и она наклонилась и взяла его в рот. Внимание ее талантливых губ и языка быстро заставило его затвердеть еще сильнее, и она начала мне медленно отсасывать.
Я откинулся на спинку сиденья и положил правую руку ей на затылок. Я положил левую руку на спинку сиденья и просто наслаждался ощущениями, которые она сосала мне член. Мне потребовалось много времени, чтобы кончить, и Сьюзан, казалось, наслаждалась каждой минутой, засасывая так глубоко, как она могла, а затем медленно посасывать его головку.
Когда я кончил, я приподнял бедра и опустил голову, засунув свой ствол глубоко ей в горло. Она застонала и я снова кончил. Мой оргазм был не таким интенсивным, как раньше, но он, казалось, длился гораздо дольше.
Когда я закончил кончить, Сьюзан немного подняла голову. Я опустил ее голову и наслаждался чувствами, когда она уделяла мне внимание.
Наконец, когда я снова стал мягким, она подняла голову и улыбнулась мне.
— Я надеялась, что ты сохранил немного для меня, — сказала она, откидываясь на спинку стула и поправляя блузку.
Я глупо кивнул, ухмыляясь, и надел шорты.
Я ехал со Сьюзан всю дорогу до ее дома и выгрузил припасы из задней части универсала, пока она вошла внутрь и разделась. У нее было несколько тяжелых мешков мульчи и почвы для горшков, куча круглых четырех-четырех краев, кирпичи, шлакоблоки, коробки гвоздей и многое другое в коробках. Я даже не задавался вопросом, для чего это все, поэтому я аккуратно уложил его на одну из стен гаража.
После того, как я закончил, Сьюзан вышла поблагодарить меня, и вскоре я вернулся в нашу хижину. Я хотел снять одежду и посмотреть, смогу ли я найти Джину.
***
В следующую пятницу, за день до нашего похода в карьер, я помогал Сьюзан перевезти кое-какие припасы из поездки в хозяйственный магазин. Она ставила новую посадочную грядку и заставляла меня перемещать мешки с мульчей и пограничными рельсами (округлые четыре на четыре).
Когда мы закончили двигать все, мы сели и выпили стакан лимонада у нее во дворе.
—Твоя мама сказала мне, что завтра ты идешь в карьер, — сказала Сьюзан.
Я кивнул, удивляясь, к чему все это.
—Только ты и Джина? — хитро спросила она.
Я покраснел и краем глаза увидел, как она улыбается мне. Я покачал головой.
—Манфред и Дженни тоже поедут.—
—Оу.—
Она позволила тишине затянуться.
—Мне всегда нравился карьер, я ходила туда, когда был в твоем возрасте.—
Я удивленно взглянул на нее.
Она засмеялась и кивнула. — Знаешь, когда-то я тоже была в твоем возрасте, — сказала она жалобно, все еще улыбаясь мне.
Я снова покраснел.
—Значит, у вас с Джиной все накаляется?—
Я пожал плечами.
—Ты действительно этого хочешь? —спросила она, лукаво улыбаясь.
Я быстро кивнул.
—Хочешь совет?—
Я снова кивнул.
—Хорошо, вот что ты делаешь...—
***
Позже той же ночью Манфред, Дженни, Джина и я играли в бильярд. Никто из нас не хотел ложиться. Джина и Дженни уже приготовили обед для пикника, так что мы могли уехать сразу после завтрака на следующее утро. Игра закончилась, и Манфред пошел проводить Дженни обратно в ее каюту.
—Хочешь сыграть в другую игру?— Спросила Джина, как только Манфред и Дженни ушли. Затем она закрыла рот рукой, зевая.
Я улыбнулся ей и покачал головой. —Я думаю, что собираюсь лечь спать, — сказал я. —Хочешь прогуляться со мной?—
Она на мгновение задумалась и кивнула.
Я знал, что оба моих родителя были на крыльце клуба, разговаривали с родителями Джины. Эрин и ее друзья играли за столом в дальней части клуба. И я горячо надеялся, что сестры Джины, Кары, не будет в их хижине.
Когда мы с Джиной поднялись на холм к нашим домикам, я осторожно протянул ей руку. Моя рука дрогнула на мгновение, когда моя кожа впервые коснулась ее. Я подумал, что она отнимет руку. Но она быстро провела пальцами по моим, и я почувствовал, как мое сердце екнуло.
Я весь день репетировал то, что хотела сказать. Сьюзан помогла мне с общей идеей, но слова будут моими. Я просто надеялся, что не подавлюсь и не буду выглядеть идиотом.
Я не помню ни одного шага, чтобы подойти к ее каюте; мой разум яростно работал, повторяя и снова повторяя то, что я хотел сказать. Когда я подняла глаза и поняла, что мы в ее каюте, я чуть не сбежала. В хижине было темно, и я подумал, что кара должна быть где-то в другом месте. Я немного расслабилась. Но только совсем немного.
Мы поднялись по ступенькам на затемненное крыльцо, и я глубоко вздохнул. Это было сейчас или никогда. Я повернулся к ней и держал ее за руку.
—Я... —Я сглотнул и откашлялся. —Я действительно с нетерпением жду завтрашнего дня, — сказал я наконец.
Джина посмотрела на меня и улыбнулась.
—Но не по какой-то нормальной причине. В смысле, нормальные причины, как будто ты очень, очень красивая. Не из-за этого.—
—Я имею в виду, что это так. Прекрасно, именно так. Но не поэтому я с нетерпением жду завтрашнего дня. Я имею в виду, что это одна из причин, но это не большая, — сказал я, молча молясь, чтобы меня не отшили.
Глаза Джины расширились, и я почувствовал, как дрожат ее руки.
—И это не то, — сказал я, словно читая ее мысли. —Я имею в виду, это... —Ее глаза снова расширились. —Но это не так. Я хочу, действительно хочу. —Ее рука снова дрожала, и я отчаянно боялся, что она от меня отстанет. — Но еще нет, — быстро добавил Я. —Она расслабилась, но лишь немного. —Во мне нет особого смысла, не так ли?— Я одиноко просил об этом. (Пр.Пер Очень странные диалоги… хотя мож так и надо, от ведь типо волнуеться перед ней)
Она отрицательно покачала головой.
—Я думаю, то, что я пытаюсь сказать, плохо, — уныло улыбнулся я, — это то, что я действительно просто хочу быть с тобой. Мне нравится с тобой разговаривать. Иногда мне нравится лежать рядом с тобой, зная, что ты рядом. Что бы ни случилось завтра будет. Я просто хотела, чтобы ты знала, что я буду счастлива, просто зная, что ты со мной.—
Наконец, к счастью, я решил закрыть рот. Я ждал, когда она побежит, или засмеется, или того хуже. Однако примерно через две секунды после того, как я
