Читаем без скачивания Великий и Чёрный Инквизитор (СИ) - Алексей Завальнюк

— Керин, неужели это правда? — в голосе Сейта сквозил ужас.

— Да. Хабек сам рассказал мне об этом, тогда-то я и ополчился против Экзеля. Хорошо, что мы с ним помирились, было бы обидно потерять такого ученика из-за своей глупости.

— Лита, — Янрин встала на одно колено перед ученицей и с болью посмотрела ей в глаза. — Молю тебя, прости меня, но я должна это спросить. Возможно, ли ещё избавиться от твоего ребёнка, не повредив тебе?

— Янрин! — Сейт и Керин почти синхронно топнули ногой, гневно смотря на напарницу, но Лита, лишь печально покачала головой.

— Я догадывалась, что дело может обернуться именно так, поэтому долгое время скрывала это ото всех. Мой срок уже три месяца. Ещё пара дней и я не смогла бы скрывать это от Экзеля.

— Янрин, мы не должны об этом даже думать. Этот ребёнок должен жить. Он достоин жизни.

— Керин, у нас двойная дилемма. Если мы не устроим побег, от Литы, избавится Конклав, а единственное место, куда она может бежать, это на родину. Но Нольондцы никогда не позволят родиться ребёнку Ардаэль. Они кровные враги. А королева Эстельера Лаэльская никогда не дозволит преступить границу осквернённому с её точки зрения Эльфу.

— Янрин, мы должны попытаться. В лесах Нольонда, у меня есть несколько друзей, я некогда спас им жизнь. Если нам повезёт, Лита и её ребёнок будут в полной безопасности.

— Наставник, леди Янрин, эльфы отреклись от меня, но мои человеческие родственники получили письмо от моей матери, в котором говориться, что в день своего шестнадцатилетия, я должна пройти обряд эльфийского посвящения. Мне исполняется шестнадцать в августе. Эльфы никогда не тронут ребёнка, не прошедшего обряд. Это знак самой судьбы. Я буду бороться за жизнь нашей дочери, ведь Экзель до последней капли крови защищал бы наше дитя.

— Странно это всё. Обряд эльфийского посвящения проходят в возрасте от двадцати и дальше, а ты получаешь такое приглашение. В твоей истории вообще много необычного.

— Не важно, Янрин. Лита, я напишу письмо Аделу и Гилтарису, они приближённые самой королевы и они выполнят любую мою волю. Ты должна любой ценой переубедить королеву. Если ты не справишься, тебе придётся бежать из королевства. Сейчас иди, подготовься к дороге. Я собираюсь оформить твой отъезд к обеду. Сейт, ты поможешь мне написать поддельное письмо для Хабека.

— Чего? — Сейт сделал вид, что не понял, но Керин уже выскочил за дверь

Спустя два часа, в кабинете лидера Конклава.

— Ну что, Керин, чем порадуешь меня сегодня? — спросил Хабек, при этом вид у него был довольный, как у кота добравшегося до валерьянки.

— Я не понимаю тебя, брат. Сначала ты просишь меня остановить Экзеля, затем, вдруг меняешь своё мнение и отпускаешь его в этот гадюшник. Неужели ты надеешься, что он будет бездействовать, из-за того, что ты отдал ему приказ?

— Разумеется, он будет действовать, Керин. У меня почти не осталось профессионалов, все помогают Амиладжар в борьбе с внезапно восставшей нежитью. Экзель прекрасно подходит для выяснения и устранения возникшей проблемы. Я не удивлюсь, если узнаю, что император нанял его, наделив соответствующими полномочиями, и отправил в Брандор.

Керин слушал своего брата и поражался изощрённости его ума. Всё то, что он хотел от него скрыть, было не только известно Хабеку, но и заранее им запланировано.

— Керин, есть ещё что-нибудь помимо Экзеля? — этот вопрос вернул наставника в реальность.

— Есть. Пришло письмо из Нольонда. Правящая династия Алинэльдорин просит на восемь месяцев освободить от обучения Литу Алинэльдорин, с целью прохождения обряда посвящения и возможного возрождения эльфийского бессмертия.

— Правда? — Хабек ненадолго задумался. — Экзеля сейчас нет, и отъезд Литы, может вызвать у него очень негативную оценку. Это нельзя на время отложить?

— Боюсь, что нет. Ей скоро исполнится шестнадцать, а обряд требует подготовки. Чем раньше она уедет, тем лучше. Экзелю пора привыкнуть к работе в одиночестве. Лита не вечно будет с ним, а если он вернётся, Лита, может передумать, и останется с.

— Пожалуй ты прав. Я думаю, что это поможет нашему делу. Я подпишу приказ.

Керин протянул Хабеку тщательно подделанную бумагу и тот, пробежав по ней глазами, поставил свою печать.

— Когда ты собираешься её отправить? — спросил он у Керина.

— Я думаю, ближе к обеду. Я должен устроить сопровождение до Астига, оттуда она доберётся за несколько дней, я думаю, эльфы встретят её.

— Хорошо. Имей в виду, Лита самая важная особа, она не должна пропадать из виду слишком надолго, Экзель этого не перенесёт.

— Я знаю это лучше тебя. Я уже всё подготовил для того, чтобы Экзель не был сильно шокирован.

— Я на тебя надеюсь, Керин. Можешь быть свободен.

Керин вышел за дверь и облегчённо перевёл, дух. Первая часть его плана удалась на славу, пришла пора, перейти ко второй.

Несколько часов спустя.

Лита и Керин стояли перед главными воротами, шли последние приготовления. Лита уже со всеми попрощалась, один лишь Джером догадался, что тут всё не так просто, но он пообещал Лите сохранить её тайну.

— Лита, вот необходимые бумаги для путешествия через таможню, вот грамота дающая тебе право ночевать в лучших гостиницах империи, а это, — он протянул два письма скреплённые сургучной печатью, — письма для Гилтариса и Адела. Лита, я также осмелился написать письмо самой Эстельере, она должна помнить меня по памятному походу против Эйсара. Я уверен, что она попробует избавиться от твоего ребёнка силой, но я надеюсь, что моё письмо заставит её задуматься.

— Я на это тоже надеюсь, наставник. Хотя весьма сомнительно, чтобы гордая эльфийская королева прислушалась к мнению смертного.

Керин горько усмехнулся, решая не говорить о связи смертного Инквизитора с королевой эльфов.

— Держись, Лита. Я думаю, что боги послали тебе это испытание не спроста. Возможно, в будущем мы поймём, что так было действительно лучше.

— Мне больно, наставник. В моей душе бушует буря эмоций и все они сплошь боль и печаль. Какая страшная участь уготована мне и моему ребёнку? Позор и гонение со стороны моих собратьев. Она всегда будет видеть его, и её страдание тенью ляжет на меня. Простит ли меня наша дочь? Сможет ли она понять и простить меня за то, что я уготовала ей в этой жизни?

Керин не знал, что ответить на вопрос несчастной эльфийки чей жребий был не многим слаще его. Он не умел смотреть в будущее, а даже если бы и умел, вряд ли, то, что он увидел, помогло бы утешить её.

В этот момент со стороны конюшен послышались звуки какой-то возни, и дикий вопль конюха потряс окрестности: — Молния взбесился!

Тяжеленная дверь, ведущая к стойлам, распахнулась от страшного удара и к наставнику галопом прискакал конь Экзеля. Молния излучал яркий фиолетовый свет, его мудрые глаза сурово смотрели на Литу, но если присмотреться к нему, можно было увидеть лёгкое сожаление.

— Принцесса Лита, Керин Андерсен, — голос коня звучал в мозгу заговорщиков. — Его величество серьёзно обеспокоен вашими планами. Ребёнок принца должен родиться живым и невредимым, поэтому, Князь Тишины велел мне сопроводить принцессу домой, и изъявить его волю королеве лично.

— Молния… Что всё это значит? — Керин знал об уникальности коня Экзеля, но даже он не ведал всей его истории.

— Князь Тишины, наделил меня печатью своего посланника, вы можете не бояться нерадушного приёма.

— Молния, но как ты можешь быть уверенным, что королева станет слушать коня? — спросила Лита и глаза коня засверкали.

— Много веков назад, миледи, я был эльфом, не менее остроухим и высокомерным чем Нольондцы. Я правил своим собственным миром, но моя гордыня навлекла на меня гнев Князя, и я был превращён в коня. Королева Эстельера верно служит Князю, одно моё появление поставит её на место, не говоря уж о приказе его величества.

— Но что будет, если Хабек узнает, что ты внезапно сорвался с места и решил лично сопроводить Литу? — спросил Керин, который явно не понимал, что здесь происходит.

— Я — Божественный конь и имею право исчезать и появляться когда хочу и где хочу, наставник Андерсен. Я думаю вполне естественно, выглядит то, что я провожаю женщину своего мастера.

— Боги благоволят тебе, Лита. Это просто прекрасный шанс. Ступай домой.

— Спасибо наставник. Я буду вам писать. Передавайте наилучшие пожелания моему Экзелю.

— Помни, Лита, до тех пор, пока лидером Конклава является мой брат, Экзель не должен знать о рождении дочери. Ты поняла меня?

— Повинуюсь, наставник, — грустно усмехнулась она. — Видимо в нашем роду такая наследственность, расти без отца.

— Прости меня, дитя. — Керин поцеловал Литу в щёку и в глазах его блеснули слёзы. — Береги её, Молния!