клана Зерий.
— Все в порядке, Господин Эрлион, — поспешил успокоить того Архангел и снова повернулся к Крокомоту. — Вы задаете не самые приятные вопросы, Господин Генрей, и прекрасно понимаете это. Так зачем?
Хозяин особняка смотрел на Гроссмейстера с нескрываемым интересом. Такая реакция вполне устраивала артефактора. Абалим осознает, что в его Ордене далеко не все такое же белоснежное, как плащи паладинов или его костюм-тройка. Однако произнести это вслух настолько влиятельная фигура попусту не может.
— Что ж… — усмехнулся Крокомот. — Я всего лишь надеюсь, что теперь расследование пойдет с новой силой.
— О, будьте уверены, — хищно оскалился ангел.
Крокомот не сомневался в искренности слов своего собеседника. Пусть Орден Великой Инквизиции огромен, пусть за всем одному Гроссмейстеру не уследить, пусть слишком много себе позволяют его заместители — Грандмагистры — теперь все будет иначе. События последних ночей открыли глаза Архангелу. Позапрошлой ночью в своем замке был обезглавлен младший брат главы демонического клана Ахриман. А этой — наследник клана Одинсон — молодой бог Арне, чья голова также бесследно исчезла, оставив тело истекать кровью на широкой кровати. Что связывает этих двоих, кроме причастности к высшей осевой аристократии? То, что оба клана любят хвалится своей легендарной родословной. Предком первых был Владыка Демонов, а вторых — Отец Богов. В связи с этим стоит обязательно учитывать, что род Михаил берет свое начало от Повелителя Ангелов.
— Я верю вам, — кивнул Генрей. — И уже сейчас могу поделиться информацией, которая, как мне кажется, может помочь в вашем расследовании.
— Буду очень признателен, — кивнул носитель крови Повелителя Ангелов.
— Месяц с небольшим тому назад на одного бастарда рода демонов напали представители Черной Инквизиции. Как раз в день его двадцатиоднолетия. Они пытались устроить ритуальное жертвоприношение, но парню удалось сбежать. Чуть позже черные инквизиторы снова напали на него, и на сей раз бастарду удалось отбиться. Потом нападения прекратились, однако ввиду последних событий в Оси, все это может быть связано.
Светлоликий ангел посмурнел и подпер лоб ладонью. Крокомот не стал его торопить, дав собеседнику время подумать. Молчал и Эрлион, переводя хмурый взгляд с одного на другого.
— Когда черные инквизиторы последний раз нападали на вашего бастарда? — наконец спросил Архангел.
— Одиннадцать-двенадцать дней назад по Руарк-Порку.
— Хм… десять руарк-поркских суток назад нашли изувеченное тело бастардки Ориота Зевса, — мрачно проговорил Гроссмейстер. — Видимо в вашем бастарде отпала надобность, — он гневно сжал кулаки и прекрасный ангельский лик исказила яростная гримаса. — Вот значит как… — прошипел он. — Элигор… — будто по щелчку, Абалим успокоился и закинул ногу на ногу. — Даже если и так — у нас мало доказательств. Слов одного бастарда будет мало, чтобы оправдать перед Большим Советом вмешательство в дела братского Ордена.
— А моих слов? — нахмурился Крокомот. — Я лично хм… опрашивал парочку «Специалистов» на Земле, в результате признавшихся мне, что они члены Черной Инквизиции. Правда для чего им нужен был бастард, они, естественно, не знали.
— Что ж, слово осевого аристократа стоит дороже, но… — Архангел замолчал, уставившись в окно, за которым сияла огромная Луна. Затем скривился и покачал головой. — Я все равно не смогу убедить Большой Совет начать открытое расследование против братского Ордена. Не сейчас.
Крокомот не сводил внимательных глаз с лица Гроссмейстера. Генрей понимал, что ангел говорит правду. У главы Великой Инквизиции нет абсолютной власти. А сейчас, когда в Ордене явно завелись крысы, действовать Абалиму будет вдвойне сложнее.
— Послушайте, Господин Эрлион, — хозяин особняка обратился к своему старому другу. — А почему бы вам не озвучить наши подозрения на Ареопаге? — с ударением на слово «наши» произнес он.
— Да, я могу, — кивнул глава клана Зерий. — Но сам знаешь, Ареопаг собирается раз в два месяца, следующий будет через три недели.
— Созовите экстренный! — воодушевленно предложил Архангел.
— Для этого нужно три голоса, — напомнил Эрлион.
— Ничего страшного, — заявил Абалим. — Тюр Одинсон и Зар Ахриман после случившегося вас точно поддержат. Я же выступлю перед Большим Советом своего Ордена.
На миг Генрей почувствовал неладное. Конечно, артефактор радовался тому, что дело сдвинулось с мертвой точкой, что те, кто охотился на Илью, больше не смогут творить все, что им взбредет в голову. Однако теперь не факт, что Абалим Михаил вернется к своей изначальной просьбе. К тому, ради чего он искал встречи с Крокомотом.
— Но Ареопаг всего лишь совещательный орган, — нарушил тишину Архангел, а хозяину особняка стоило огромных усилий, чтобы сдержать вздох облегчения. Все-таки Гроссмейстер не передумает. А значит ситуация сложилась самым лучшим образом. — Главы сильнейших кланов примут решение, но не уверен, что Вечный Король поддержит его.
Давным-давно, когда Генрей впервые узнал об Осевых Законах и о власти в Оси, он оказался в полнейшем замешательстве. Власть абсолютна. Но в то же время ее нет. Есть тот, кто все решает, тот, в кого верят. Но в то же время Его никто и никогда не видел. Однако любой житель Вечного Города Руарк-Порка может наблюдать волю Его. Каждый Его приказ высвечивается огромным буквами в воздухе над площадью перед Королевским Дворцом. И каждый, кто посмеет ослушаться, будет жестоко наказан.
Но Его приказы редки. Могут появляться раз в год, в два, в десять. Обычно Он лишь назначает Владетелей или отправляет кланы на рубежи Оси сражаться с вторженцами из других Осей. Но может велеть и другое. Например, в свое время именно Он приказал уничтожить Орден Праведности.
Он дает много прав кланам, и поэтому сильнейшие из них стараются договариваться между собой на Ареопаге. Во время таких собраний решаются вопросы войны и мира между кланами, создаются альянсы, устанавливаются новые торговые связи. Однажды принятое на Ареопаге решение высветилось на Королевской Площади — Вечный Король услышал его и своим словом возвел в абсолют. Этим жестом он еще сильнее поднял авторитет Ареопага. И что с такого, что подобных жестов после было всего два? Итого, три за тысячи лет.
Именно Вечный Король легитимизировал и Орден Великой Инквизиции, дав им Свод Осевых Законов и назвав сборище фанатиков хранителями баланса внутри Оси. Со временем, конечно, Орден разросся, извратился, породил Серую Инквизицию и Черную Инквизицию, но Вечный Король от него не отрекся.
Все это Крокомот вспомнил лишь по одной простой причине. Он прекрасно понимал — для того,
