Читаем без скачивания Евреи, Христианство, Россия. От пророков до генсеков - Александр Кац

На Пленуме ЦК (25 февраля — 5 марта 1937 г.) Сталин обрисовал обстановку в стране как крайне опасную из-за происков саботажников, диверсантов, шпионов и беспечности «благодушных и наивных руководящих товарищей». Тут же на Пленуме были арестованы Рыков и Бухарин, любимец партии и ее же теоретик. Их судили на 3-м московском процессе 2–13 марта 1938 г. в компании с Крестинским, Раковским, Ягодой и другими обвиняемыми. Сталин, как и раньше, продиктовал Ежову тексты признаний, которые должны были быть произнесены публично на открытом для прессы суде. Почти все соратники Ленина вели себя на процессе трусливо, обвиняя себя и других в предписанных злодеяниях, спасая, как им было обещано, свои жизни. Все они одобряли политику вождя во имя единства своей партии и призрачной надежды снова вступить в нее. Следует отметить, что режиссура открытых процессов и уровень сценического воплощения были достаточно высоки. Они ввели в заблуждение многих известных западных историков, журналистов и писателей, легковерно согласившихся с версией обвинения. Здесь можно назвать американского посла Дж. Дэвиса, корреспондента «Нью-Йорк Таймс» У. Дьюранти, историка Б. Пере, социалиста С. Вебба, Л. Фейхтвангера. Не поверил спектаклям А. Жид (84). С тревогой и горечью писали о терроре в СССР Р. Роллан, С. Цвейг, Т. Манн.

Весь год по стране шли аресты сотен тысяч хозяйственных и партийных руководителей. Именно в это время выдвинулось поколение коммунистов Брежнева, Косыгина, Патоличева, Устинова, Громыко, называвших себя потом «верными ленинцами». Репрессии волнами захлестывали страну. Сталин лично рассылал по республикам, областям и краям разнарядки с указанием количества (в тысячах и десятках тысяч) «бывших кулаков и антисоветских элементов», подлежащих репрессии по 1-й категории (расстрел), и сроков выполнения. В ответ секретари обкомов и начальники УНКВД слали вождю шифровки о выполнении его планов и дружно просили «дополнительных лимитов по 1-й категории» для своих областей (221).

11 июня 1938 г. пресса сообщила о заговоре военных во главе с заместителем наркома обороны Тухачевским М. Н. По решению закрытого военного трибунала были расстреляны Тухачевский и видные военачальники — Якир, Уборевич, Эйдеман, Путну, Корку. В начавшейся чистке армии исчезли 11 заместителей наркома обороны, 75 из 80 членов Высшего военного совета, 8 адмиралов, 2 (Егоров и Блюхер) из 4 оставшихся к тому времени маршалов, 14 из 16 генералов армии, 90 % командиров корпусов, 35 из 80 тысяч офицеров. Зачастую уничтожались и семьи приговоренных.

В 1937–39 гг. были расстреляны члены Политбюро Чубарь, Косиор, секретари ЦК, кандидаты в члены Политбюро прошлых лет Рудзутак, Эйхе, Постышев, Косарев и много других «отцов основателей» славной партии террора. Сталин, Молотов, Каганович, сталинское Политбюро и пресса цитировали признания «троцкистско-фашистских выродков». На основании «признаний», вырванных под пытками, построены выступления первых лиц государства и всех нижестоящих партийных боссов. На февральском 1937 г. Пленуме ЦК Председатель Совнаркома Молотов прочитал доклад: «Уроки вредительства, диверсии и шпионажа японо-немецко-троцкистских агентов», основанный на таких «признаниях». Уж он-то знал, как получены «признания», так как сам требовал от следователей НКВД: «Бить, бить и бить!» Позднее, в 1957 г., Молотов и Каганович подтвердили существование секретного постановления ЦК ВКП(б) от 1937 г., где органам НКВД разрешалось применение «физических мер воздействия». Удивительным бесстыдством поражают в наши дни публикации в коммуно- и национал-патриотических издательствах, цитирующие в политических целях «признания» казненных в годы «Большого Террора» людей.

В репрессиях случались спады. Это происходило, когда хаос всей жизни, вызванный террором, достигал апогея. Тогда Сталин лицемерно призывал к бережному отношению к кадрам, а Пленум ЦК принимал постановление «Об ошибках парторганизаций при исключении коммунистов из партии». Затем вожди вновь разъезжались по провинциям, «чтобы выкурить и разорить гнезда троцкистско-фашистских клопов». Берия выкуривал и разорял их в Грузии, Каганович — в Смоленске и Иваново, Маленков — в Белоруссии и Армении, Молотов, Ежов и Хрущев — на Украине, Жданов — в Ленинграде. Устроив мясорубку местным кадрам и выполнив разнарядку вождя, все возвращались в Москву, чтобы отметить 20-летие ОГПУ, день рождения Сталина или иной пролетарский праздник. В большой крови России повинна вся банда политических гангстеров — члены сталинского Политбюро, кандидаты в члены Политбюро, секретари ЦК, шефы НКВД и партия большевиков в целом. Существуют нюансы в их индивидуальном отношении к террору и участии в нем. Они отмечены в книгах Конквеста (143), других авторов и здесь не приводятся. Молва сделала наибольшими злодеями Ягоду, Ежова, Кагановича и Берию, оставив в тени Молотова, Хрущева и других вождей. Историкам еще предстоит подсчитать число персональных жертв этих монстров, дабы воздать каждому свое.

После 40 лет дискуссий вопрос о количестве жертв остается неясным. Число заключенных в СССР в конце 30-х годов, по разным данным, колеблется от 3,5 до 10 млн. человек (40). По Хрущеву, в 1935–1940 гг. было репрессировано 19, а расстреляно 7 млн. человек. Система концлагерей Главного Управления лагерей — ГУЛАГа достигла апогея в 50-х годах. Тогда его население составляло от 3 до 15 млн. человек. По заниженным данным КГБ, в эти годы в лагерях пребывало 2,5 млн. заключенных и около 2,5 млн. человек являлись спецпоселенцами. По последним расчетам Волкогонова (99), с 1929 по 1953 годы в СССР погибли от сталинских репрессий 21,5 млн. человек. Все коммунистические диктаторы — Мао Цзэдун, Пол Пот, Ким Ир Сен пытались подражать в этом Сталину, но, кажется, их кровавые успехи были менее впечатляющими.

Система ГУЛАГа стала ключевым элементом экономики социализма, ее оборотной, теневой стороной. Она дополняла, присутствовала и почти естественно сливалась с трудом передовиков и стахановцев. Каждый вольнонаемный мог неожиданно для себя оказаться за колючей проволокой, в «зоне», как враг трудового народа. ГУЛАГ имел свою структуру, иерархию, своих героев, «гениев» и свою субкультуру. Песни о Колыме — символе ГУЛАГа — и о Ванинском порте до сих пор можно услышать во многих семьях России. Население ГУЛАГа внесло основной вклад в освоение труднодоступных районов Крайнего Севера, Сибири и Дальнего Востока. Зэки использовались в лесоповале, добыче урана, свинца, асбеста, золота, алмазов, в строительстве. Многие крупные города — Комсомольск-на-Амуре, Находка, Магадан, Братск, Норильск, Воркута, Балхаш и тысячи мелких были построены заключенными ГУЛАГа. Славой ГУЛАГа являются Беломоро-Балтийский канал им. Сталина, канал Москва-Волга, Волго-Донской канал, крупнейшие гидроэлектростанции страны — Куйбышевская, Бухтарминская, Волжская им. Ленина, Каховская, Каневская, Рыбинская, Туломская, Свирские, Нивские и др. Это поистине величественные и уникальные творения человека поражают всех, кто когда-нибудь любовался ими, не менее, чем египетские пирамиды или собор Парижской Богоматери. Неудивителен тот восторг, который испытали 36 советских писателей, авторов книги «Беломоро-Балтийский канал им. Сталина», выпущенной в 1934 г. В этом авторском коллективе много известных имен — М. Горький, В. Шкловский, Вс. Иванов, В. Инбер, В. Катаев, М. Зощенко, Л. Никулин, Б. Ясенский, А. Тихонов, А. Толстой, К. Финн и др. Растроганный «буревестник революции» — Горький записал в книге отзывов Беломорстроя: «Я не в состоянии выразить мои впечатления в нескольких словах. Не хочется, да и стыдно было бы впасть в шаблонные похвалы изумительной энергии людей, которые, являясь зоркими и неутомимыми стражами революции, умеют, вместе с этим, быть замечательными творцами культуры» (253). В записи Горького и в упомянутой книге весь дуализм сталинской эпохи — восторг перед материальными свершениями и молчание об участи людей, сотворивших чудо и стертых затем в «лагерную пыль».

В недрах ГУЛАГа родилось несколько крупных проектных и научно-исследовательских институтов, в частности, Гидропроект им. С. Я. Жука, ряд лабораторий и заводов ядерного и ракетного профиля. ГУЛАГу посвящено много отечественных и зарубежных исследований, главным из которых является «Архипелаг ГУЛАГ» А. И. Солженицына. Солженицын упоминает группу евреев — начальников ГУЛАГа, жестоких и энергичных руководителей работ: М. Бермана, С. Фирина, Н. Френкеля, Л. Когана, Я. Раппопорта, С. Жука. Он называет их наемными убийцами. Среди них Солженицын выделяет «теоретика» ГУЛАГа Н. Френкеля, создавшего две вещи: во-первых, систему всеохватывающего лагерного контроля, не дающего лазейки ни начальнику, ни зэку; во-вторых, отраслевую структуру, подобную наркоматам. Эти люди, верные сталинцы, ревностно и изобретательно служили Системе. Их имена ассоциируются с советскими лагерями так же, как и имена известных нацистов с немецкими концлагерями. Сталинские лагеря отличались от гитлеровских лагерей, так сказать, наличием созидательной функции — немцы не оставили после себя ни каналов, ни других «строек нацизма». Все перечисленные деятели были многажды награждены званиями, чинами, орденами Ленина. Только двое из них — Френкель и Жук — умерли в почете и покое. Остальные были расстреляны. Заключим этот абзац печальным выводом. Если русские люди всегда будут гордиться каналами и гидроэлектростанциями — «сталинскими стройками коммунизма», то еврейский народ будет стыдиться имен своих преступных сынов — Бермана, Френкеля, Фирина, Раппопорта и других, без злой воли которых эти сооружения, возможно, не были бы построены. Как заметил читатель, русские начальники управлений НКВД и ГУЛАГа в данной работе не приводятся.