Мягкий, ласковый плеск, лёгкий ветерок шевелит волосы. Как хорошо вот так жариться на солнышке возле родной речушки Быстринки. Каникулы — это здорово, не нужно париться о невыполненных уроках и бурчания родителей по этому поводу. Олег чуть шевельнулся, устраиваясь удобнее. Очень хочется хорошо загореть, чтобы тело было чёрным как у негра, хотя понятно, что такого совершенства не достигнуть никогда, хоть неделями валяйся на пляже. Особенно хорошо лежать на спине, солнце проникает сквозь зажмуренные веки, подсвечивает красным, на это почему-то так интересно смотреть. Но что такое? Кто-то подошёл и заслонил солнце собой. Кроме Сашки некому, — ясное дело. Надо прогнать, ведь загорать мешает. Олег открыл глаза. Красивая девушка. Очень красивая, смотрит с тревогой и надеждой. Но лицо очень знакомо. Кто? Кто она такая?
— Олег, наконец-то! Олег, родной мой, как ты?
Олег недоумённо повернул голову. Лежит он, оказывается вовсе не на пляже, а на кушетке под какой-то большой лампой, которая греет не хуже летнего солнышка, причём абсолютно голый.
— Вы кто?
Девушка раскрыла рот от неожиданности, блеснул ровный ряд жемчужных зубов.
— Ты… ты не узнаёшь меня?
— Нет… что-то знакомое, но… нет.
— Я — Элана, ну вспомни! Путник, не смей терять память! — глаза девушки смотрели со страной смесью требовательности и беззащитности.
— Не могу вспомнить…
Девушка закрыла лицо руками и всхлипнула. Внезапно её охватили сильные руки и прижали к себе.
— Глупышка моя, конечно же я тебя помню и страшно, до безумия люблю! Лана, девочка моя! Просто я решил проверить, правда ли ты меня любишь, потому притворился дауном.
Глаза Эланы гневно сверкнули. Она вырвалась из рук Болта.
— Ах ты… ты! Я сейчас и правда сделаю тебя дауном, мерзавец! Ты знаешь, сколько я провела времени у твоей постели? Как помогала собирать тебя по кусочкам? Не знаешь? Сейчас снова разберу на части, вот тогда и узнаешь!
— Какая ты красивая, когда злишься! Надо бы тебя разыгрывать почаще. — Болт улыбался, глядя на раскрасневшуюся от гнева Элану, она и впрямь была в этом состоянии необыкновенно хороша. — Слушай… а я это… так вот голый долго перед тобой лежу? Дай хотя бы чем прикрыться, что ли…
— Не дам, — мстительно заявила красавица. — Так вот и будешь лежать голый. Сейчас ещё и лампу выключу, чтобы замёрз.
— Тогда придётся тебе самой греть меня, — сокрушённо вздохнул Болт. — Прямо так — своим телом.
— Я вот сейчас тебя согрею! Я так согрею, что желание шутить навсегда отшибу! Мерзавец! Гад такой…
* * *
— Заходите, господа путники, присаживайтесь. Нам предстоит очень важный разговор. — Гиранит сделал приглашающий жест, показывая на расставленные стулья у круглого, сверкающего полированной поверхностью стола.
Болт, Брага и Дрон последовали радушному предложению хозяина и заняли свои места. Барон уселся напротив, рядом с ним остался незанятый стул.
— Мы ждём ещё одного гостя? — приподнял бровь Болт.
— Да. И личность сего гостя может оказаться для вас весьма неожиданной.
— Барон, вы нас интригуете. Не проще ли просто сказать, кто это?
— Сами увидите. А пока его нет, позвольте угостить вас великолепным вином, производящимся в весьма далёком отсюда мире. Уверен — такого вы никогда не пробовали.
Путники наслаждались необычным букетом изумительного напитка, когда в кабинете, наконец, появился долгожданный гость. Это был… Гринвелл — собственной персоной. Болт так и замер с открытым ртом и бокалом в руке. Гринвелл непринуждённо улыбнулся, извинился за опоздание и занял свободный стул.
— Господа, — церемонно произнёс Гиранит, — позвольте вам представить моего непосредственного руководителя и куратора проекта с привлечением путников с Земли, высшего мага-хранителя Тропы, мэтра Гринвелла.
— Оч-чень рад, — запинаясь сказал Болт, но мы это… вроде как уже чуток знакомы…
— Да, господин Болтов, — смеющиеся глаза мага-хранителя искрились хитринкой. — Простите за тогдашний розыгрыш в длинном доме, но это был своеобразный экзамен, без которого никак не обойтись.
— Ну да. И в том экзамене я вас чуть не угробил, — пробурчал Болт. — Откуда я мог знать, кто вы?
— Меня совсем не просто «угробить», молодой человек. Но, должен сказать — экзамен тот вы выдержали.
— А были такие, кто не выдержал?
— Конечно. Скажем — группа Белого.
— А в чём, собственно, состоял экзамен?
— Знаете библейскую причту о райском яблоке?
Болт понимающе кивнул.
— Искушение непомерным богатством, могуществом, бессмертием и прочая… наплевав на всё, короче говоря — предательство.
— Абсолютно так.
— Не зря моя ж… ой, я не то хотел сказать… голова понимала, что соглашаться на это нельзя.
— Так вот, сегодня я повторяю своё предложение, но уже безо всякой подоплёки. Предлагаю почти то же самое, за исключением некоторых несущественных пунктов. Вы становитесь отрядом стражей Тропы. Это огромные полномочия, предложение фактического бессмертия остаётся также в силе, более того это — необходимое условие для заключения контракта. Но и ответственность на ваши плечи тоже ляжет колоссальная. Ответственность, прежде всего перед своей собственной совестью. А она у вас будет очень строгой и требовательной, уж я об этом позабочусь.
— Скажите, Гринвелл… можно вас так называть?
— Меня все так называют — ободряюще улыбнулся маг-хранитель. — Продолжайте.
— Правда то, что вы… ну, что вы настолько же сильны, как земной Сатана? — Болт даже смутился, сознавая наивность и дикость вопроса.
— Правда, путник, — без тени улыбки ответил маг. — Только цели у меня и у него совершенно разные. Так что вы ответите на моё предложение?
Олег переглянулся с друзьями.
— А мы можем подумать?
— Конечно. Но я знаю, что вы ответите.
— Откуда?
— Ну, вы уже в курсе, что такое абсолют? Можете много чего предугадать наперёд.
— Есть чуть-чуть…
— А у меня это не чуть-чуть. Я просто знаю. У вас месяц отдыха, стражи Тропы. Ровно через тридцать дней встречаемся в этом кабинете. Работы — непочатый край. Да… ещё одно, очень важное замечание.
— Мы вас слушаем.
— Больше никакой самодеятельности с «товаром». Ни-ка-кой!
— Но почему?
Гринвелл поднял глаза к потолку, словно ища там нечто значительное, затем снова перевёл взгляд на путников. И в этом взгляде даже следа не осталось от смешинок: наоборот — в нём блестел металл.
— Торговля предметами технической цивилизации в магическом мире допускалась, пока шло ваше становление как путников. А вообще — такая деятельность строго запрещена.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
