– Если б не эти фараданцы, были бы уже в Беларе. Ну отчего этим идиотам понадобилось объявлять войну в столь неподходящее время?
– Дикари-с, – флегматично заметил шут. – Нам еще повезло, мой высокородный друг, что мы вовремя успели удрать от этой конницы. Ребята серьезно были настроены, порубили бы в мелкую крошку или даже в капусту.
Громкий рев оборвал их увлекательный диалог. Принц мгновенно выхватил меч, шут последовал его примеру. Рев прозвучал ближе, затрещали, ломаясь, кусты. Еще миг – и на поляну вывалил здоровенный медведь. Озадаченно зарычал на принца – похоже, людей давно не встречал и не мог решить, что делать дальше.
– О! Мясо халявное, – обрадовался шут.
– Уверен, что он о тебе то же самое думает, – мрачно ответил принц, отступая на шаг. – Ты хоть знаешь, как на медведя надо охотиться без собак, лошадей и пик?
– Я слышал, можно яму вырыть, – неуверенно ответил Лемур.
– Конечно. А медведя подождать попросим.
Упомянутый зверь радостно взревел и поднялся на задние лапы. Зверюга, прямо скажем, попалась знатная. Большая зверюга попалась. И голодная вдобавок. Да притом еще черного цвета. Принц попытался припомнить, не ядовиты ли черные медведи, но знания на эту тему отсутствовали. Оно и понятно, он все-таки принц, а не Большая Квармольская Энциклопедия в двадцати пяти с половиной томах.
– Тебе чего? – заорал на него шут. – Сядь, не мешай людям разговаривать.
Медведь озадаченно покрутил башкой и исполнил приказ.
– Дикий совсем, – пожаловался шут. – На приличных людей бросается. Мы ведь приличные люди, правда, ваше голодное высочество?
– Может, обознался? – предположил принц, подозрительно косясь на медведя.
– Как же нам это халявное мясо завалить-то? – перешел Лемур к животрепещущей теме.
– Мечом тяжело, может когтями достать, – рассуждал принц. – А у нас больше ничего из оружия и нет. Так что нечего и рассуждать. Защищайся, сэр медведь!
Зверь с готовностью поднялся на задние лапы и заревел. Защищаться он явно не собирался, а, напротив, хотелось ему атаковать отчего-то. Так что защищаться пришлось самому принцу. Выразилось это в том, что он бегал от зверя по всей поляне, уклоняясь от хищных лап. Увлекшись, медведь совсем забыл о шуте, который о медведе совсем не забыл. Подобравшись сзади, он ловко полоснул зверя по ляжке, тут же отскочив назад. Вообще-то он метил по сухожилиям, но не попал. Впрочем, и так неплохо получилось.
Медведь – он ведь в чем-то похож на варвара. То есть более одной мысли в его лохматой башке не задерживается напрочь. Только он переключил внимание на шута, как принц ударил его мечом в бок. После чего получил заслуженный удар по физиономии лапой. Удар попал вскользь, поэтому принц сохранил голову, потеряв всего лишь меч и сознание.
Лемур остался один на один с противником. Правда, медведь о нем на время забыл, занятый важным делом обнюхивания принца. Ему пришлось о себе напомнить, иначе бы косолапый вполне мог открутить его высочеству башку. Он ведь не рыцарь, медведь-то, ему можно.
Шут завопил во все горло и бросился в атаку. Медведи, как он слышал, частенько пугаются неожиданных действий и убегают. Увы, этот оказался смелым. Или просто забыл убежать от страха. Так или иначе, он развернулся и бросился на Лемура.
Огромные лапы со свистом рассекли воздух перед носом шута.
– Эй, так нечестно! – возмутился тот. – У тебя же лапы длиннее, чем у меня меч!
Медведь откликнулся на этот призыв к его совести новым ударом. Шут успел увернуться. Следующий удар лапы он попытался парировать клинком. Вроде бы получилось, медведь снова взревел от ярости и боли в окровавленной лапе. Лемур поднялся с земли и почесал новенькую шишку на лбу. Все-таки силы у медведя было побольше, чем у него.
Теперь было понятно, что миром им никак не разойтись. Медведь от крови совсем озверел, и шуту приходилось прилагать все силы, чтобы от него уворачиваться. А поскольку, как было замечено раньше, сил у зверя было немного побольше, то Лемур скоро начал уставать. И главное, эта бестолковая беготня ему мешала разработать правильный победоносный план. Попробуй придумать даже что-то неправильное и непобедоносное, бегая по поляне и размахивая мечом. Дело нелегкое, прямо скажем.
В это время очнулся принц. Занятый легкоатлетическими упражнениями, Лемур даже не заметил этого. Орье некоторое время тупо смотрел за этой корридой, потом поинтересовался:
– Эй, что здесь происходит?
Шут, порядком уже подуставший, вопрос игнорировал. Зато услышал медведь и, развернувшись на сто восемьдесят градусов, бросился к принцу. Наверное, для того, чтобы дать правильный и четкий ответ. Тот, впрочем, решил не дожидаться и дал деру. Меч подобрать так и не удалось, поэтому пришлось просто улепетывать от разъяренного зверя.
– Может, его приручить как? – на бегу предложил он шуту.
– Ага. Ты ему еще сдаться за выкуп предложи, – мрачно ответил тот.
Предлагать принц не стал, берег дыхание. Впрочем, тут же стало понятно, что на четвереньках медведь все равно бегает быстрее, чем люди на двух ногах. Именно тогда его высочество понял, отчего на медведя полагается охотиться верхом. И почему настоятельно рекомендуется брать с собой копья с поперечной перекладиной.
– Я слышал, – сказал шут, останавливаясь, – что герои ходят на медведя с одним ножом.
– Отлично, – обрадовался принц. – Нож у меня есть. Теперь бы героя найти…
Искать героя времени не оставалось. Медведь был уже рядом, шумно сопел и собирался встать на задние лапы. Причем отнюдь не для того, чтобы пожать принцу руку. Понимал, должно быть, что его высочество наотрез откажется пожимать мохнатую грязную лапу.
Принц достал нож. Собственно, это был довольно длинный кинжал, хотя мечом его мог бы назвать только слепой карлик. Героем себя Орье не считал, но меч все равно остался на поляне, а другого оружия при нем не было.
– Попробуй достать в брюхо, – крикнул шут. – Оно у него вроде самое уязвимое место.
Медведь заревел, с готовностью подставляя брюхо.
– Живы останемся – канцлером тебя сделаю, – мрачно пообещал Орье, отпрыгивая в сторону. – Умеешь ты советы давать, причем умные и донельзя своевременные.
– Можно еще примотать кинжал к длинной и прочной палке, – выдвинул новую идею Лемур, пользуясь тем, что медведь гоняется не за ним, а за принцем. – Тогда получится самодельное копье.
– Я его на бегу, что ли, делать буду? – огрызнулся, в очередной раз уворачиваясь от топтыгина, принц.
Он наконец-то нашел здоровенную валежину и нырнул за нее. Медведь остановился, озадаченно глядя на препятствие. Пролезть под валежину следом за будущим обедом было нереально. Обойти ее мешали растущие рядом деревья, причем слишком большие для того, чтобы вырвать их с корнем. Подумав, зверь сунул под валежину когтистую лапу, по которой тут же получил кинжалом. Издав обиженный рев, медведь отдернул невостребованную конечность обратно и принялся зализывать рану. Принц, лежа в своем убежище, принялся разрабатывать стратегические планы атаки на противника. Планы были совсем неплохи, но, к сожалению, требовали присутствия егерей и с полдюжины гончих.
Медведь, похоже, со своими планами уже определился и принялся оттаскивать валежину в сторону, зацепив могучей лапой. Что и говорить, зверь им попался неглупый и предприимчивый, точь-в-точь как гардарикский купец. Даже комплекцией похож.
Лемур же вспомнил балладу о том, как один могучий маг разогнал стаю волков еловыми шишками. Или сосновыми, что в общем-то большой роли не играет. Хуже было другое. Во-первых, у них был в наличии медведь, а не волки, и непохоже было, что шишка могла ему нанести существенный ущерб. Да и сама ель, если уж на то пошло. Во-вторых, магом из них никто не был, хотя у принца и имелся в наличии перстень магического происхождения. И в-последних, довольно тяжело отыскать шишки в дубовом лесу.
Как раз в этот момент принц получил доступ к задней лапе зверя, чем не замедлил воспользоваться. Кинжал пробил ступню насквозь, вонзаясь в землю. От яростного рева у Орье заложило уши. Оставив валежину в покое, зверь отбежал в сторону и принялся выковыривать из раны болезненную занозу.
– Пошто зверя мучаешь, живодер? – возмутился шут.
– Я не живодер, – с достоинством ответил тот. – Я браконьер. Только не слишком везучий. Или, наоборот, вполне везучий, раз еще живой.
– Это ненадолго, – успокоил его Лемур.
Эти слова были ошибкой. Вытащив зубами кинжал из раны, медведь обратил на шута свое благосклонное внимание. И с ревом бросился в атаку, явно намереваясь нанести ему повреждения, несовместимые с жизнью. Например, разодрать живот. Или, там, башку оторвать.
