– Пусть старается сделать как можно лучше, а не дешевле. А что касается дороговизны, то даже если они в несколько раз дороже обычных духов, то это все равно выгодно.
– Не понимаю.
– Сразу видно, что вы никогда не занимались торговыми делами. Слушайте меня внимательно. Сейчас флакона хватает совсем ненадолго, женщинам приходится покупать и покупать духи. Это выгодно тем, кто производит, но не самим женщинам. К тому же сильный запах раздражает, а он должен заставлять принюхаться, идти по следу, понятно? Купив один флакон вместо пяти, даже если он стоит как три флакона, женщина все равно останется в прибыли.
– А те, кто производят?
– О, можете не беспокоиться, в мире столько женщин, что нам хватит работы на всю жизнь.
– Вы удивительная…
– Вы только сейчас это поняли?
– Нет, давно, с первой минуты, как увидел.
– Дмитрий, это должна быть тайна, слышите! С первой до последней минуты. Никому ни слова, тем более дамам вроде Миси или Дозиа. Если духи получатся, я им подарю сама.
Дмитрий кивнул, улыбаясь. Он был прав, если духи получатся, значит, он оплатил мне за все сполна и даже больше.
И вот…
На столике выстроились в ряд пять пронумерованных даже не флаконов – обычных аптекарских емкостей с притертыми пробками.
Ни в одном самом дорогом магазине таких запахов не было. Это не отдельный цветок, даже не клумба, это непонятно что, вызывающее желание нюхать и нюхать. Янтарная жидкость за стеклом казалась волшебной.
Конечно, я могла взять все, но для начала нужен один, всего один, тот, что станет моей визитной карточкой, моим символом, символом новой, МОЕЙ женщины.
Эрнест просто стоял и смотрел, он понял, что объяснять ничего не нужно.
– Этот.
Мой палец ткнул в экземпляр, на аккуратно приклеенной бумажке которого стоял пятый номер.
– А флакон? – Бо, как заправский фокусник, уже расставлял образцы самых изысканных емкостей для духов, создателям которых не откажешь в фантазии, столько там было всякой вычурности. Фирма «Лалик» старалась на славу. Красиво, конечно, но…
От резкого движения моей руки, отметающей все лишнее, шедевры из стекла полетели на пол, палец снова уперся во флакон с пятеркой на наклейке:
– Этот!
Кажется, задумку не понял даже Эрнест Бо:
– Но, Мадемуазель, это просто емкость для лекарств, она не украшена…
– Ничего не надо украшать. Украшено у всех, а у нас будет просто флакон!
– А… название?
Моя бровь чуть приподнялась:
– «Номер пять».
– Но, Габриэль, просто номер? – не выдержал измывательства над здравым смыслом Дмитрий. – Назовите хотя бы своим именем.
– Именем? Хорошо, будет «Шанель № 5».
– Удивительно, вы всегда стремились быть и называться первой…
– Запомните: Шанель всегда № 1, даже если это «Шанель № 5»!
Украшение у флакона все же было, позже мы чуть огранили пробку, чтобы удобней открывать, но главное – флакон получил ярлычок с двумя переплетенными буквами С, мой фирменный знак. Цвета – черное на белом, прозрачное стекло и янтарная жидкость внутри…
Там же, в Грассе, Бо начал производство. Он так гордился тем, что в его изобретении целых восемьдесят ингредиентов! Я требовала другого – качества.
Щедро финансированная фабрика действительно не сразу стала делать качественный товар. Бо, назначенный техническим директором, был в отчаянии:
– Мадемуазель, это кустарное производство флаконов и упаковки сведет на нет все достижения химии!
Жалоба была серьезной, ведь неплотная пробка позволяла духам терять свою прелесть довольно быстро. Парфюмерное товарищество «Ралле», с которым мы заключили договор, явно не отрабатывало вложенные деньги и грозило завалить дело.
Пришлось искать других.
Но сначала я должна была опробовать эти пусть изготовленные полукустарным способом духи на парижанках.
Кейпел не раз твердил, что любому товару нужна реклама. Он был абсолютно прав. Когда-то простая фотография Габриэль Дозиа в шляпке моего изготовления в спектакле «Милый друг» привела в мастерскую толпу желающих заказать себе такую же! А простое дефилирование Адриенны с Антуанеттой по набережной в нарядах «от Шанель» заставило многих в Довиле пожелать платье нового фасона.
Первую попытку я сделала прямо на глазах у изумленных Дмитрия и Эрнеста Бо. В ресторане осторожно брызнула духами на платья нескольких женщин. Немного погодя результат был налицо: половина ресторана откровенно принюхивалась им вслед.
Хотелось крикнуть: получилось!
Мы выпили шампанского за победу, и я увезла готовую продукцию в Париж.
– Ты отдашь их в «Галери Лафайет»? – Духи нас сблизили или просто отдых, но мы перешли на «ты».
– Дмитрий, ты смешон. Зачем я буду отдавать кому-то возможность заработать. Но именно эти я вовсе не собираюсь продавать. Я их подарю.
– Кому?
– Тем, кто разнесет слух о новых духах Шанель по всей Европе.
Я могла гордиться своим остроумным ходом: духи действительно были подарены самым шикарным дамам. Мися, с которой я в тот момент оказалась в ссоре, в их число не входила. Зато я подарила духи Катрин Стравинской и вдове Боя. Конечно, Мися получила свой флакон и регулярно получала впредь, но тогда мелкая месть доставила мне удовольствие.
Прошло всего два дня, а меня уже осаждали:
– Мадемуазель, когда же поступят в продажу ваши духи? В каком магазине они будут продаваться?
– Скоро и только у меня.
Цена поставлена высокая, но как тогда в Биаррице со шляпками, я не прогадала. Пусть Пуаре торгует своей «Лукрецией Борджиа» действительно с запахом распутницы дешево, мои духи будут дороги. Какая женщина не потратит последние деньги, чтобы пахнуть не хуже, чем ее подруги?
Так же, как еще недавно женщины кромсали свои кудри и локоны, потому что так сделала Мадемуазель Шанель, теперь стали пахнуть моим запахом. Улицы Парижа благоухали ароматом, придуманным Эрнестом Бо. Нашлись и проблемы, женщины, привыкшие выливать на себя по половине флакона, не сразу осознали, что получили в свое распоряжение нечто иное, что не нужно использовать каждые полчаса, достаточно несколько капель на вечер. А еще лучше, чтобы духами пахло все – от манто до постельного белья.
Определенно могу сказать: Париж 1921 года пах «Шанель № 5»!
Сами флаконы разбирали так быстро, что фирма «Ралле» перестала справляться окончательно.
На помощь пришел Теофиль Баде, у которого я держала запасы своей продукции на складе. Баде был основателем «Галери Лафайет», он посоветовал профессионалов, которые могли взять на себя выпуск моей продукции.
– Я хочу познакомить вас с людьми, профессионализм и деловую хватку которых способны оценить только вы.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
