки.
— Вито, Вы мне обещали, помнится, хлебцы с вином… — он встрепенулся, хлопнул себя по лбу и привстал. Но я остановил его: — Забудьте о них. Видите вон ту краснощекую, крутобокую королеву супов? Если мы сейчас же отсюда не уберемся, она прискачет с миской горяченького и, не успеете Вы оглянуться, женит меня на себе. За тарелку ароматного бульона я сейчас готов даже на это…
Я поспешно натянул чулки и туфли. Они оказались впору.
— Это та, что сейчас облизывает губки и оглаживает грудь? — усмехнулся Советник.
— Да-да, и подмигивает… — я вздрогнул и вскочил. — Пойдемте. Поесть я смогу и в зале, вместе со всеми. Ну что за напасть, — пожаловался я, протискиваясь между ругающимися дворецким и Главным поваром, — мне всегда нравились стройные, как кипарисы, нежные, как персик, девы с туманным взором… А сам я привлекаю пышнотелых собственниц с цепкими ручищами…
— А что такое кипарис? — только и спросил Вито.
Отвечать я не стал, потому что мы свернули в коридор, полный придворных, и, лавируя меж ними, пошли по направлению к главной зале. По привычке я стал вслушиваться в разговоры кавалеров и дам. Когда я был молод и только учился искусству дворцовой интриги, первое, что я уяснил, была истина: 'Основа удачного правления — информация'. Кажется, я уже об этом упоминал, ну да ладно.
Искать знакомых не было смысла, и все же я нет-нет да провожал взглядом какого-нибудь напыщенного дворянина, или рассматривал лица сплетничающих парочек. Попутно отметил, что замок к такому торжественному событию украсили — всюду стояли вазы с человеческий рост, с цветами; гобелены, картины, доспехи. И из окон не дуло… Мы с Вито прошли по длинному коридору, огибающему главную королевскую залу, встретив по пути не меньше пяти десятков придворных — и ни один из них не перемолвился с Вито ни словечком. Даже не поздоровался. Готов побиться об заклад, многие, натыкаясь на него взглядом, отводили глаза.
— Почему нас игнорируют? — шепотом спросил я, дернув Вито за локоть и притянув к себе.
— Меня тут не очень то… любят, — с еле заметной искрой смеха прошептал он в ответ, — к тому же большая часть этих господ меня вообще не знает. Они из Локрелеона.
— Что? — не удержавшись, я повысил голос, но, к счастью, мы уже вышли через большие позолоченные двери на большую террасу. Гостей там было поменьше — все же вечер уже почти наступил, солнце опустилось к горизонту, и было прохладно. Вито спустился по лестнице, ведущей с террасы в сад, всего на пару ступенек, но этого оказалось достаточно, чтобы укрыться за большой каменной вазой с фруктами, стоящей на балюстраде.
— Это подданные короля Тобиаса, который почтил нас своим присутствием еще позавчера, и будет почитать им еще неделю как минимум.
— Я в курсе, что Тобиас сейчас… Вито — что он тут делает? Первый раз на моей памяти… Мы же воевали с ним четыре года назад? Я запутался, — признался я. Опершись о балюстраду, я стал так, что со стороны казалось, будто я просто любуюсь георгинами и астрами, растущими на огромных клумбах внизу.
— Пути политики запутаны и порой приводят нас в неожиданные места, — туманно сообщил Советник и замолчал. Через мгновение я понял, почему.
— Сударь…? — вопросительно поинтересовались за моей спиной. Я оглянулся. Стражник с мерзкой харей, но в вычищенном мундире.
— Все в порядке, — Вито поднялся повыше. — Он со мной.
— Прошу прощения, милорд, — стражник козырнул и пошел восвояси.
— Какой подозрительный, — отметил я, и тут, вспомнив кое-кого, довольно нервно стрельнул глазами туда-сюда. — Вито, скажите, а капрала Грейфуса тут случайно, нет?
Советник улыбнулся.
— Конечно, нет. Он далеко на севере, изучает выпадение осадков.
Мы захихикали, ну точь-в-точь родственники. Я хотел было снова спросить у Вито насчет Тобиаса, но тут на него, неосмотрительно показавшегося из-за вазы, набросилась проходившая мимо дама в летах.
— Советник! Милорд! Я хотела у Вас спросить…
— Хочу представить Вам, миледи, моего дядю, почтенного…
— Креспиан, Дональд Креспиан, — подхватил я, избавляя Советника от необходимости напрягать фантазию, и поклонился.
— Очень приятно, но я… — начала дама.
— Позвольте выразить Вам мое восхищение, миледи — вы прелестно выглядите, — скороговоркой оттарабанил Вито и махнул рукой в сторону залы, — однако Вам, наверное, лучше пройти внутрь, тут так свежо…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
